Маршал Еременко. Биография глазами дочери - Татьяна Андреевна Еременко Страница 8

М.: – Этого я не знаю. Мой муж говорил мне, что Андрей Иванович под Сталинградом разбил немцев. Это я слышала и от других.

Н.: – Смотри, каким он стал умным и большим человеком – немцев разбил! Вот голова! А какой он был красивый и храбрый, когда мы с ним гуляли в молодости… А как за ним девушки “убивались” и бегали…

М.: – Ты тоже за ним бегала.

Н.: – А чего здесь плохого, бегала… Я его очень любила, и он меня любил, жениться хотел на мне, сватов присылал. Но ничего не вышло, отец мой и мама были против того, чтобы я выходила за него замуж. Их семья жила очень бедно и к тому же имела много детей. Я потом всю жизнь жалела, что послушалась родителей и не вышла за него замуж. Нужно было убежать к нему и всё. Когда меня не выдали за Андрия, он женился на Евдокии Федоровне Романенко, которая жила в работницах. Он ее не знал и не любил.

М.: – Я не знаю, любил он тебя или нет, но за мной ухаживал. А ты не забыла, когда он старшим был нашей 5-й сотни? Тогда порядок был, его слушались все: и ребята, и девушки, а кто не подчинялся, тому попадало. Попало раз и мне и вот в связи с чем: пошла я с одним кавалером на вечерницы, с нами еще две пары. Все это мы сделали без его позволения, и Андрий за это порезал нам полушубки. Да это еще ничего, мы боялись, что он вымажет хату дегтем. Мы все его боялись, даже больше, чем своих родителей, но он был справедливый и нравился мне его твердый характер. Какой-то он сейчас? Очень уж хочется посмотреть на него.

Н.: – А разве мне, думаешь, не хочется посмотреть на Андрея Ивановича? Да еще как хочется. Приедет, брошу всю работу и пойду посмотреть. Интересно, узнает он меня или нет. Мы здорово изменились, и нет в нас той красоты, что была прежде. А красивые мы были, правда?

Слушал я, слушал этот разговор и говорю им:

– Довольно вам об этом смаковать, все это я уже несколько раз слышал.

Они в один голос мне в ответ: – Так приятно згадать об цим.

Поднялся сплошной хохот. Все смеялись от души, особенно весело и заразительно – Нина Ивановна. Она смеялась до слез, ей вторили остальные. Насилу успокоились.

Здесь уместно сказать, что Нина Ивановна обладает замечательными качествами, она своим мягким, теплым, ласково-чутким обращением к человеку вызывает к себе особые симпатии и расположение. Так было всегда, я наблюдал это на протяжении более 20 лет. Вот и здесь на этом “партизанском” обеде все произошло, как всегда. Нина Ивановна незаметно для себя самой и для окружающих вошла в среду чужих, не знакомых ей людей, покорила их своим обаянием, своей любезностью, простотой в обращении. Все были от нее буквально без ума и все спрашивали меня:

– Андрий, скажи, дэ цэ ты взяв тику жинку? Ну и гожа же вона! Та ласкова, та добра. Видкиля цэ вона? Чы руська, чы украинка, чэ щэ яка?

– Она украинка, из Одесской области, – отвечал я.

– А скилькы ин рокив?

– Ей почти 40 лет.

– Дывысь яка она, а мы гадалы, що ли рокив 25, а вона настояща жинка, уже пожэла».

Мы с сыном Андреем в начале двухтысячных побывали в тех краях, встречались со многими ветеранами, земляками. Все в один голос вспоминали, какой удивительный человек был Андрей Иванович, как переживал и заботился о марковчанах. Про маму нам интересно рассказал Иван Федорович Скиба, бывший директора марковской школы.

А.И. Еременко и Н.И. Еременко в окружении земляков. Марковка. 1962 г.

«В апреле 1964 года меня направили в деловую поездку в Москву. Признаюсь, что я, деревенский парень, из глубинки, поначалу очень робел и стеснялся: ведь встреча предстояла с Андреем Ивановичем – Маршалом Советского Союза да еще с его красавицей женой, маршальшей.

Но Нина Ивановна в обхождении настолько проста, обаятельна и внимательна, что все мои страхи при первой же встрече улеглись, рассеялись, стало легко и все прошло хорошо. Дело в том, что мы хлопотали за восстановление Марковского района, который упразднили. Андрей Иванович обещал помочь и сдержал свое обещание, район, в конце концов, был восстановлен. Нина Ивановна с ее внимательностью и обаянием очень ему помогла ускорить этот процесс.

Марковское начальство поручило именно мне доложить Андрею Ивановичу все необходимые данные по нашему хозяйству. Мне передали необходимые материалы, и, зная, что Андрей Иванович серьезно во все вникает, я решил основательно подготовиться к предстоящему разговору, в пути внимательно изучил все бумаги, несколько раз перечитал, чтобы запомнить и отвечать на вопросы бойко, без бумажки, а как положено.

Пришли на квартиру, расположились в кабинете и сразу про район, про наши нужды и т. д. А перед этим мы по приглашению Андрея Ивановича вместе с одним из его сыновей от первого брака Игнатом Андреевичем с радостью побывали на стадионе на первом футбольном матче нового сезона.

Пока разговаривали, Нина Ивановна накрыла на стол. Мы вкусно поужинали.

В другой раз мы с товарищем были в Москве зимой. Привезли главный подарок – поросенка. Звоним Нине Ивановне.

– Приезжайте, приезжайте!

Ставим на стол постное масло и жмых. Нина Ивановна от души благодарит за все, особенно за жмых:

– Это самое главное для Андрея Ивановича, ведь он такой рыбак!

Тут мы открываем чемодан с поросеночком. Нина Ивановна от неожиданности даже руками всплеснула и невольно выдохнула: “Ой!” Расцеловала нас, отвела в гостиную, усадила на диван. Сидим, разговариваем. Телефон задребезжал. Нина Ивановна побежала снимать трубку. А мы тем временем шепчемся, что хорошо бы узнать о нашем районе. Неожиданно возвращается Нина Ивановна и с порога:

– А в компании секретов быть не может.

Мы немного смешались, говорим, что нам результат нужен, за этим мы здесь.

– Ну конечно, ну конечно, нужен результат. Завтра 10-го в 10 часов в Кремле открывается сессия Верховного Совета. Хотя Андрей Иванович немного нездоров, но на открытии сессии будет непременно. В 9 часов я заеду за ним в госпиталь, и мы вместе отправимся в Кремль, там уж и будем окончательно решать ваш вопрос.

Хорошо так поговорили, тепло распрощались. Мы погуляли по Москве, в гостиницу вернулись уже к вечеру.