Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи Страница 57

Пламя опалило ресницы правого глаза. Я попытался отпрянуть, но не смог. Надеялся проморгать ожог, закрывая-открывая глаза, но и это мне не удалось.

Позади мальчиков стояла фигура, не освещаемая скудным светом, – узкое, пугающе тонкое подобие человека, с головой, откинутой в сторону на жестком стебле шеи. От нее волнами исходил запах смерти.

И мой разум закричал: «Роберт?»

Внезапно я снова смог двигаться. Моргнув, я обнаружил, что лежу на спине, простыни скручены вокруг лодыжек, а сердце колотится о ребра. В комнате было темно, только сквозь окна гостиной пробивался лунный свет. Затаив дыхание, я повернул голову, ожидая увидеть близнецов с продолговатой зажигалкой наготове, стоящих на коленях возле дивана, – но там никого не оказалось.

Я был один.

Я откинул голову назад и лежал так, уставившись в потолок. Не сразу осознал, с каким трудом дышу. Не сразу понял, что легкие болят. Прошло несколько минут, прежде чем сердце успокоилось, а дыхание более-менее пришло в норму. Я положил дрожащие руки на грудь и продолжал смотреть в потолок. В какой-то момент показалось, что я слышу механическое бип-бип-бип, как будто вдалеке пиликает автомобильная сигнализация. Но я не был уверен, что все это происходит наяву.

В конце концов я закрыл глаза. Во рту остался неприятный привкус, как будто я сосал огромный кусок угля, а легкие все еще болели, но я заставил себя заснуть – притвориться, будто я театральный актер и играю роль, по которой мне положено сладко спать.

Двадцать один

Проснувшись несколько дезориентированным, я увидел над собой пару одинаковых розовых лиц. Тут же вспомнился ночной кошмар, и я рывком приподнялся на локтях. Близнецы действительно склонились надо мной; я отчетливо видел, как в ноздре одного из них при каждом вдохе и выдохе двигалась козявка. Решив, что они достаточно напугали меня, дети убежали.

Следом пронеслась девочка постарше, настолько занятая своим мобильным телефоном, что не заметила меня, примостившегося на раскладном диване. Жена Эрика, возглавлявшая группу, повела их по коридору к открытой входной двери. Она остановилась, чтобы представиться: то ли Труди, то ли Трейси. Я забыл ее имя, как только она его назвала.

– Надеюсь, эта штука не повредила тебе позвоночник. На кухне есть свежий кофе. Чувствуй себя как дома.

– Большое спасибо. Который час?

– Полдень.

А затем семейство Келли вышло за дверь, погрузилось в семейный минивэн и понеслось по дороге.

Щурясь от дневного света, я скатился с матраса. Спина затекла. Распрямившись, я почувствовал тупую пульсацию прямо над ягодицей и потер это место, ощущая под кожей затвердевшую мышцу – плотную, как персиковая косточка.

Одежда, в которой я спал, намокла от ночного пота.

По коридору шел Эрик в форме. Он казался мрачным и вряд ли смог хорошо отдохнуть. Я пробормотал что-то вроде очередной благодарности за приглашение переночевать в его доме, но он сразу же направился на кухню, даже не удостоив меня отрывистым кивком. Я последовал за ним. Эрик наливал кофе в термос.

– Я иду к Тиг, пока она еще дома. Хочу рассказать ей о Миче, пока это не сделал кто-нибудь другой.

– Я с тобой.

Мы поехали на патрульной машине Эрика на Си-Грасс-Лейн. У меня болела голова, и я был рад, что Эрик не пытался завязать разговор. Казалось, он погрузился в свои мысли, и это меня вполне устраивало. Мы подъехали к дому Тиг. Ее джип стоял на подъездной дорожке, но, когда мы поднялись на крыльцо и постучали в дверь, никто не ответил. Удивленно хмыкнув, Эрик постучал сильнее, зовя Тиг. Я неловко переминался с ноги на ногу у него за спиной, разглядывая пару грифов, круживших прямо у нас над головами.

– Может, она пошла на работу пешком, чтобы не стоять в пробке из-за перекрытых дорог, – предположил я. Эрик подошел к одному из окон и заглянул внутрь.

Вдалеке послышался женский крик.

Я обошел дом с торца. С заднего двора ко мне решительно направлялась Тиг. Я помахал рукой, привлекая ее внимание, но сразу же понял: что-то не так.

– Эрик, она здесь!

Когда Тиг приблизилась, я увидел, как она взволнована. Ее волосы были растрепаны, футболка с логотипом «Причальной крысы» и джинсовые шорты насквозь промокли. Тиг была босиком. По ее голеням и лодыжкам тянулись коричневые полосы грязи.

– Что случилось?

– Она ушла, ушла! – Голос прозвучал так хрипло, будто Тиг несколько часов подряд кричала во все горло и сорвала его. – Пропала, Эндрю!

Она плакала. Но, что еще страшнее, на склере ее правого глаза появилось кроваво-красное пятно, будто вместо слез по ее слезным каналам струилась кислота.

– Что происходит? – спросил подбежавший Эрик. – Что случилось?

– Бонни пропала! Она пропала!

– Спокойно… – Он осторожно взял ее за руки, успокаивая. – Антигона, сделай глубокий вдох. Выдохни. Мне нужно, чтобы ты взяла себя…

– Не указывай мне, что делать, Эрик! – Она отбросила его руки. – Ты же знал, что это случится! Я говорила тебе, что так и будет. Но ты, мать твою, меня не послушал. Ну да, конечно, это же не твоим детям грозила опасность!

– Успокойся…

– Да хватит это повторять! – Тиг ткнула в него пальцем. А затем повернулась и посмотрела на меня так, словно только сейчас заметила мое присутствие. – Зачем вы приехали?

– Расскажи мне, что случилось, – попросил Эрик.

– Ты не захочешь слушать ту «чушь», о которой я пыталась тебе рассказать прошлой ночью…

– Антигона…

– Поэтому скажу кратко. – Она провела рукой по взъерошенным волосам. – Когда я проснулась, Бонни уже пропала, ясно? Входная дверь была открыта. Я вышла во двор, звала ее, но она не отвечала. Ее там не было.

– Она все еще ходит во сне? Я же сказал тебе закрывать дверь на засов.

– Я и закрыла. Но дверь все равно открыли. Черт подери, Эрик…

– А Реджи? Он в городе? У него есть ключ от дома?

– Нет у него ключа. И Реджи не стал бы приходить за ней посреди ночи.

– А это откуда? – Эрик нежно погладил большим пальцем ямочку под ее правым глазом, на котором красовалось красное пятно.

– Неважно. – Она отшатнулась от него. – Я в порядке. А вот Бонни…

– Просто хочу сказать, что если Реджи опять…

– Это не Реджи, Эрик, ты меня не слушаешь.

– Ладно-ладно! – Он сделал шаг назад, почему-то глядя на меня. – Не волнуйся. Мы найдем ее. Пошли к машине. Я сообщу по рации