Шкатулка Шульгана - Гульшат Гаязовна Абдеева Страница 21

Мы проезжали деревни, я с интересом вглядывалась в них. Всего‐то пару сотен километров проехали, а дома совсем другие! Бревенчатые и без обшивки, как у нас, зато наличники на окнах яркие, с завитушками. Я достала из кармана джинсов телефон, открыла карты. Мы ехали по территории Бурзянского района, а как будто уже в другой стране, здесь все было иначе! Деревни просторные, а природа кругом – ух! Нет, у нас она тоже красивая и даже больше мне нравится, но вот в Бурзяне она как будто из сказки. Словно время легенд отсюда и не уходило, а люди открыто живут рядом с невероятными существами. Когда мы свернули налево у таблички «Заповедник „Шульган-Таш“», я увидела вдалеке от дороги крылатого коня. По спине пошли мурашки, на мгновение показалось, что конь настоящий. У его ног, как жуки, возились туристы, фотографировались группками и поодиночке. А хорошо, наверное, приехать сюда отдохнуть с семьей, а не как я. Грустно… Мерген словно почувствовал это, сжал мою ладонь, улыбнулся уголками губ.

Автобус резко затормозил, пассажиры начали оглядываться.

– А дальше‐то как, пёхом? – сердито крикнул рогатый человек.

– Дальше – ждать! Тут в полукилометре палатки разбиты, там свои. К порталу только ночью, после закрытия. Там знаете какие толпы сейчас! – Водитель выглянул из-за перегородки, ткнул пальцем в сторону заповедника.

– А нам можно? – спросил Мерген.

Водитель критически оглядел его: ни хвоста, ни рогов – и кивнул. Мы тепло попрощались с русалкой.

– Синие Топи, дом семь, заглядывайте! – пригласила она, выплывая из автобуса.

Мама как‐то рассказывала мне про местный заповедник, про кучу магазинов с интересностями, про кафе, домики… Но, когда автобус по полукругу начал спускаться к кордону, мне показалось, что мы в Уфе! Кругом был асфальт, справа – гигантский серый музей, слева – магазины-боксы, парковки всюду, космического вида фонари, таблички…

– Да… – Водитель вздохнул. – Когда я тут работал, здесь чисто поле было! А сейчас… понастроили…

По дороге слева и справа текла толпа туристов, шли семьями и большими организованными группами. Я запоздало вспомнила, что денег на билет у нас нет! Водитель как будто прочитал мои мысли:

– Вы в особой группе, я им скажу. Так велено, чтобы все наши успели пройти. Бабай с директором договорился, он мировой мужик. Вы пока выходите, я припаркуюсь.

Мерген вел себя странно, ему изменила привычная сдержанность. Прищурившись, осматривал толпу, постоянно нервно сглатывал. И ни на секунду не отпускал мою руку, мне даже больно стало. Но потеряться или остаться одной было страшнее, и я терпела. Тем более один раз на нас двинулся ярко-синий костюм, мы метнулись в сторону, спрятались за стендами с информацией для туристов. Когда выглянули, опасности не было.

– Показалось? – прошептала я.

– Похоже, – коротко ответил Мерген.

Наконец водитель припарковал автобус и нашел нас. Повел решительно мимо туристов к домику с окошком кассира. Нас записали, выдали буклеты, мы прочитали инструкцию: с тропы не сходить, цветы не рвать, соблюдать технику безопасности в пещере.

Водитель помахал нам и поспешил к автобусу, а мы через калитку прошли на территорию заповедника. Слева и справа стояли домики, всюду виднелись стенды, магазинчики. Мы прошли сотню метров и оказались у белой юрты, откуда текли такие запахи, что ммм! Из дверей выскочила девушка в длинной юбке и с косой ниже пояса. Она прищурилась, поглядела на нас. Поманила рукой.

– Ловушка? – нервно шепнула я.

– Или свои, – ответил Мерген и потянул меня к юрте.

Глаза у девушки были светлые, с хитринкой. Всем обликом она неуловимо напоминала Аёлку.

– Покажи язык, – внезапно сказала хозяйка юрты.

Мерген послушался.

– Теперь ты!

Я с удовольствием сделала это, девушка нахмурилась:

– Зачем она…

– Надо. – Мерген не дал девушке договорить. – Вопрос жизни и смерти. Клянусь.

– Да нормально все. – Меня раздражало такое отношение взрослых, как будто я дите неразумное. А мне, между прочим, тринадцать!

Девушка посмотрела на меня с сомнением, пробормотала:

– Да ведь стража может не пропустить. Погодите-ка.

И метнулась в юрту. Когда мы пошли дальше через несколько минут, я все оглядывалась, а девушка стояла и смотрела нам вслед. Но я на нее не сердилась, ведь кыстыбыи, которые она нам вынесла в пакетике, были просто божественные! Я даже забыла, что хочу пить.

– Что за стража? – спросила я, когда сжевала свою порцию.

– Портал, вход в пещеру, – для всех просто вход. А для тех, кто в курсе, реальный портал, – повторил Мерген то, что я и так знала, – туда нельзя входить лицом вперед, обязательно спиной. И смотреть перед собой нельзя, нужно расфокусировать зрение. Тогда ты сможешь увидеть стража, и он тебя пропустит.

– Так просто? Ты же рассказывал, что границы не всегда открыты.

– Раньше с этим, вроде как, совсем было строго. Не разрешалось не то что ходить туда-сюда, даже общаться друг с другом. Ну, ты сама знаешь, вам говорят, что у нас дивы и монстры. Нам – что у вас. По сути, все одинаковые, только у нас магия немного другая. Мне даже кажется, что в какой‐то момент она почти вся утекла к нам. У вас осталась только древомагия, и то благодаря хранителям, как твоя бабушка. У нас всего этого больше.

Вокруг было много народу, я расслабилась. Не станут на нас нападать прилюдно, и, может быть, мы успеем пройти портал. И…

– Ах! – Терпкий запах знакомых духов чуть не сбил с ног.

А еще знакомая пудра облачком в воздухе и щелк пудреницы. Среди природных оттенков заповедника ярко-синий костюм походил на оболочку ядовитого гриба или гусеницы. Инфузия Гусеевна стояла у первого музея экскурсионной тропы и щурилась на нас.

– Шайтан, – не сдержался Мерген.

А я вспомнила выражение, которое никогда не скажу при бабушке. Да даже при друзьях, чего уж там. Предполагается, что я и слов‐то таких не знаю.

– Валим, – тихо сказал Мерген.

Мы зашагали быстрее, обгоняя людей. А синий костюм в окружении десятка мужчин неизбежно нас догонял.

Хорошо, что, несмотря на вечернее время, в заповеднике было полно народу. Мы с Мергеном шагали так быстро, как могли, со страхом ожидая, что широкая тропа среди деревьев может вот-вот опустеть. Оглядываться было страшно, я слышала тяжелое дыхание за спиной, камешки летели из-под кед. Некоторые туристы, глядя на нас, ускорили шаг. Думали, наверное, что музейный комплекс закрывается.

Мы сами не заметили, как оказались