Луначарский. Дела и годы наркома просвещения - Сергей Николаевич Дмитриев Страница 122

Социал-демократы составляли самую сильную группу в Вологде, и именно эта группа стала поощрять Луначарского выступать с рядом диспутов и лекций против Бердяева, противопоставляя его идеализму марксистскую философию. И эти диспуты проходили «с выдающимся успехом», оттачивая ораторские способности Луначарского и делая его популярным среди тогдашней учащейся молодежи и многочисленной колонии ссыльных. «Сколько могу помнить, – вспоминал Луначарский, – успех мой был очень велик, и влияние Бердяева в нашей среде чрезвычайно ослабло. Сам Бердяев, несмотря на все мои приглашения приходить на мои рефераты и возражать мне, туда не являлся. Велико, но на этот раз уже параллельно с моими собственными стремлениями, было влияние Богданова. Жил он тогда в Кувшинове, врачом при психиатрической лечебнице. Я тоже поселился там, и на все собрания мы ездили из Кувшинова в Вологду, а к нам тогда постоянно приезжали гости»[620].

Важно, что именно в Вологде Луначарский начал свою непрерывную публицистическую деятельность, свое, как он говорил, «литературное служение», написав, прежде всего, ряд статей против Бердяева, С.Н. Булгакова и других идеалистов и осуществив выпуск коллективного сборника «Очерки реалистического мировоззрения» со своей программной статьей «Опыт позитивной эстетики». Если мы обратимся к самому полному указателю статей и произведений революционера, то именно 1902 г. помечены почти первые его 11 публикаций (до этого в 1896–1900 гг. зафиксировано только по одной публикации автора каждый год). Печатался тогда молодой публицист преимущественно в газете «Северный край» и журналах «Образование», «Русская мысль», причем половина его публикаций уже тогда касалась так или иначе театральных дел, ведь он почти ежедневно бывал в Вологодском городском театре, что потом не могло не сказаться на его стойком увлечении театрами и драматургией. Луначарский написал в Вологде и цикл своих «Маленьких фантазий», которые представляли собой рассказы-притчи, показавшие склонность автора к художественному творчеству.

Сразу отметим, что именно дар литератора постепенно стал «главным двигателем» революционной и партийной карьеры Луначарского, который становился известным прежде всего благодаря своему острому перу. И его писательская активность в последующие годы только нарастала: 1903 г. – 32 публикации (здесь появляется помимо театральных еще больше философских и литературоведческих статей), 1904 г. – 42, 1905 г. – 50, 1906 г. – уже 55 публикаций. Позднее в эмиграции количество публикаций автора немного сократилось, потом опять стало нарастать, достигнув апогея в советское время, когда, например, в 1928 г. Луначарский подготовил и выпустил более 350, а в 1929 г. – 280 публикаций. Всего же библиографами зафиксировано более 4000 публикаций его произведений за все годы творчества, причем количество неизданных произведений доподлинно неизвестно[621].

Любопытно, что о грянувшей в России первой российской революции, которая привела всю эмиграцию в «невиданное волнение» и разбудила огромные надежды на будущее, Ленин узнал именно от Луначарского 10 января 1905 г., когда встретил его с женой Анной Александровной по пути в женевскую библиотеку[622]. Эта новость была воспринята Лениным «с ликованием», он сразу оценил это трагическое событие 9 января как «начало революции» с «тысячами убитых и раненых»[623]. Через несколько месяцев, в августе 1905 г., Луначарский напишет стихотворение «К юбилею 9 января», который Ленин пометил: «К набору непременно в № 12», и этот стих будет опубликован в газете «Пролетарий». Это было вообще первое стихотворение, опубликованное автором, и интересно, что царизм в нем осуждался не со стороны какого-либо пролетария, а «набожного старика», который наивно верил в царя, поддался призывам Гапона и погиб в Кровавое воскресенье 9 января:

И верю я: придет тот день,

Господь царя пробудит

И скажет: «Глянь-ка на народ!

Его-то кто ж рассудит?!»

И царь придет на помощь нам,

По правде все устроит:

Заводчиков посократит,

Рабочих успокоит…

Царю хотим мы бить челом,

Чтоб больше дал свободы,

Чтоб дал рабочему вздохнуть:

Загрызли нас невзгоды…

И вот наступил день 9 января, старик пошел с толпой на поклон к царю, попытался убедить «казацкую ораву» пропустить их к Зимнему дворцу, но был сражен залпом:

Упал старик, сраженный в грудь, —

Убит царем кровавым,

И бог не мстит с своих небес

Своим рабам лукавым.

Повсюду кровь, смятенье, смерть,

Звучат угрозы, стоны.

А на краснеющем снегу

Разбитые иконы[624].

В дни после 9 января Луначарский написал ставшую в России популярной брошюру «Как петербургские рабочие к царю ходили»: «Петербургская бойня многому научила русских рабочих города, пусть научит она и деревенских… Станем же мы, рабочие, впереди всех, свергнем царя и устроим такую республику, в которой было бы побольше простора для нашей рабочей борьбы за социализм!»[625]

С тех пор Ленин прекрасно знал о стихотворном творчестве будущего наркома, выступив, к примеру, за публикацию в «Пролетарии» его стихотворной баллады «Два либерала». В этой балладе, написанной в связи с посещением 6 июня 1905 г. Николая II земскими деятелями, в том числе И.И. Петрункевичем и С.Н. Трубецким, вступившими фактически в сговор с самодержавием, прозвучала резкая отповедь либеральным силам:

По Невскому с видом уныло-больным

Шли медленно два либерала,

Убитые мыслью, что в бороду им

Правительство вновь наплевало.

«Мой друг Петрункевич! – сказал Трубецкой. —

Нас царь околпачил прескверно,

И земцы и думцы смущенной толпой

Нас встретят укором, наверно…

Да, царь призовет нас, я верю, к себе:

Нас ждут министерские кресла!

Тогда препояшут и мне и тебе

Мечом либеральные чресла!

Порядок строжайший мы будем хранить

Совместно с второю палатой:

Прогресс должен медленным, медленным быть, —

Так мыслит помещик богатый…

Не бойся же, княже! Не пал либерал

От царственной лжи безобразной, —

Я даже и в «Искре» на днях прочитал:

«Власть будет всегда буржуазной!»[626]

В «пылу революции» Луначарский не забывал о своем творчестве, которое всегда было для него отдушиной и отдыхом от «политической круговерти». Он написал в ноябре 1905 г. драму «Из иного мира», а в декабре – пять одноактных пьес «на злобу дня» – «Пять фарсов для любителей»[627]. Однако на свободе Луначарскому выпало провести после приезда в Россию всего менее 40 дней. В начале декабря 1905 г. был арестован первый состав Петербургского совета. А 31 декабря во время собрания социал-демократов Невского района Петербурга в Императорском техническом обществе арестовали и Луначарского. Он провел несколько дней в Шлиссельбургском участке, а 4 января был переведен в знаменитые петербургские «Кресты» в одиночную камеру. Как и раньше, 24 дня нахождения