В разные годы. Внешнеполитические очерки - Анатолий Леонидович Адамишин Страница 128

Из Рима мы отправились прямиком в Давос на экономический форум, где в основном обсуждалось положение в России. Главный вопрос – как новое правительство будет проводить экономическую политику после ухода из него Гайдара и Федорова, которые считаются сторонниками монетаризма. По мнению раскритикованного Де Микелисом Джеффри Сакса, прежде всего, требуется обуздать инфляцию. В разговоре со мной он сказал, что Геращенко, председатель Центрального банка, скверно ведет дела. Надо бы поначалу узнать, сколько у тебя денег, а потом уже их распределять. В России часто получается наоборот: одна программа идет за другой без должного обеспечения. В итоге большие перерасходы. В январе 1994 г. инфляция составила свыше 20 процентов, т.е. значительно выросла по сравнению с предыдущим месяцем. Дело в том, говорил Сакс, что перестали бороться с инфляцией монетаристскими методами. Распространено мнение, что правительство Черномырдина говорит одно, а делает другое. Со своей стороны, как мог, защищал Виктора Степановича.

Когда западные оппоненты критиковали в разговоре со мной Россию или наших руководителей, я вступал в бой. Мне помогал Пушкин, писавший Вяземскому: «Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног, но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство». Если нападки шли на МИД, опять выручал Александр Сергеевич: «Людей, о коих не сужу, / Затем, что к ним принадлежу» («Евгений Онегин»).

Из Давоса переехали в Лихтенштейн. Совсем мы, как говорится, почудили – почти целый день провели в этом карликовом государстве с 30 тысячами населения. Но государство приятное, его князь, курфюрст, очень симпатичный человек. Обменялись по ходу поездки несколькими фразами с премьером. Он стал говорить, что страной управляют, как всегда, не рыхлые москвичи, а сибиряки, более надежный народ (он сам с Южного Урала, потомок казаков). Ответил, что эти рыхлые москвичи под танки ложились, чтобы привести к власти уральцев. Он начал горячиться, не любит, когда против шерстки, но я дипломатично переменил тему, приведя французское изречение, что гении родятся в провинции, а умирают в Париже. Это ему страшно понравилось.

Так к чему этот Лихтенштейн? Оказывается, пропал их семейный архив с буквы «А» до буквы «Л», который находился в Вене, а обнаружился, естественно, в КГБ. Князь просит вернуть, о чем уже есть договоренность. В свою очередь, он купил за собственные деньги какой-то нужный нам архив и передал его Черномырдину.

Китай. Один из показателей, как меняется наша внешняя политика в лучшую сторону, это отношения с Китаем, где недавно был Козырев. Конструктивное партнерство – такая у нас теперь формула. Китайцы поддерживают нашу линию на формирование в мире и в Азиатско-Тихоокеанском регионе многополюсной системы, исключающей доминирование какой-либо одной державы, а одна из важнейших опор такой системы – сотрудничество России и Китая. Не говоря уже о модернизации 156 предприятий, построенных в КНР с нашей помощью, о строительстве объектов энергетики, военно-техническом сотрудничестве, продаже оружия и т.д. Они вроде хотят нам идти навстречу и в том, чтобы не допускать бесконтрольного перехода китайцев на нашу территорию, их оседания на российской земле.

А ведь я очень хорошо помню, как воевал с Кунадзе в декабре 1992 г., когда готовился визит туда Ельцина. Какие были в памятке ненужные идеологизированные вещи, сколько было «прав человека», о чем с китайцами говорить бесполезно. Тогда я еще Коле Соловьеву, одному из главных наших ориенталистов, устраивал сцены: «Что за памятку к беседам ты пишешь, разве в этом национальные интересы России?» Он мне отвечал по привычному шаблону – таков социальный заказ от Козырева. Удалось в значительной степени смягчить этот «демократический» настрой: помог Ельцин своим вполне прагматическим подходом. Как же всё изменилось с тех пор и как мы отстали.

Москва–Стамбул, приятный рейс, хорошо на тройку дней смыться от московских проблем. Из окон гостиницы роскошнейший вид на Босфор. Можно смотреть, не отрываясь, как беспрерывно снуют корабли. Прекрасное место, чтобы создавать Организацию черноморского сотрудничества, которая воплотилась-таки в жизнь спустя два года после задумки Шеварднадзе. Для ее формирования я сюда и послан от России. Организация эта оказалась нужной, живет до сих пор. Уже не то.

Но наиболее интересное происходит дома и в округе. «Ушли в отставку» Шушкевича. Накопившееся недовольство вылилось в почти единодушное голосование против. Что любопытно, газеты написали фактически в одинаковых выражениях: «Отстрелян первый беловежский зубр».

Моя любимая Дума в рамках курса на национальное примирение приняла в феврале 1994-го постановление об амнистии, начиная с августа 1991 г. и кончая последними событиями. В итоге вышли на свободу герои Белого дома, в том числе Руцкой с окладистой бородой «а-ля Фидель Кастро» и в форме офицера Советской армии. Они согласились на амнистию, хотя не признали cебя виновными, да и суд над ними так и не состоялся. Выйдя, стали произносить всякие хорошие слова насчет национального примирения. Последовал язвительный комментарий «Эха Москвы»: те, кто давал приказ расстреливать на месте, теперь учат демократии.

А принята была амнистия в пакете с отменой парламентской комиссии по расследованию событий с 21 сентября по 3 октября 1993 г. Незачем, мол, углубляться в то, что произошло в эти дни, неизвестно, что может выйти наружу.

На очередном заседании своей фракции в Думе Жириновский вмешался в мидовские дела. ЛДПР, по его словам, будет настаивать на уходе из правительства Козырева (так же как и Чубайса, Шохина и Шахрая). Он сослался на письмо бывших российских дипломатов в миссии ООН, якобы поступившее в адрес ЛДПР. В нем они критикуют Козырева за то, что он заменил сотрудников на угодных ему людей, в том числе «представителей других народов». Авторы письма якобы предложили В. Жириновскому открыть загранбюро своей партии в Вашингтоне. В МИДе мы оставили это заявление без внимания.

В другой раз затронули нас на заседании депутатской фракции «Выбор России». Н. Воронцов, А. Гербер, С. Юшенков выразили крайнюю обеспокоенность «политической незрелостью» сотрудников загранучреждений МИД РФ (прежде всего в Вашингтоне). Депутаты, по их словам, поражены «той агрессивностью, которую продемонстрировали дипломаты, оспаривая позиции сторонников демократии и прогресса». Было выражено единодушное мнение, что с этими фактами надо разобраться, найти виновных и, вообще, «что-то делать с МИДом».

Надо признать, что среди чиновников МИДа всегда преобладали настроения косные и довольно агрессивные, под стать его руководству в годы застоя. Либеральное, «разрядочное» крыло даже во времена перестройки оставалось в меньшинстве. Но и этому всплеску думцев хода не дали.

Важнее другое: на этом заседании Гайдар поставил вопрос о выборе приоритетных направлений возрождения государственности. Необходим концептуальный ответ: