И жизнь, и слёзы, и любовь дома Рюрика - Юрий Николаевич Лубченков Страница 31

В одну из августовских ночей терпение новгородцев лопнуло – и они перебили часть норманнской дружины. Ярослав, понимая, что сами новгородцы не пойдут в поход сына против родного отца, и его единственная надежда сейчас – викинги, решил отомстить своим подданным. Чтобы наемники видели, как они дороги князю. Он заманивает несколько сот человек из лучших людей Новгорода к себе на двор и там велит их зарубить. Большая часть погибла, но все они были воинами – и некоторым удалось вырваться из княжеской засады. Город забурлил, и неизвестно, чем это могло бы кончиться для Ярослава, решившего проучить строптивых новгородцев, которые еще несколько веков будут гордиться независимостью, славой и богатством Господина Великого Новгорода – и лишь Иван III разгромит их вечевую республику. Пока же Новгород в самой силе, и почувствовать бы это князю Ярославу уже ближайшим днем, как – судьба! – пришло письмо от его сестры Предславы. В нем она писала любимому брату, что их отец скончался и чтобы он берег себя – уже нескольких братьев извел нынешний князь Святополк.

Ярослав долго молча сидел над посланием – ему было о чем подумать. Надо было разом исправлять содеянное, предвидеть и на ближайшее время, и на много лет вперед. Не с той ли ночи он стал человеком, которого нарекут Мудрым? Думающим и предвидящим, размышляющим и ведающим. Ведающим не как Олег и Ольга Вещие, которым сие умение дано было от предков, а силой своего разума, умеющего складывать различные камешки-события в единую мозаику жизни.

Утром он просил собраться новгородцев в поле, понимая, что на двор к нему они отныне поопасаются прийти. Когда все собрались, появился и князь. Без охраны, без оружия, держа в руках лишь письмо сестры. Молча переждал крики, не дрогнул, когда к нему с угрозой потянулись люди, потерявшие вчера родных и друзей – и постепенно собрание-вече замолкло, дав ему говорить.

И он сказал – и о том, что в безумии вчера погубил их с городом дружбу и что не вернешь убитых никаким золотом – но даст он его их семьям, дабы не нуждались они, потеряв кормильца.

И что – и у него горе: потерял он отца, потерял и братьев, павших от руки преступившего закон Святополка. И что хочет он отомстить братоубийце. И если простят его новгородцы, то попросит он их о помощи, ибо силен Святополк – и силой киевлян, и мощью тестя, и печенегами, с которыми он дружит.

Город поверил и простил князя, собрал ему многотысячную рать, обеспечил ее припасом и двинул на юг. Ярослав оказался прав – не поддержав строптивого сына, Новгород открыл свое сердце кровнику за братьев. Он довел свое войско до Любеча на Днепре, и здесь его уже ждал Святополк с киевлянами и печенегами. Три месяца простояли братья каждый на своей стороне реки, и лишь ранней зимой 1016 года Ярослав решился. Его войско утром переправится на другой берег, оттолкнет ладьи от берега – победа или смерть! – и ударит по неприятелю. Святополк оказался зажатым между двумя озерами и не смог в полной мере использовать конницу. Его войско, отходя, вступило на уже образовавшийся на них лед. Тот крошился, воины тонули – разгром был полный.

Печенеги бежали в степь, Святополк – в Польшу, Ярослав вошел в Киев.

Он заключит мирный договор с германским императором Генрихом II против Польши, надеясь связать руки брату и его тестю. Временно это удастся – и поначалу Святополк направит на Киев своих печенежских союзников. Их нападение, происшедшее в том же 1017 году, когда Ярослав занял Киев, удастся отразить.

Но Болеслав I недаром прозывался Храбрым. Он сумеет найти противоядие против нового союза и помочь мужу дочери. Его войско разгромит Ярослава, которому придется срочно уйти в Новгород, и вновь посадит на княжение в Киеве Святополка.

На этот раз киевский князь правил не один – рядом с ним был Болеслав и его войско, чувствующее себя в Киеве как в завоеванном городе.

Умный Святополк, тяготясь засилием вчерашних союзников, призвал народ к борьбе. Болеслав, дивясь людской неблагодарности, был вынужден оставить город, прихватив свою новую наложницу – княжну Предславу и ее сестру. И Анастаса, участника еще первого заговора Святополка при жизни отца.

Болеслав Храбрый и Святополк у Золотых ворот Киева. Художник Ян Матейко

Анастас в свою очередь прихватил с собой казну Десятинной церкви. Болеслав же, уходя из Киева, не ушел из Червенской Руси, присоединив ее города к своему королевству.

Тем временем Новгород вновь набирал Ярославу рать. Когда поляки разбили князя и он добежал досюда, то был в отчаянии и по примеру брата пытался бежать еще дальше – к своему тестю. Но Новгородская земля во главе с Константином, сыном Добрыни, думала иначе. Ибо к этому времени Ярослав полюбился Новгороду.

Особенно за его Устав – сборник законов Русской Правды, принятой им в скором времени после примирения с городом.

Русская Правда, основанная на древнейшем славянском праве, защищала жителей Руси от произвола, насилия, воровства, четко отмечая наказания за каждый проступок, совершенный человеком во зло своему ближнему.

Буйство нравов отныне было обещано смирять сильной рукой власти, защищая всех жителей государства – от боярина до изгоя.

И самое понравившееся новгородцам: отныне чужеземные лихие люди не могли обижать их безнаказанно, сверяя свои поступки лишь со своими законами. Норманнам и иным пришлым людям теперь предстояло подчиняться законам Киевской Руси, если они хотели здесь жить, служить и торговать.

Поэтому Новгород и не отпустил своего князя. Для начала они разрубили корабли, на которых Ярослав хотел уехать в Швецию, обложили себя большим налогом и начали набирать новое войско. Во главе с Ярославом оно вновь двинется на юг. К этому времени киевляне окончательно остыли к Святополку – и, узнав о походе новгородской рати, князь бежит. На этот раз к печенегам.

Через год он приведет их огромную силу походом на Киев, желая вновь править в нем. Но киевляне уже все будут на стороне Ярослава, в его войске, которое встретит степняков на Альте, неподалеку от того места, где нынешний князь-изгой расправился со своим братом. Все знали об этом, и все помнили, и хотели отомстить тому, кто, кровью братьев добыв престол,