100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина Страница 102

в стоградусные холода,

Без всяких коней и триумфов,

без всяких там кликов, пешком,

Но только наверное знать бы,

что вовремя мы добредем…

Кто же этот «Гамлет восточный», от которого зависело долгожданное возвращение в Россию? Оказывается – И.В. Сталин. Некоторых эмигрантов он пустил домой, например Куприна. Отношение к этому «Гамлету» у Адамовича было не то что неоднозначно, а просто полярно. Он и в этом непоследователен и противоречив, но такова вся эпоха.

Адамович был мудрым человеком, мог улавливать колебания политической атмосферы XX века. В его «Комментариях» встречаются глубокие размышления: «Более полутораста лет тому назад Карамзин под непосредственным впечатлением Французской революции задумался над вопросом, который стоит перед нами и до сих пор: как могло случиться, что идеи и принципы несомненно благотворные привели к невиданным в истории ужасам? В чем дело? Случайно ли это?»

«Много позднее Герцен, – продолжает Адамович, – у которого не было оснований относиться к Карамзину с особой симпатией, – вспомнил эти слова и признал, что они «бьют в самую точку».

Однако после Великой Отечественной войны, в 1947 году, судя по публикации в книге «Вторая родина», произошла переоценка ценностей: «Огромные достижения (большевизма) нельзя назвать исключительно материальными. Принцип равенства сияет и глубоко озаряет души (в СССР)… Я не только признаю коммунизм неизбежностью. Я его приветствую и зову… Там (в СССР) нет ни эксплуатации человека человеком, нет ни праздных, ни привилегированных… не будем же говорить о пролитой крови». Эта книга вызвала у его близкого друга Г. Иванова яростную статью «Конец Адамовича».

Правда, в этой статье он пишет: «Адамович не столько ренегат эмиграции, сколько ее жертва».

От своих просоветских симпатий Адамович излечился довольно скоро и, по свидетельству Кирилла Померанцева, «считал Солженицына наследником и Толстого, и Достоевского, равных которому не было не только в России, но и в остальном мире».

В 1972 году он получил частное приглашение в США. С его здоровьем такая поездка была небезопасной. Но он все-таки съездил туда, был хорошо принят, к нему отнеслись с интересом и уважением. Это было его последней радостью.

Умер поэт в том же 1972 году 21 февраля в Ницце.

Незадолго до смерти он рассказывал друзьям, как он удивил своего доктора-француза, сказав, что «не хотел бы для себя скоропостижной смерти, хотел бы иметь два-три дня, чтобы подготовиться». Но скончался он внезапно, сидя перед телевизором.

Имя Георгия Адамовича русскому любителю стихов долгое время было известно разве что понаслышке. Только с 1995 года стали появляться его книги у нас в стране. В 1995 году в Петербурге в издательстве «Logos» вышла книга его критических статей «Одиночество и свобода». И одновременно в Томске в издательстве «Водолей» вышла книга его замечательных стихотворений.

Юрий Терапиано

(1892–1980)

Юрий Константинович Терапиано – русский поэт, прозаик, переводчик и литературный критик, организатор и участник ряда литературных объединений Парижа.

Русский поэт с греческой кровью, Юрий Торопьяно, более известный как поэт Юрий Терапиано, родился в 1892 году в Керчи в дворянской семье; его отцом был старший карантинный лекарь, действительный статский советник. Семья была зажиточной, а в 16 лет Юрий и сам внезапно стал богат: родственник со стороны матери, урожденной Савицкой, оставил племяннику немалое наследство.

Юные годы будущего поэта прошли в Керчи. Подросток увлекался археологией, Античностью, много читал, еще в гимназии пробовал переводить гекзаметром древних поэтов. В 1911 году он поступил на юридический факультет Киевского университета; в 1913 году совершил путешествие в Персию, где встретился с главой движения зороастризма, после чего уверовал в учение маздеистов и на всю жизнь увлекся теософией. Уже в молодые годы он стал членом масонской ложи мартинистов «Нарцисс».

В 1916 году, после окончания юридического факультета Киевского университета, Юрий был призван в армию. Окончив военное училище в звании прапорщика, служил в Москве, где попал под духовное влияние своего дяди Льва Тихомирова, известного в прошлом революционера, перешедшего в стан монархистов. Воевал на Юго-Западном фронте, Февральскую революцию встретил восторженно. После заключения Брестского мира около года провел в Киеве, где близко сошелся с литературной молодежью. В масонском сборнике «Гермес» в 1919 году были впервые опубликованы его литературные опыты.

Весной 1919 года, в дни первого прихода Красной армии в Крым, родители Юрия были убиты большевиками. Летом того же года юноша вступил в Добровольческую армию; при этом, чтобы обезопасить близких людей, остающихся на территории, занятой красными, он изменил фамилию, записавшись как «Терапиано». Под этим именем ему было суждено прожить всю дальнейшую жизнь.

С оружием в руках Юрий защищал Крым от большевиков; в начале 1920 года был ранен в область паха и вскоре по инвалидности освобожден от воинской службы. Осенью 1920 года он эвакуировался с врангелевскими войсками в Константинополь, где прожил два года. В этот период он активно занимался самообразованием, изучал восточную философию и религию, участвовал в работе поэтического кружка, организованного Союзом православных христиан при клубе «Русский Маяк».

Рене Герра и Юрий Терапиано (справа)

Через два года Терапиано переехал в Париж, где приобрел известность как постоянный участник эмигрантских литературных собраний и объединений. В 1925 году он стал одним из основателей и первым председателем парижского Союза молодых писателей и поэтов, а затем одним из учредителей поэтического кружка «Перекресток», был соредактором журналов «Новый дом» и «Новый корабль». С середины 20-х годов его стихи, критические статьи, обзоры и рецензии публиковались в парижских журналах и альманахах «Новый корабль», «Звено», «Современные записки», «Перекресток», «Числа», «Встречи», «Круг», «Русские записки», «Смотр», а также в журналах «Своими руками», «Воля России» (Прага), «Меч», «Молва» (Варшава), «Новь» (Тарту), «Журнал содружества» (Выборг) и других. К середине 30-х годов он опубликовал в этих изданиях около полутора сотен стихотворений и более 40 критических статей.

Для того чтобы заработать на жизнь, Юрий трудился упаковщиком в фармацевтической фирме, отдавая всё свое свободное время литературе и отчасти съемкам в кино. Он входил в ближайшее окружение Мережковских, с 1927 года постоянно участвовал в собраниях общества «Зеленая лампа» в диспутах, выступал на литературных вечерах с докладами, был членом литературной группы «Круг» и созданного матерью Марией объединения «Православное дело». В конце 30-х годов Терапиано вместе со своими друзьями-евреями принял активное участие в травле великого французского писателя Луи-Фердинанда Селина за его «антисемитизм».

С начала 20-х годов Юрий предпринял ряд усилий с тем, чтобы возродить свои былые масонские связи; в частности, заявил европейским «братьям», что представляет в Европе секретный «масонский Верховный Совет России». Недоверчивые парижские масоны устроили ему ряд проверок, не подтвердивших этот статус; однако связи возобновились, и с этих пор на «брата