Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен Страница 117

– Я была координатором показов мод, затем преподавала в колледже – моду, уход за собой, гардероб. Читала лекции по всему северо-западу – в Вашингтоне, Орегоне, Айдахо.

Затем она подтвердила алиби: во время изнасилования Лоис Хиггинс ее сын был в Сиэтле. На вопрос о ночи 30 августа 1980 года – нападения на Сью Эллен Уилбер – ответила без колебаний:

– Да, помню. Мы с мужем и Фредом смотрели телевизор. «Лучшее из Карсона», но переключались – я хотела увидеть фильм с Эрролом Флинном, «Виргиния-Сити». Я читала о нем – там писали, что именно с этого фильма начался его спад. Мне было интересно проверить. Поэтому мы все время переключались туда-сюда.

Джули Туайфорд спросила:

– Вы помните дату?

– Ну, это было двадцать девятого, начало в половине двенадцатого. Значит, уже тридцатое… то есть ночь с двадцать девятого на тридцатое.

Изнасилование Сью Эллен Уилбер произошло сразу после полуночи.

Свидетельница уверенно подтвердила версию мужа о регулярных завтраках и ужинах с сыном. На рынке недвижимости был спад, и, по ее словам, «готовить на троих не дольше, чем на двоих и не намного дороже», поэтому Фред завтракал у них каждый день: приходил к шести, обычно чуть раньше, и оставался примерно до половины восьмого.

Айрин Пул и Джини Мейс были изнасилованы между 6:30 и 7:30 утра.

– Потом он ужинал с нами, – продолжила она, – а ужин у нас с пяти до половины восьмого.

Стефани Гиббс и Мэри Олдхэм подверглись нападению как раз в эти часы – между 18:30 и 19:00. Совместные трапезы, по ее словам, продолжались «примерно до пятнадцатого или двадцатого февраля». Наблюдение за Коу началось 25 февраля, и с этого момента утренние визиты в родительский дом в протоколах уже не фиксировались – показания миссис Коу закрывали этот разрыв.

Затем речь зашла о 8 марта – «дне дилдо». Видела ли она сына тем утром?

– Да, конечно. Я никогда не забуду восьмое, девятое и десятое марта. Восьмое было воскресенье: Сын позвонил, потом заехал, и мы поехали смотреть участок…

Она осеклась и, обернувшись к присяжным, добавила:

– Поскольку вы из Сиэтла, не буду утомлять вас подробностями маршрута.

Дальнейшее описание совпало с версией ее мужа.

На вопрос об обсуждении нападений в Саут-Хилле она ответила:

– Да, и не просто обсуждали. После множества разговоров мы решили попробовать найти какие-то зацепки. Мы считали, что одна из причин, по которой он вернулся в Спокан, – это то, что это тихий, уютный город, хорошее место для жизни. И нам хотелось сохранить этот образ… Мы воспринимали происходящее как нападение на наш дом. Поэтому выходили в те часы, когда действовал насильник: Сын бегал трусцой, а я медленно ехала за ним. Но к осени устали и прекратили.

Позже они возобновили попытки – после программы «Тайный свидетель» и январских публикаций о нападениях на автобусных маршрутах.

– Тогда и появилась идея следить за автобусами. Мы искали, сможем ли заметить женщину, за которой выходит мужчина, – хоть какую-то зацепку. Но ничего не нашли. К середине февраля я устала и сказала, что больше не хочу этим заниматься, и Сын тоже решил прекратить – начинался сезон недвижимости.

– Сколько раз вы это делали?

– Думаю, раз десять – двенадцать, может, больше.

Она также заявила, что сын годами не носил усов, всегда был аккуратен, коротко стригся, почти не имел проблем с кожей, никогда во взрослом возрасте не носил шапок и перчаток и пользовался большим успехом у школьниц:

– Мы даже думали поставить ему второй телефон – столько ему звонили.

Когда разговор зашел о его здоровье, она подробно описала аллергию:

– Он буквально взрывается: все течет, из носа льется. После того как косил газон, мог два дня лежать в постели.

Адвокат защиты Туайфорд попросила описать отношения между Фредом и Джини Перхэм. Рут Коу прочистила горло и сказала:

– У меня такое чувство, что когда он впервые встретил Джини, он испытал то же сострадание, что и мы все.

Помощник прокурора Патрисия Томпсон возразила, указав, что ответ уклончивый. Свидетельница попросила:

– Пожалуйста, Джули, не могли бы вы задать вопрос еще раз?

– Не могли бы вы просто описать отношения между Фредом и Джини?

– Ну, я думаю, что это было…

– Ваша честь, – вмешалась Томпсон, – я возражаю. Она говорит о своих чувствах.

– Пусть ответит, – сказал судья. – Продолжайте, миссис Коу.

– Спасибо, Ваша честь. Я рассматривала это как экономические отношения. Она интересовалась недвижимостью и через Фреда вошла в эту сферу. Он помогал ей учиться… Она долго настаивала, чтобы переехать к нему, а он этого не хотел и сопротивлялся.

– Как Джини относилась к Фреду?

– Она много раз говорила мне, к моему изумлению, что десять лет ждала, чтобы его встретить, что он величайший, просто фантастический. Это меня шокировало: я его мать и знаю его довольно хорошо – и не считаю его фантастическим.

Она улыбнулась сыну.

– Но она подражала ему, его взглядам. Сначала ее убеждения были совершенно иными, но он познакомил ее со своими любимыми авторами, и она их приняла. Она воспринимала все, что он предлагал, и считала его чудесным.

– Было ли в этих отношениях что-то необычное?

– Это напоминало Генри Хиггинса и Элизу Дулитл из «Моей прекрасной леди». Он ей помогал. Когда она вошла в его жизнь, она только что пережила тяжелую травму – ее мать покончила с собой. Я думала, что ее поведение, резкие перепады настроения связаны с этим. Фред делал то, что я сама часто делала на занятиях с людьми после психиатрических клиник: помогал им снова задуматься о внешности, о том, как они выглядят, как одеваются, и возвращал их к нормальности… Он был к ней добр, понимал ее. Благодаря ему она похудела, стала лучше одеваться, стала опрятнее, перестала выглядеть как хиппи и добилась заметных успехов.

На перекрестном допросе Томпсон поначалу не удалось поколебать показания миссис Коу – та лишь усилила негативный образ Джини:

– Джини не готовила, даже посуду не мыла – горы посуды…

– А Фред не мог помыть?

– Если посуда была вымыта – значит, он ее вымыл.

– Но вы говорили, что он педантичен. Почему тогда посуда скапливалась?

– Потому что мисс Перхэм не мыла свою посуду. Он дома не ел.

Допрос перешел к событиям 24 апреля.

– Миссис Коу, – спросила Томпсон, – разве не правда, что вы прикрывали Фреда, говоря, что он был с вами, когда его с вами не было?

Свидетельница посмотрела поверх очков:

– Мисс Томпсон, если вы спрашиваете, солгала бы я ради сына…

– Я этого не