Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский Страница 165

  Все это только вызвало громкий хохот, улюлюканье и сальные шутки.

 - Гляди царица, ты точно не пробовала такой штуки, – ерничали зрители, – какой он крепкий и большой, – вторили остряки, но большинство собравшихся мужчин, только гоготали от азарта происходящего.

  К Статире волокли огромный, начищенный до блеска бронзовый кол. Его хищное острое жало неотвратимо приближалось к трепещущему телу, готовясь  жадно вонзиться в него. Мужчины с трудом удерживали неистово бьющуюся в их руках царицу и для усмирения Статиры, Гобрия был вынужден ударить ее камнем по затылку. Потерявшая сознание женщина обмякла и только после этого, палачи смогли спокойно продолжить ритуал казни. Толчок, и острие, войдя в задний проход, легко и неудержимо устремилось дальше, мягко разрывая ткани и внутренности своей жертвы.

  Все глубже и глубже входил бронзовое жало в прекрасное тело Статиры, и остановилось только когда специальная перекладина, уперлась в промежность. Теперь оно застыло под самым сердцем, но не двигалось, обрекая тем самым свою жертву на длительные мучения. Под хохот толпы, бесчувственную женщину подтащили к специально приготовленному месту и воткнули шест в землю. Поддерживаемая перекладиной, царица полностью сидела на колу, бессильно свесив с него свои длинные, залиты кровью ноги.

  Персиянка очнулась от боли и, осознав свое положение громко и отчаянно, закричала. Взрыв хохота и нового глумления был ей ответом. Собравшиеся скифы и  согды с интересом смотрели на ее мучения и непроизвольные попытки соскочить с орудия пытки.

  И вдруг, произошли разительные перемены, Статира прекратила свои неуклюжие метания на колу и посмотрела на людей. От ее холодного и презрительного, полного клокочущей ненависти взгляда у многих воинов мороз пошел по коже, и они поспешили отвернуть свои глаза. Ибо на них смотрела не жалкая, насмерть испуганная женщина, а богиня смерти готовящая объявить собравшимся свою суровую волю.

 - Спитамен, – громко и внятно вещала умирающая царица, - жестокий дикарь, прими от меня мой прощальный подарок. С этого дня, удача отвернется от тебя и ни одно сражение не закончиться твоей полной победой. Зависть и предательство будут постоянно идти за твоей спиной и не пройдет и года как твоею головою будет куплен мир.

  Как завороженные смотрели воины на эту своеобразную птицу Феникс пророчащую их дальнейшую судьбу. Каждое слово давалось Статире с огромным трудом, но она упорно вещала свои предсказания на голову мучителей.

 - Все здесь стоящие погибнете от македонского оружия, а селение обратиться в пепел. Спасутся лишь те, кто склонит свою голову перед двурогим Искандером и предаст своего господина.

  Этого стоящий сзади Гобрия не смог вынести подобных слов  и, схватив палицу, одним ударом раздробил Статире затылок. Персиянка дернулась и затихла, успев проклясть своих палачей.

 - Глупец, - гневно воскликнул Спитамен, - именно этого она и добивалась своими речами. Ты подарил ей легкую смерть, лишив меня радости наблюдать, как бы она умирала в течение нескольких дней.

 - Но она вещала страшные вещи повелитель и я …

 - Глупец, – еще яростней взревел вождь, – теперь все будут придавать значения ее речам, которые от боли и ярости вещала эта персидская ведьма. Тупая голова, я не боюсь ее проклятий, ибо я выше их и меня защищает сам Ахамуразда.

  Крик ужаса был ему ответом, так как в этот момент глаза Статиры открылись и губы шевельнулись. Прошло мгновение, и взор окончательно потух, но этого было достаточно, что бы смутить стоявших рядом воинов. Напрасно Спитамен произносил потом праведные речи и продолжил празднование своего успеха. Многие из согдов запомнили предсмертные слова персиянки, и именно с этого дня в сердцах многих появилось сомнение, и в них закрался страз за свое будущее.

  Тело Статиры провисело на колу больше недели, и было похоронено только после многочисленных просьб Зарины. Примерно в это же время в Бактрах по приказу Александра был казнен Бес. Перед смертью его подвергли бичеванию, затем удушили и тело распяли на позорном кресте, выставив его на всеобщее обозрение.

  Так закончили свою жизнь последний  царь и царица, некогда грозного и могучего персидского царства.

                Глава VI. Битва на  Яксарте.

                Гибель Карана сильно подхлестнула Александра, и едва только Эригний прибыл в Мараканд, полководец поспешил выступить в поход против Спитамена. По данным разведки вождь согдов укрылся у массагетов возле Яксарта, туда и вел свои победоносные войска македонский царь. Забрав почти все войско у Эригния, и оставив старого товарища вместе с Мелеагром в Мараканде, Александр быстрыми переходами двигался на восток, одновременно призывая под свои знамена отряды остальных стратегов.

  Вместе с ним в поход отправился и египтянин Нефтех, присутствие, которого царь посчитал обязательным в виду его полного разочарования в своих царских географах. Выслушав их очередные диспуты и логичные аргументы египтянина о месте расположения Кавказа и Танаиса, Александр прогнал ученых прочь и, уединившись с Нефтехом, имел длительную и плодотворную беседу о местной географии. Жрец с удовольствием поведал все что знал, старательно при этом делая вид некоторой недосказанности.

  Разведчики не обманули повелителя, Спитамен действительно двигался к реке, планомерно заманивая македонцев в пустыню. От Антигоны он вовремя узнал о выходе Александра и легко позволил обнаружить себя. Теперь монарх двигался точно по желанию согда, сгорая от нетерпения расплатиться с ним.

  Спитамен уже успел стянуть к реке свои силы и силы своих союзников массагетов. Со дня на день должны были подойти скифы, и тогда враг получит заслуженное возмездие. Удачно опробовав свою тактику на Каране, согдиец надеялся на повторную удачу. Его войны в полной мере оценили полную беспомощность грозной македонской фаланги под постоянным натиском легкой кавалерии скифов в сочетании с ударами тяжелых согдийских всадников.

  На пути Александра оказался небольшой город, честь основания которого географы приписывали великому царю Киру. Но, только взглянув на всю его величину, царь моментально согласился с Нефтехом, сказавшего, что великий персидский царь построил бы большой город.

  Местные жители заперли ворота и встретили македонских солдат стрелами и камнями. Александр приказал с ходу атаковать город, имевший невысокие глинобитные стены.  Приставив к ним прочные штурмовые лестницы, пехотинцы пошли на приступ, а пращники, стрелки из лука и пельтеки принялись обстреливать