Битва за Гималаи. Безумная гонка империй за крышу мира - Скотт Эллсворт Страница 75

Затем Хиллари достал камеру и сфотографировал Тенцинга на вершине. На этом, пожалуй, самом известном снимке в истории альпинизма Тенцинг стоит, опираясь на согнутую в колене левую ногу, в правой руке у него ледоруб с привязанными флажками, яростно трепещущими на ветру. Это – сверху вниз – флаги ООН, Великобритании, Непала и Индии. «Я рад, что флаг ООН побывал на вершине. Мне нравится думать, что победа была не только наша и не только для наших стран, но для всех людей во всем мире», – говорит Тенцинг. Он выкопал ямку в снегу, и альпинисты сложили туда несколько вещей: немного еды, карандаш, подаренный Тенцингу дочерью, распятие и маленького черного тряпичного кота – талисмана экспедиции. Эти вещи Хант дал Хиллари перед штурмом. Затем альпинисты стали внимательно смотреть по сторонам в надежде найти хоть что-то, свидетельствующее о том, что Джордж Мэллори и Сэнди Ирвин побывали на вершине в 1924 году, но ничего не увидели.

Через несколько минут они надели маски и начали спуск. Ближе к вечеру Джордж Лоу, увидев спускающуюся двойку, отправился навстречу. Оба восходителя смертельно устали, а Хиллари уже шел без маски, так как у него кончился кислород. Увидев, что все в порядке, Лоу теперь умирал от желания узнать, есть ли вершина. Но Хиллари и Тенцинг молчали. Наконец Хиллари посмотрел на своего друга и улыбнулся. «Ну что, Джордж, мы сделали этого ублюдка», – сказал новозеландец[44].

Слава, сила и скромность

Репортер Times Джеймс Моррис получил сенсацию всей жизни. Он был в Западном цирке утром 30 мая 1953 года, когда вдалеке появились Хиллари, Тенцинг, Лоу, Уилфрид Нойс и Пасанг Пхутар спускавшиеся в четвертый лагерь. Моррис вместе с другими альпинистами и шерпами с тревогой наблюдал за маленькими фигурками. «Как они шли? – писал Моррис. – Радостно, как люди, достигшие вершины? Или едва волочили ноги из-за горечи поражения». Наконец альпинисты подошли достаточно близко, и Джордж Лоу более не мог сдерживаться. Он указал ледорубом на вершину Эвереста, а затем показал большой палец вверх. Эверест покорен! Лагерь взорвался криками, люди смеялись и плакали от радости. Шерпы приветствовали Тенцинга с благоговением. «Они подходили поздравить его, – писал Моррис. – Одни кланялись, сложив ладони, словно в молитве, другие пожимали ему руки, едва касаясь пальцами. Старый шерпа с черной косой степенно поклонился, коснувшись рук Тенцинга лбом».

Затем все набились в палатку-столовую, задавали вопросы, веселились, болтали, праздновали. «Двое смертных, сидевших перед нами на экспедиционных ящиках, еще недавно стояли на вершине, на самой высокой точке Земли! – пишет Моррис. – И никто, кроме нас, не знал об этом! День был ослепительно ярким: снег такой белый, небо такое синее. В воздухе чувствовалось волнение. Новость стала чудом, а мы ждали его так сильно, что ощущение этого момента напряжения, должно быть, все еще ощущается в Западном цирке».

Моррис строчил как сумасшедший в своем видавшем виды блокноте. Возникла огромная проблема. Требовалось как можно быстрее сообщить потрясающее известие в лондонский офис Times. И Моррис должен был поспешить, чтобы другие средства массовой информации ничего не узнали. Это была нелегкая задача.

Альпинисты подписали эксклюзивный контракт с Times, но другие СМИ отправили своих корреспондентов в Непал в надежде, что они тоже смогут что-то узнать. Так, Ральфа Иззарда из Daily Mail кто-то из участников экспедиции видел в Тьянгбоче, а внештатный корреспондент Reuters Питер Джексон слонялся по базовому лагерю. Мало того, в базовом лагере имелся радиопередатчик, которым мог воспользоваться любой желающий. Чем дольше Моррис ждал, тем больше была вероятность, что Times обойдут конкуренты.

Он не терял времени даром. В тот же день они с Майклом Уэстмакоттом, бывшим президентом Клуба альпинизма Оксфордского университета и экспертом экспедиции по палаткам, вышли из четвертого лагеря в базовый. Предстоял тяжелый переход: надо было пройти не только Западный цирк, но и ледопад. Но, как вспоминал Моррис, «в тот день в Западном цирке, видимо, летали ангелы». Вечером оба англичанина благополучно добрались до базы. На следующее утро Моррис встретился с одним из своих курьеров, которому надлежало отнести запечатанное в конверт послание в Намче-Базар. Там курьер должен был передать депешу индийскому полицейскому по фамилии Тивари, который распоряжался беспроводным передатчиком. Из Намче послание требовалось сообщить британскому консулу в Катманду Кристоферу Саммерхейсу. Саммерхейс затем по своему каналу связи передал бы информацию Министерству иностранных дел в Лондон, а уже оттуда его перенаправили бы в редакцию Times.

Это был отличный план. Но один аспект особенно беспокоил Морриса. Что, если конкуренты узнают содержание сообщения, например, по пути в Намче-Базар? Ведь курьера легко можно подкупить, предложив хорошие деньги, чтобы просто взглянуть на текст. Очевидно, что сообщение не стоило передавать открытым текстом. Но если потенциальный конкурент увидит абракадабру – код, он сразу догадается, что на Эвересте произошла что-то важное. Моррис понял, что нужен код, который внешне не похож на код. И он его придумал. Выглядело это следующим образом. Фраза «Снежные условия плохие» означала, что вершина достигнута. «Южное седло недостижимо» означало «Джордж Бэнд». И далее:

«Стена Лхоцзе» – «Том Бурдиллон».

«Лагерь на гребне недостижим» – «Чарльз Эванс».

«Отступление в Западный цирк» – «Альфред Грегори».

«Передовой базовый лагерь оставлен» – «Эдмунд Хиллари».

«Лагерь V оставлен» – «Джон Хант».

«Лагерь VI оставлен» – «Джордж Лоу».

«Лагерь VII оставлен» – «Уилфрид Нойс».

«Ожидается улучшение погоды» – «Тенцинг».

«Ждем дальнейших новостей» – «Майкл Уорд».

«Штурм отложен» – «Майкл Уэстмакотт».

«Погода ухудшается» – «Чарльз Уайли».

«Ожидается поставка кислорода» – «Шерпа».

Все остальные слова в сообщении значили то, что значили. Моррис достал заранее принесенную в базовый лагерь пишущую машинку и напечатал следующее: «Снежные условия плохие, передовой базовый лагерь оставлен, ожидается улучшение погоды». Сообщение означало, что вершина достигнута Эдмундом Хиллари и Тенцингом. Моррис запечатал листок в конверт и передал курьеру. Затем молодой журналист некоторое время писал заметку и, рано пообедав, отправился в долгий путь в Катманду. Но недалеко от монастыря Тьянгбоче Моррис наткнулся на Джексона из Reuters. Репортеры обменялись несколькими фразами.

– Ты уходишь? – спросил Джексон.

– Я так долго там просидел, что хочется отдохнуть.

– Хм. Все хорошо?

– Да.

– Точно все в порядке?

– Более или менее.

Все это походило на своего рода словесный танец, который исполняют журналисты, когда не хотят делиться информацией с конкурентами. Моррис попрощался и поспешил дальше вниз, надеясь, что его новость уже на пути в Лондон.

План