Сад твоей лжи - Лиз Ньюджент Страница 50

Он тяжело вздохнул.

– Вы ничего не хотите спросить меня про Бриджет?

Меня осенила ужасная догадка. Он ждал, что я попрошу у него руки и сердца Бриджет. Они все ждали. Я прикинулся дурачком.

– Когда, говорите, построили эти казармы?

Он проигнорировал мою неудавшуюся хитрость.

– Мы с миссис Гаф были женаты в вашем возрасте.

Я даже не знал, как их зовут. Они постоянно называли друг друга либо «мама и папа», либо, более формально, «мистер и миссис Гаф».

– Но мне всего двадцать три.

– Все равно, если ты нашел правильную девушку, тянуть нечего.

Я не знал, что ответить, так что решил смолчать. Мы стояли у закрытого шлюза дамбы. Он бессмысленно ковырял землю обоими ботинками, царапая носы. Помню, я подумал, что все старания миссис Гаф их отполировать оказались впустую.

– У Бриджет не совсем стандартная внешность, и она не самая даровитая, но у нее доброе сердце и мягкий характер. И она моя дочь. Если вы не хотите жениться на ней, вы должны ее отпустить, чтобы она нашла того, кто захочет.

Мистер Гаф был удивительно красноречив. Я чувствовал его смущение, потому что оно невидимой нитью соединяло его покрасневшее лицо с пунцовым моим.

– Я не хочу ее обижать, мистер Гаф… – начал я, но он зашагал вперед. Он сказал то, что должен был, так что «разговор» и экскурсия по городу были окончены. У меня появился шанс сбежать и отправить письмо, но произошедшее настолько меня огорошило, что я поспешил за ним.

Атмосфера за ужином была ужасная. Было очевидно, что женщины готовили к нашему возвращению праздник. Бриджет с серым как пепел лицом пожаловалась на головную боль и пошла наверх прилечь. Она не присоединилась к нам за столом. Мистер Гаф не проронил ни слова. Я умирал от голода и съедал все, что передо мной ставили. Когда миссис Гаф предложила еще, я не отказался и продолжал есть, пока все не закончилось. Если бы никто не смотрел, я бы вылизал тарелки.

– С его метаизмом что-то не то, – любезно объяснила Джози.

Миссис Гаф старалась сохранять веселость.

– Вы видели Уну Кроули во время мессы? Правда милая прическа? Только мне не понравилось, что она села в первый ряд. Происхождение у нее далеко не первого ряда, а вышла замуж и вошла в семью она только полгода назад. Они всегда считали себя лучше, чем были на самом деле. Скоро она захочет ребенка, и Фарреллы будут ждать сына, чтобы в городе продолжалась династия…

Морин время от времени вставляла замечания о том, какие устаревшие у ее матери представления, а Джози пялилась на мою тарелку, дергая сестру каждый раз, когда я ее наполнял.

Почти пришло время идти на автобусную остановку. Миссис Гаф пошла наверх проведать Бриджет, а я отправился в свою спальню собирать вещи. Сквозь тонкие стены я слышал, как Бриджет всхлипывала, а ее мать строго ей что-то говорила.

Я подождал на кухне, пока не пришла миссис Гаф и не сказала, что Бриджет нехорошо себя чувствует и на какое-то время останется дома. Она извинилась, что в этот раз не сможет проводить меня до станции, потому что ей надо сходить еще в пару мест. Она пожала мне руку, но не взглянула на меня, когда я поблагодарил ее за гостеприимство. Морин помахала мне с верхней ступеньки лестницы. Рукопожатие мистера Гафа было вялое, но он пробормотал: «Ну, спокойной ночи и удачи», – видимо почувствовав облегчение, что его роль в этой драме окончена.

Джози догнала меня на улице.

– Ты все равно недостаточно хорош для нее! – крикнула она, разразилась слезами, а потом убежала обратно в дом.

Я бросил письмо в ящик рядом с остановкой и сел на автобус, радуясь, что муки подошли к концу.

Когда я вечером вернулся домой, на подъездной дорожке стояла незнакомая машина. Я вошел внутрь и увидел в холле маму с каким-то мужчиной.

– Здравствуй, ты, должно быть, Лоуренс. – Высокий, за пятьдесят, в дорогом, но неформальном костюме в морском стиле, он излучал светскость и уверенность.

Мама представила его:

– Лоуренс, познакомься с Малкольмом. – Она казалась расстроенной.

Что-то в нем показалось мне смутно знакомым, но вспомнить я не смог. Я вел себя вежливо и любезно, но было странно стоять посреди холла. Он ушел после краткой беседы о погоде и англо-ирландском договоре.

– Как прошли выходные?

– А у тебя?

– Прекрасно, замечательно, мы с Малкольмом ходили обедать.

– В городе?

– Да. Знаешь, там без тебя было очень одиноко.

– И откуда ты знаешь Малкольма?

– Он… он друг. Я познакомилась с ним… в Святом Иоанне.

– Что?

– Он психиатр. Но он был здесь в качестве частного лица, как друг.

Вот почему он показался мне знакомым. Я видел его два или три раза, когда мама лежала в психиатрической больнице. Я успокоился. Мама улыбнулась мне одной из своих лучших фальшивых улыбок. Очевидно, ей было неприятно его обсуждать, так что она быстро сменила тему.

– Ты отправил письмо?

– Да.

– Тебя кто-нибудь видел?

– Нет, все было нормально.

Я пошел на кухню поставить чайник и заметил, что жалюзи на окнах больше нет.

– Мы не можем вечно жить во тьме, дорогой. Надо двигаться дальше, – сказала мама и встала у меня за спиной. Она ласково взъерошила мне волосы, как делала в детстве. – На ужин приедет твоя бабушка. Тебе нужно подняться к себе и освежиться, дорогой. От тебя до сих пор пахнет торфяной печью. Какой примитив!

Около шести часов зазвонил телефон. Это была Бриджет.

– Я все еще в Атлоне. Мне слишком стыдно смотреть на тебя.

– Бриджет, мне так жаль. Я даже не предполагал, что ты ждешь…

– Пожалуйста, не произноси это вслух. Мне и так достаточно плохо.

– Но мы так молоды, женитьба мне даже в голову не приходила…

– Почему ты захотел познакомиться с моими родителями? Ты должен был понимать, что́ это для меня значит.

– Я не…

– Что?

– Я не люблю тебя.

Я представил, как ее больной глаз закатывается.

– В каком смысле? – спросила она визгливым голосом.

– Извини.

– Что? Ты со мной расстаешься? Я понимаю, между нами в последнее время все было немного натянуто, ты слишком увлекся помощью Карен…

– Дело не в этом.

– Просто мне кажется, что ты, ну, знаешь, слишком эмоционально вовлекся. Но я могу сказать ей, что тебе нужен перерыв! Ты не обязан… Нам совсем не обязательно сейчас жениться, но я не вижу причин…

– Бриджет, я не могу…

– Пожалуйста, не бросай меня.

– Мне жаль, Бриджет, правда жаль, но ты заслуживаешь лучшего.

Я