Shadow Fight. Бег за тенью - Алекс Фот Страница 25

– И на что же мне тогда жить?

– На победах, – пожал плечами хозяин кабака. – Это у тебя, видимо, здорово получается. Знаешь, я могу замолвить за тебя словечко старику Юслиму Вертлявому. Он организовывает турниры среди моряков. Думаю, для тебя это пока в самый раз. Заработаешь деньжат, не забудешь про меня, договорились?

Коджики сделал вид, что не торопится, доедая похлёбку. В голове кипели мысли.

Турнир. Настоящие бои. Арена. То, о чём он мечтал много лет. Возможность вырваться из города и стать воином.

– По рукам, – сказал он, протягивая тонкую юношескую ладонь.

Хозяин кабака сжал её едва не до хруста и улыбнулся.

– Приходи через два часа к арене, что на западе у холмов. Юслим Вертлявый посмотрит, что ты умеешь.

Коджики пришёл, успев соорудить себе новую абордажную саблю, ещё лучше предыдущей.

Юслим Вертлявый оказался тем ещё старым пронырой, но именно он организовал юноше первые бои и взял под своё крыло, пока Коджики рос, развивался и становился одним из лучших воинов побережья.

* * *

Наставник пришёл, когда Кархэма не было в городе. Остановился на заднем дворе, разглядывая, как Кагиноко таскает вёдра с водой от бочки к фруктовым деревьям.

Раны Кагиноко, полученные на турнире, уже почти зажили. Покалывало в пояснице, иногда звонко щёлкало в правой коленной чашечке, да по утрам бывало больно поворачивать шею – и всё. Несколько раз Кагиноко просил возобновить тренировки, но Кархэм отказывал. Кажется, он вознамерился вовсе ограничиться набором бытовых дел, которые закаляли вовсе не тело, а некую терпеливую стойкость, будто Кагиноко собирался становиться монахом.

– Долго ещё? – спросил Наставник через некоторое время.

Он не появлялся с тех пор, как Кархэм запретил тренироваться. Признаться, Кагиноко решил, что больше его вообще никогда не увидит.

– Двенадцать деревьев по три ведра, – ответил Кагиноко коротко.

– Как закончишь, жду на поле для тренировок.

– Но мне нельзя, вы же знаете.

Наставник не слушал, он просто ушёл.

Через час, закончив поливать, Кагиноко уселся на корточки возле бочки с водой и несколько минут задумчиво разглядывал собственные ладони. На них проступили следы от ручек вёдер и вспухли белые мозоли. А хотелось бы, чтобы мозоли эти были от катаны, скакалки и подтягиваний на ветках деревьев.

Если пойти к Наставнику, то Кархэм будет в гневе. С другой стороны, если никуда не пойти, то неизвестно, когда вообще можно будет тренироваться.

Нет, Наставник определённо знал ученика лучше, чем он сам, потому что прошло ещё несколько минут, и Кагиноко уже вышагивал по тропинке за домом к тренировочному полю.

Наставник был там, медитировал, закрыв глаза, но тут же повернул голову в сторону подошедшего юноши. На лице не отразилось никаких эмоций, но Кагиноко был уверен, что Наставник обрадовался.

– Приступай. Стандартная тренировка, первый блок, разминочный. Нужно постепенно восстановить твоё тело.

– Сначала скажите, что вы задумали, – сказал Кагиноко, хотя ему не терпелось начать заниматься.

– Ничего не задумал, мы просто продолжаем тренировки. Тебе нужно быть в форме к следующему турниру. Или как ты собираешься побеждать?

– Но… Кархэм разве разрешил?

– Кархэм отличный воин, человек редкого таланта, но он совершает ошибку, когда думает, что может уберечь тебя от всего. Нельзя примерять собственный опыт на подопечных. Вы разные, и судьбы у вас должны быть разными. Поэтому приступай. Стандартная тренировка, первый блок.

– Если он узнает…

– Интересно, кто же ему расскажет? – мрачно усмехнулся Наставник. – Впрочем, выбор за тобой. Я всегда могу найти другого ученика. А вот найдёшь ли ты нового учителя?..

Едва Кагиноко вспомнил диалог с Кархэмом, в груди снова заворочалась обида, болезненная, как заживающие раны. Действительно, имел ли Кархэм право запрещать тренироваться? Это не его жизнь, это не он выиграл взрослый турнир и это не его ждут впереди слава, почёт и награды. Впервые закралась мысль: может, Кархэм просто завидует упущенным возможностям? Он уже слишком стар, чтобы сражаться, а тут под боком Кагиноко, который сильнее, быстрее, моложе и который может затмить Кархэма за несколько лет. В конце концов, слава одних угасает быстрее, чем вспыхивает слава других. Не это ли настоящая причина запрета тренировок?

– Когда следующий турнир? – спросил Кагиноко, шагнув к уложенным в песок лестницам, по перекладинам которых нужно было вертикально бегать с завязанными глазами.

– Через месяц. Сложнее предыдущего. Там тебя уже будут знать.

– Угу. Тогда точно нужно хорошенько подготовиться. – Он наложил на глаза чёрную повязку, сбросил туфли и встал босыми ногами на холодную перекладину. – Первый блок, разминочный.

* * *

Тайные тренировки продолжались месяц.

Кархэма часто не было дома, и Кагиноко, быстро сделав все домашние дела, бежал на поле, где его ждал Наставник. Несколько раз Кархэм уезжал из города, и тогда Кагиноко тренировался с особенным упорством, по много часов, не обращая внимания на время и погоду.

Какое же он получал удовольствие!

Тело, соскучившееся по тренировкам, наслаждалось нагрузкой и с готовностью отдавало энергию. Раны затянулись и больше не напоминали о себе. Была бы его воля, Кагиноко не покидал бы поле сутки напролёт.

Сложнее всего было скрывать тренировки от Кархэма. Кагиноко кипел энергией и мечтал вырваться за пределы посёлка, поучаствовать в каком-нибудь настоящем турнире. Но Кархэм оставался глух к его просьбам. Когда придёт время, тогда он разрешит, но пока ещё рано. Возможно, решил Кагиноко, Кархэм таким образом хочет испытать его силу воли, но проблема в том, что все запреты уже были нарушены, а обман теперь казался Кагиноко не таким уж плохим решением. Во что бы превратилось его тело без этого месяца тренировок? В тухлую капусту. Ни о каких турнирах можно было бы не мечтать ещё долгое время. И кто бы натренировал его лучше, чем Наставник?

В общем, чем дольше Кархэм запрещал, тем больше Кагиноко злился, и когда Наставник сообщил, что новый турнир стартует через неделю, Кагиноко сказал:

– Давай сделаем так, чтобы мастер Кархэм ничего о нём не узнал.

– Как скажешь, – пожал плечами Наставник. – Кархэм поедет в соседний посёлок, его не будет почти пять дней, и если тебе не переломают руки и ноги, ничего не заметит.

До этого момента Кагиноко почти никогда не обманывал. Разные мелкие штуки, конечно, были – вроде случая, когда он случайно разбил глиняный горшок с молоком и свалил всё на дикую кошку, якобы забравшуюся в дом через открытое окно. Но это можно и не считать. А вот чтобы обмануть по-настоящему… Он