Князь Константин Иванович Острожский и Литовская Русь - Афанасий Викентьевич Ярушевич

Афанасий Ярушевич

Князь Константин Иванович Острожский и Литовская Русь

Серия «Неведомая Русь»

© С. Ермаков, предисловие, комментарии, 2025

© ООО «Издательство «Вече», 2025

К изданию 2025 года

Афанасий Викентьевич Ярушевич (1867–1918/1924) родился в Виленской губернии в семье псаломщика. Окончив с отличием Виленскую духовную семинарию, поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию. После завершения образования начал педагогическую карьеру. Преподавал в Виленском духовном училище, Смоленской духовной семинарии. В сентябре 1907 года стал директором первой в Беларуси Молодечненской учительской семинарии.

К научной работе пристрастился еще в студенческие годы, когда был учеником Михаила Кояловича и Платона Жуковича. Ярушевич, двигаясь по следам своих наставников, примкнул к так называемой школе западнорусистов. Сторонники этого течения рассматривали белорусов как этнографическую группу единого общерусского народа, каковой подход отчетливо прослеживается и в принадлежащей перу А.В. Ярушевича первой попытке написания биографии яркого военного и государственного деятеля Великого княжества Литовского – князя Константина Ивановича Острожского. Книгу эту много (и часто вполне обоснованно) критиковали, но, тем не менее, труд Ярушевича заслуживает внимания и сегодня, ведь он посвящен действительно яркой исторической личности и, по сути, остается единственной биографией князя.

Большинству читателей имя К.И. Острожского мало что скажет; лишь те, кто интересуется становлением единого Русского государства с центром в Москве, сложным временем рубежа XV и XVI веков, скорее всего, кивнут с узнаванием, – но и они едва ли особо много знают о герое исследования Ярушевича.

Итак, несколько слов о контексте эпохи. На землях Владимиро-Суздальской Руси продолжается формирование единого государства. Великое княжество Московское набирает силу и претендует на власть над всеми землями, входившими в состав Древней Руси (и не только). Одновременно на западе и юго-западе от Москвы с XIII века существует еще одно, тоже в значительной мере русское, государство – Великое княжество Литовское, Жемайтское и Русское. Оно включает все земли нынешней Белоруссии, значительную часть Украины, часть территории Польши, а также западные земли современной России, в том числе Смоленск, Брянск и Курск. С 1386 года Великое княжество Литовское находилось в унии с Королевством Польским, отчего нередко говорят о Польско-Литовском государстве.

Два государства, история которых восходит к одному истоку – Древней Руси, были обречены на противостояние. И дело не только в том, что многие правящие роды вели происхождение от легендарного Рюрика, но прежде всего, конечно, в экономических причинах.

Кроме того, проблема в значительной мере отягощалась очень важным для того времени фактором, а именно религией. Граница между «своими» и «чужими» в Средневековье проходит именно здесь. Национальность не так важна, как вероисповедание, принадлежность к определенной конфессии. Люди того времени в массе своей действительно веруют, искренне убеждены в спасительности именно своего выбора, экономика для них в значительной мере вторична (даже если в действительности это не так).

В Великом княжестве Литовском вопрос отношений между православными и католиками стоял очень остро, особенно если учесть, что у власти по большей части находились последние. Католическая церковь упорно стремилась перетянуть на свою сторону православных верующих, подчинить «схизматиков», не признающих римскую версию филиокве и главенство папы. В ход идут буквально все средства, от уговоров и унии до прямых репрессий, а потому вопрос защиты русского православного населения разных сословий стоит остро…

А тут еще сугубо православная Московская Русь рядом.

И вот два великих княжества, Московское и Литовское, вступили в нешуточную борьбу друг с другом. Впрочем, и контакты, и конфликты шли издавна, ещё с XII–XIII веков, когда суздальские, смоленские или галицкие князья помнили, что они находятся в близком родстве, что не мешало им по-родственному устраивать кровавые разборки.

В 1478 году Великий князь Московский Иван III присоединяет новгородские земли. Новгород Великий, богатый торговый город, когда-то даже не относивший себя к Руси, подчиняется новому властному центру, пусть, что называется, со скрипом. Через два года, в 1480-м, Москва окончательно избавляется от власти Орды. Татарская угроза остается, но «выход» уже платить не нужно. Появляется возможность экспансии, и вполне логично обратить взгляд на Запад, на старые русские земли, где живет «свое» население.

В 1487 году началась так называемая Пограничная, или Странная, война. Необъявленный конфликт с Москвой, к которому Литва, по сути, не готова, длится на протяжении долгих лет с переменным успехом. И немалую роль в нем суждено будет сыграть К.И. Острожскому.

Род Острожских известен с середины XIV века, но, скорее всего, это ветвь князей Пинских и Туровских, происходивших от Святополка II Изяславича, правнука Владимира Святого. Рано осиротевший княжич воспитывается боярами и старшим братом Михаилом. С 1486 года он с братом находится при дворе Великого князя Литовского Казимира, рано проявляя себя как одаренный военачальник. Особенно ярко раскрывается его талант в борьбе с татарскими набегами на южные границы Литвы. Защищают государство по большей части именно русские люди, населявшие эти территории. Руководит обороной от татар князь К.И. Острожский, он вырабатывает тактику боевых действий, которая приносит успех. Его военные удачи немало способствуют возвышению «русской партии» в Литве. С 1497 года Острожский – великий гетман (то есть главнокомандующий) Великого княжества Литовского.

Но разгорается новый этап войны с Москвой. В 1500 году в битве у реки Ведроши литовское войско потерпело неудачу. В плен попали немало знатных людей, в том числе и К.И. Острожский. Впрочем, о плене, переходе на службу Москве, побеге и возвращении на родину лучше прочитать в самой книге.

Вернувшись, Острожский вновь занял пост великого гетмана, продолжая противостоять и татарским набегам, и усилиям Москвы. Отмечают, что в стесненных условиях тогдашней Литвы он даже нередко тратил собственные средства на снаряжение и обеспечение войска. Самой яркой его удачей, несомненно, стало поражение, нанесенное московским отрядам под Оршей осенью 1514 года, когда Острожский смог обратить в бегство восьмидесятитысячную армию московского князя. По возвращении в Литву по особому распоряжению короля Сигизмунда 3 декабря он был почтен торжественным триумфом – случай для того времени уникальный.

Конечно, с точки зрения Москвы Острожский был изменником, нарушителем данного слова, клятвопреступником. Но если вспомнить, что сменить сторону его заставили силой, добиваясь цели особо жестоким обращением, то поступок князя, который стремился вернуться на родину, к семье, вполне объясним. В любом случае судить о событиях пятисотлетней давности, опираясь на мнение только одной стороны, да еще по нынешним меркам, едва ли правильно.

В любом случае Острожский остается выдающимся военачальником, одно имя которого заставляло татар прекращать набеги и поворачивать назад, как