Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова Страница 5

Снова зазвонил телефон. Аня посмотрела на дисплей.

– Ага, Суворов, – кивнула она. – Ты-то мне как раз очень нужен. Странно только, что я тебе вдруг понадобилась.

– Слава, слушаю, привет, – сказала она бывшему сокурснику, направляясь к плите. – Не поверишь, я только что о тебе думала.

– Привет! Значит, прочитал твои мысли. – Суворов подхватил ее слегка ироничный тон. – Тебе теперь просто так и не позвонишь. Ты у нас – знаменитость. После дела Лозовских. Не поверишь, даже до Москвы дошло. Твой бывший Ефремов тут по старым связям интересовался, а что, мол, в самом деле Снегирева такое запутанное дело раскрыла? Очень был удивлен.

– Я не знаю, я его заблокировала по всем каналам, – призналась Аня, засыпая кофе в кофеварку. – И на телефоне, и на электронной почте. А тащиться в Питер на «Сапсане», чтобы выяснять что-то о какой-то Снегиревой – ну, Ефремов слишком важный барин для этого.

– Тут ты права, – согласился Суворов. – Слушай, ты сейчас в офисе?

– Нет, Слав, дома. – Аня включила кофеварку и села за стол, Томас расположился рядом. – Гриппую. Но завтра буду обязательно. У меня очень важная встреча предполагается.

– Ясно. Я это… – Суворов сделал паузу. – Одного человечка хотел к тебе прислать.

– Какого человечка? – Аня насторожилась.

– Понимаешь, у нашего зама, у Кочина, ну, ты в курсе, племянница имеется. Юлечка Калмыкова. Дочка его сестры. Так вот она сейчас на втором курсе в полицейском колледже. Учится на следователя. Мечтает стать новой мисс Марпл. – Суворов усмехнулся. – Родители были против. Единственная дочь. Мало ли что и как. Но она упертая. После колледжа в университет МВД собралась. В общем – планы наполеоновские. Генералом себя видит. Как дядя. Пока. Пока не попробовала все на практике. Родители очень надеются, что, как только она в реальности столкнется с деталями профессии, передумает. Но пока ей практику пройти надо. У них по плану учебному положено. Ну, папочка с мамочкой боятся куда-то на серьезные дела отправлять, да и кто возьмет генеральскую племянницу? Кому нужна такая головная боль? Отвечай за нее. Ну вот, Кочин меня приватно попросил, мол, у тебя там знакомая была, опять же по делу Лозовского знает, может, возьмет к себе на месяц бумажки перекладывать? Ну а мы с нашей стороны – всяческое содействие.

– Мне твое содействие сейчас очень надо. – Аня налила кофе в чашку. – Знаешь, что вот только перед тобой мне сообщил Ващенко? К нам, оказывается, приходила сегодня лучшая подруга погибшей Королевой, в курсе? Говорит, не покончила она с собой, убили ее. Хочет новое расследование. Я вот завтра с ней встречаюсь. Я надеюсь. Ты знаешь, кто там вел дело? Устроишь с ним поговорить? Ну, если она договор подпишет, конечно.

– Дело Королевой? Это той, которая с восьмого этажа свалилась? Мулатка. А что? Там местные из Адмиралтейского района все расследовали. – В голосе Суворова прозвучало недоумение. – Отчетик составили. Самоубийство. А что, новые обстоятельства вскрылись?

– Пока не знаю, – честно ответила Аня. – Завтра буду знать. Но не исключено, что так. Проглядели что-то эти местные. По домам торопились, наверное. Но это не точно.

– Там Зайцев Мишка дежурил в тот день, – вспомнил Суворов. – Я знаю. Пересекались. Но он парень дотошный, вряд ли проморгал.

– Устроишь с ним разговор, если попрошу?

– Не проблема. Сделаю, – согласился Суворов. – Но в рамках, как ты понимаешь.

– Да уж не учи!

– А как с Калмыковой? Присылать ее к тебе? – Славка снова вернулся к своей теме.

– Присылай, – согласилась Аня. – Куда же я теперь денусь?

– Отлично! – Суворов явно обрадовался. – Ну, ты там с ней помягче, – посоветовал он. – Особо не нагружай. Родители с нее пылинки сдувают. И дядечка тоже.

– Какой же она следователь, если с нее пылинки сдувают? – удивилась Аня.

– Ну, они надеются, что это все у нее по молодости, мечты такие. Выйдет замуж – образумится, сама все бросит. Будет детишек растить на даче. Но это все не наше дело, – заключил он. – Нам главное, чтобы начальство было довольно. Ну а мы от этого свои преимущества поимели, верно же?

– Согласна, – вздохнула Аня.

– Ну, жди ее завтра. Расскажешь потом, как и что, – весело заключил Славка. – А заодно и про новые обстоятельства в деле этой Королевой. Очень интересно.

– Договорились.

– Бывай!

– Бывай. – Аня завершила разговор и положила айфон на стол. Отпила кофе из чашки.

– А вот только этого нам еще и не хватало, Томас, – сообщила она собаке. – Генеральских племянниц на шее. Но с другой стороны, это означает, что нас признали. – Она потрепала шерсть собаки между ушами. – Если нам теперь что-то понадобится, не отвертятся. Придется содействовать. Надо позвонить Максиму, чтобы он был в курсе, – решила она и снова взяла телефон. – Он сейчас упадет со стула. Это абсолютно точно, Томас.

– С Никой мы были вместе в детском доме. Детский дом № 13 в поселке Репино. Жили в одной комнате. Вместе с нами жили еще три девочки. Но с ними как-то отношения не сложились. А с Никой мы сдружились.

Фотомодель Виолетта Барановская сбросила пепел с темно-коричневой, тонкой сигареты в пепельницу. К удивлению Ани, а особенно Максима, она приехала в офис вовремя, как назначили, в десять тридцать утра. Не опоздала.

– Они любят, чтобы их подождали, – прогнозировал Ващенко. Но ошибся, тут явно был не тот случай.

Аня и Максим смотрели в окно, как на парковке перед бизнес-центром «Аура» на Лахтинском проспекте, где располагался офис детективного агентства «Гелла», остановился черный «Порше-каен» с обитыми белой кожей сиденьями. Из машины вышла высокая молодая женщина в длинном черном пальто с пышным меховым воротником. Светлые волосы собраны в кичку на затылке. Вместо модельной обуви на каблуке обычные кроссовки. На глазах, несмотря на пасмурную погоду, темные очки. Щелкнув сигнализацией, женщина взглянула в телефон, видимо, сверяя адрес, и направилась к входу. Через три минуты она уже стояла на пороге их офиса.

– Здравствуйте. Я Виолетта Барановская. Мне назначено.

Она сняла очки – лицо почти совершенно без макияжа, только глаза подведены. С первого взгляда Аня не заметила в ней никакой спеси, которую ожидала, по рассказу Ващенко.

– Анна Снегирева – это я. – Анна встала из-за стола. – Проходите, присаживайтесь. – Она указала на диван справа, куда обычно усаживали посетителей. Перед ним стоял стеклянный журнальный столик. Напротив кресло, для самой Ани.

– Вот здесь вешалка.

– Спасибо.

– Кофе? – спросила Аня, когда Барановская сняла пальто и заняла место ближе к окну. Одета она была во все черное – черная водолазка и черные брюки, расширенные к низу по моде. Никаких украшений.

– Да, если можно, – кивнула та. – Только