Непрошеный пришелец: Михаил Кузмин. От Серебряного века к неофициальной культуре - Александра Сергеевна Пахомова Страница 139

287

Кузмин М. Дневник 1908–1915. С. 529, 553, 558, 560. В монографии Б. Хеллмана показано противоречивое отношение к войне после Февральской революции среди русских писателей. Как показывает финский ученый, в то время пока Мережковский, Гиппиус, Сологуб и Бальмонт приветствовали продолжение войны, Брюсов, Белый и Блок выступали за ее окончание (Hellman B. Poets of Hope and Despair… P. 271–291).

288

Историю присылки альбома Кузмину см.: Дмитриев П. В. Альбомные и посвятительные тексты М. Кузмина. I. Две записи М. Кузмина в альбоме Л. И. Жевержеева // Дмитриев П. В. Михаил Кузмин: Разыскания и комментарии. С. 74–77.

289

См. об этом: Богомолов Н. А., Малмстад Дж. Э. Михаил Кузмин. С. 231–234.

290

См.: Крусанов А. В. Русский авангард 1907–1932. Т. 2. Кн. 1. С. 23–24.

291

Чулков Г. Вчера и сегодня // Народоправство: Еженедельный журнал. 1917. № 12. 16 октября. С. 8.

292

Кузмин М. Дневник 1908–1915. С. 504.

293

Кузмин М. Дневник 1917–1924. Кн. 1. С. 22.

294

Это один из центральных образов «Рабочей Марсельезы»: «И взойдет за кровавой зарею / Солнце правды и братской любви…», в котором воплотились чаяния на лучшее будущее, лишенное как сословных различий (братство людей разных сословий), так и военных конфликтов (братство народов). См.: Колоницкий Б. И. Символы власти и борьба за власть… С. 296–297.

295

«…Кузмин еще в „Крыльях“ провозгласил устами учителя греческого языка Даниила Ивановича, что „в XV веке у итальянцев уже прочно установился взгляд на дружбу Ахилла с Патроклом и Ореста с Пиладом как на содомскую любовь…“» (Богомолов Н. А. О Михаиле Кузмине. 3. Неизданный Кузмин из частного архива. С. 542).

296

Нельзя также не отметить, вслед за разысканиями Л. Г. Пановой, мощный слой гностической образности во «Враждебном море», предваряющий гностические стихи осени – зимы 1917 года и отчасти мотивирующий обращение Кузмина к мифологии и древней истории (Панова Л. Г. Русский Египет: Александрийская поэтика Михаила Кузмина. Кн. 1. С. 463–469).

297

О топосе моря в античной литературе и литературе Возрождения см.: Curtius E. R. European literature and the Latin middle ages. New York: Pantheon Books, 1953. P. 128–130. О психофизиологических основаниях морской символики, сделавшей ее одной из самых распространенных в русской и мировой литературах, «смысловой структуре, в которой бесконечное выражается в конечном, вечное – во временно́м» см.: Топоров В. Н. О «поэтическом» комплексе моря и его психофизиологических основах // История культуры и поэтика. М.: Наука, 1994. С. 11–52.

298

Оксенов Инн. Отклики поэтов // Знамя труда. 1918. № 151. 8 марта. С. 4.

299

Селезнев Л. Михаил Кузмин и Владимир Маяковский. С. 69–71.

300

Богомолов Н. А. Примечания // Поэзия. С. 735.

301

Кузмин М. Дневник 1917–1924. Кн. 1. С. 22.

302

Селезнев Л. Михаил Кузмин и Владимир Маяковский. С. 70.

303

В. Маяковский в воспоминаниях современников. М.: Гослитиздат, 1963. С. 341.

304

Кузмин М. Дневник 1917–1924. Кн. 1. С. 102.

305

Там же. С. 52. Последнее обстоятельство впервые отмечено Н. Богомоловым.

306

Янгфельдт Б. Ставка – жизнь: Владимир Маяковский и его круг / Пер. со шведск. А. Лавруши и Б. Янгфельдта. М.: Corpus, 2009. С. 106.

307

См.: Перцов В. О. Маяковский: Жизнь и творчество. 3-е изд. М.: Худож. лит., 1976. Т. 1. С. 338. См также: Янгфельдт Б. Ставка – жизнь: Владимир Маяковский и его круг. С. 106.

308

Катанян В. А. Маяковский: Хроника жизни и деятельности. Изд. 5-е, доп. М.: Сов. писатель, 1985. С. 124, 127, 129, 133.

309

Катанян В. А. Маяковский: Хроника жизни и деятельности. С. 136–137.

310

Маяковский В. В. Полн. собр. соч. Т. 1. С. 209–242; далее цит. по этому изданию.

311

Подробнее сходства двух текстов разобраны в: Пахомова А. Поэтика и контекст оды М. Кузмина «Враждебное море» // Slavica Revalensia. 2020. Vol. 7. P. 26–28.

312

Селезнев Л. Михаил Кузмин и Владимир Маяковский. С. 77.

313

Асеев Н., Арватов Б., Брик О. и др. За что борется ЛЕФ? // ЛЕФ. 1923. № 1. С. 4.

314

Кузмин М. Дневник 1917–1924. Кн. 1. С. 21.

315

Кузмин М. А. Талый след. Неоконченный роман 1921 года <sic!> // ОР РНБ. Ф. 400. Оп. 1. Ед. хр. 4.

316

Кузмин М. А. «Плавающие и путешествующие», «Талый след»: Отрывки из романов // РГАЛИ. Ф. 232. Оп. 1. Ед. хр. 23. Л. 24–51 об.

317

Память запечного детства: Неизвестная и забытая проза М. Кузмина 1917–1918 годов / Публ. и подгот. текста А. Г. Тимофеева // Час пик. 1997. № 164 (893). 5 ноября. С. 14. «Талый след» в его «альманашном» виде был перепечатан только однажды: Проза, т. 9, с. 313–325.

318

Кузмин М. А. Списки поэтических, беллетристических и музыкальных произведений и план сборника «Условности». 1890–1923 гг. Л. 11 об., 15 об.

319

Кузмин М. А. «Плавающие и путешествующие», «Талый след»: Отрывки из романов // РГАЛИ. Ф. 232. Оп. 1. Ед. хр. 23. Л. 24.

320

Этот же сюжет встречается в двух рассказах, по времени написания примыкающих к «Талому следу». Рассказы «Папаша из дымовой трубы» (Москва. 1918. № 12) и «Княгиня от Покрова» (Нива. 1918. №№ 10–12) композиционно подобны «Талому следу»: утрата родителей окружена тайной, воссоединение с ними случайно, а