"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов Страница 133

Так они и проговорили тет-а-тет с пару часов, пока к Дмитрию Григорьевичу не начали подтягиваться на совещание ничуть не менее важные персоны, включая руководство Белоруссии.

— Ну как? Потери подсчитали? Большие разрушения? — мрачно поинтересовался Павлов у первого секретаря ЦК КП(б)Б.

Если кто-то полагал, что налёт на Минск завершился за какой-то час-полтора, то этот человек сильно ошибался в своих суждениях. Дабы гарантированно избежать взаимных столкновений в воздухе со своими же самолётами, да и в силу невозможности одновременного запуска в небо разом всех своих бомбардировщиков, немцы заранее разбили свои силы на волны по 18–27 машин в каждой, которые и накатывали на город с периодичностью в 15–20 минут.

Тактика эта была отработана Люфтваффе годом ранее в налётах на Великобританию, так что ничего особо сложного для штабов их авиадивизий в организации подобного «конвейера смерти» не было. Потому на протяжении почти 5 часов столицу Белоруссии раз за разом закидывали десятками тонн бомб, совершенно стирая не такой уж и крупный город с лица земли, накрывая при этом всех тех, кто пытался отстоять его у разгорающихся пожаров.

Тот же схожий по размерам населения с Минском английский Ковентри, подвергшийся такой же точно бомбардировке 14 ноября 1940 года, всего за 1 день налётов лишился 4330 домов и множества промышленных сооружений. Каменных и кирпичных домов и сооружений, между прочим!

Какого же тогда опустошения следовало ожидать в выстроенном на 85–90% из древесины советском городе? Явно, ещё более солидного!

— Чудовищные, — скривился глава БССР, на плечи которого и лег почти весь груз ответственности по нормализации ситуации в пострадавшем Минске. — По предварительным подсчётам выходит, что третьей части всего жилого фонда города не сохранилось. А это около 12 тысяч домов. Весь центр, южные и восточные районы города выгорели подчистую. Количество же погибших я даже примерно назвать не смогу. Многие остались под завалами или засыпанными в подвалах, раскапывать которые попросту некому — у нас катастрофическая нехватка рабочих рук. Многие в панике бежали из города с тем, что могли унести в руках, отчего узнать их судьбу не представляется возможным. Во всяком случае, в ближайшее время уж точно. Да и те останки погибших, которые лежат на виду, ещё собирать да собирать. Но одно могу сказать точно — счёт потерь гражданского населения пойдёт на многие-многие тысячи.

К сожалению, не смотря на все предупреждения Павлова и принятые им меры, на 2-й день войны ещё мало кто понимал всю тяжесть начавшегося противостояния. В советском обществе, что во властных структурах, что в среде простых обывателей, её воспринимали примерно так же, как некогда воспринимали Империалистическую, вёдшуюся где-то там, на западных рубежах, и непосредственно не затрагивавшую будничную жизнь крупных тыловых городов Российской империи.

Вот и в Минске, даже на фоне объявления всеобщей мобилизации, сбора ополчения и активного развёртывания систем ПВО с ВНОС, большая часть населения продолжала жить привычной им мирной жизнью. Трамваи ходили по расписанию, театры и кинотеатры даже не думали прекращать свои сеансы, газеты печатались и распространялись так же, как и прежде. Да что там говорить — все магазины работали в прежнем режиме и даже их ассортимент оставался неизменным. Потому и улицы оказались забиты народом, когда с неба посыпались первые бомбы.

Экипажи германских Ju-88, имея приказ не просто разбомбить ключевые объекты инфраструктуры Минска или же находящиеся на его территории заводы, а показательно сжечь город, отработали большей частью зажигательными боеприпасами. Именно это позволило уцелеть многим критически важным объектам, вроде железнодорожных сортировочных станций и депо со многими заводскими цехами. На них просто не стали отвлекаться. Но вот жилые дома, больницы, магазины и вообще немало общественных учреждений восстановлению уже не подлежали. Оставшиеся от них руины теперь куда проще было снести, чтобы после построить нечто новое, нежели пытаться восстановить их до изначального вида.

— Ясно, — сухо произнёс нервно дёрнувший щекой генерал армии, который попросту измаялся ожиданием звонка или же «гостей с солидными полномочиями» из Москвы.

Всё же считанные дни назад ему были обещаны «все муки Ада», если он не убережёт Минск. И вот, Минск разгромлен уже на 2-й день войны. Стало быть, лично поставленное самим Сталиным задание провалено с треском. А всепрощением Иосиф Виссарионович никогда не страдал.

При этом «добровольно сдать себя в руки органов» Павлов пока никак не мог себе позволить, поскольку до начала реализации его главной задумки оставалось ещё 2–3 дня, которые требовалось удержаться на текущей должности и с текущими полномочиями.

— А что у нас с запасами продовольствия? Склады-то городские почти все сгорели, — пока терзаемый невесёлыми мыслями Павлов отмалчивался, уточнил у Пономаренко не менее «изъёрзавшийся на стуле» начальник республиканского НКВД. К нему уже начали поступать сообщения о многочисленных актах мародёрства и разграбления уцелевших магазинов, так что не сегодня-завтра он ожидал зарождения огромных проблем, связанных с началом голода.

— И с продовольствием, и с питьевой водой всё очень плохо, — не стал успокаивать того глава республики. — Прежняя система распределения уничтожена почти полностью, а новую выстраивать опять же некому. Как я уже прежде говорил — у меня нет людей. Очень многие погибли или пропали без вести. Потому вся надежда на армию с НКВД, — развёл он руками, в наглую перекладывая свои проблемы на плечи «служивых».

— Начинайте эвакуацию города, — вернулся в беседу Дмитрий Григорьевич, решившийся на этот очень серьёзный шаг, не дожидаясь соответствующего дозволения из Москвы. — Кто способен уйти сам, пусть уходит своим ходом в сторону Могилёва, Орши, Витебска, Смоленска. Я отдам приказ службе тыла организовать для таких выдачу на выходе из города суповых концентратов и консервов из расчёта на 5 дней пути. Для всех остальных предлагаю объявить конкретные даты вывоза железнодорожным транспортом. В первую очередь вывозите семьи с малолетними детьми. По районам проживания там всех разделите что ли, дабы у нас не началась паника и давка за места в поездах. Хотя она так и так начнётся. Но тут порядок обязаны обеспечить сотрудники НКВД. Это ведь их непосредственные обязанности. И обязательно объявите, что поначалу вывозить в тыл будут только тех, кто лишился жилья. Всё равно нам необходимо их всех куда-то девать. Армия же со своей стороны начнёт разворачивать по всему городу полевые кухни для выдачи горячей пищи и кипячёной воды всем остающимся. Я отдам соответствующий приказ. Иначе, боюсь, всевозможных эпидемий нам не избежать. Будто у нас без них проблем