Ледяной змей - Виктория Борисовна Дьякова Страница 48

Сестрорецк. – Если на стороне Кремер задействован человек, который на самом деле ему ближе, чем Королева. И тогда мое полубезумное предположение, что Верея или Вера, как ее называл Потапов, на самом деле внебрачная дочь Красовского, приобретает вполне осязаемое основание. Какая бы она ни была, он не мог подставить родное дитя, единственное, которое осталось после смерти его дочери Алисы. Хотя от чего умерла Алиса и от чего умерла ее мать Елизавета Одинцова, от рака или нет, чем их потчевала знахарка, а по совместительству давняя любовница Красовского, в этом, я полагаю, еще предстоит разобраться следствию. А заодно и в смерти Германа Кремера. Он тоже как-то подозрительно быстро скончался после развода. То есть получается, что Красовский не убивал, конечно, Королеву, но и не защитил ее, просто отошел в сторону. Значит, он тоже косвенно виновен. Он ее предал. Пытался предупредить, как я понимаю, но правды не сказал. Струсил. Возможно, конечно, он не предполагал, что все зайдет так далеко. Но он позволил ее убить. – Светофор сменился на зеленый. Машина повернула налево и въехала на улицу Мосина. – А мотивы Веры Кремер, ее матери, да и Ольги заодно – весьма просты. Вера – законная наследница Красовского, единственная. Всего его состояния, а оно немаленькое. А тут появляется Королева. У папочки начинается роман. Не просто очередная интрижка, а весьма серьезный. С перспективой брака и рождения детей, считай, новых наследников. А Вера с мамой вообще могут остаться в стороне. Вряд ли он женился на матери Веры. Официально он – вдовец. Оля Кремер начинает работать у Красовского. Видит всю эту ситуацию, рассказывает сводной сестре. И они начинают действовать. Что пообещали Ольге? Что она станет первой звездой бизнеса, как только Королева сгинет, а папочка окочурится от наркотиков, или чем они его пичкают. Я уверена, что это так. Охранник Потапов нам рассказал, что несколько раз видел Красовского в весьма неадекватном состоянии. Тогда Вера завладеет всем, а Оля будет блистать. Мечта ее исполнится. Ради такого будущего стоит пойти и на преступление. Как тебе версия? – Аня откинулась на спинку кресла. Машина остановилась перед домом. – Новая. Осталась только самая малость. Узнать, кто такая знахарка, лечившая жену и дочь Красовского, и имеет ли Вера Кремер какое-либо отношение к Красовскому. И если это не подтвердится, версия – пшик! И еще – что значит цифра 2009 на розовой бумажке, которую Королева держала в руке утром в последний день жизни, – заключила она, пристукнув ладонью по коленке.

– По словам Барановской, Красовский знал, что она собирается обратиться к частному детективу, – напомнил Максим. – И даже предлагал деньги.

– Еще бы. На смерть Королевой он, конечно, не был согласен, – ответила Аня. – Однако сам ничего предпринимать не стал. И Кремер не сказал, что Барановская намеревается сделать это. Иначе нам бы не так спокойно работалось.

– Так, надо найти место для парковки, – добавил Максим. – Все забито. Ты выходи, – решил он. – А я отъеду подальше. Может быть, там найдется где приткнуться.

Аня вышла из машины и медленно пошла к подъезду. Ветер дул сбоку, она подняла воротник пальто, чтобы укрыться от летящего колючего снега. У подъезда она заметила женщину – невысокую, в цветастом пуховике, с хозяйственной авоськой в руке. Она слегка притоптывала на месте ногами, стараясь согреться.

– Простите, это вы – частный детектив? – Когда Аня приблизилась, она сделала ей шаг навстречу. – Я видела, машина остановилась, 880-е номера, вы из нее вышли.

– Да, я – частный детектив. – Аня немного растерялась. Она так устала, что даже эти слова дались ей с трудом, язык еле поворачивался.

– Я живу вот в доме напротив, за линией. – Женщина махнула рукой в сторону железнодорожной станции – В «Змей Горыныче», знаете, так дом называется. Мне сказали, вы наша, сестрорецкая, так что знать должны. Уж говорили, что поздно приезжаете, но не думала, что прям в одиннадцатом часу. Три часа здесь стою, со всеми вашими соседками перезнакомилась, – продолжила она быстро. – Муж телефон оборвал, как да что. Он в больнице сейчас, после смерти доченьки сердце не выдержало. После похорон инфаркт случился. Но идет на поправку. Я вот мечусь между больницей и домом. Телефона-то вашего никто не знает, где работаете – тоже. Сказали, в этом подъезде живет та, которая Лозовских в дачном поселке Репинское поймала, – по телеку-то все смотрели. Вот я – к вам. В общем, дочку у нас убили.

– Хорошо, а как ваши фамилия, имя, отчество? – спросила Аня в замешательстве. Брать еще одно дело ей сейчас было очень неудобно. Но и отказываться – никак, деньги нужны, клиента найти не так просто. А здесь – сам пришел.

– Дерябина я, Анастасия Николаевна, – представилась женщина и поправила красную вязаную шапку. Аня остолбенела. Да, она собиралась навестить Дерябиных, знала, что они живут в доме за линией. Но чтоб Анастасия Дерябина сама к ней пришла?! Как же она могла не узнать ее сразу, ведь внимательно рассматривала фотографии! Да, вот этот цветной пуховик, в котором она была на похоронах, сапоги-дутики, только вместо черного траурного платка – вязаная шапка. Конечно, то же усталое, осунувшееся лицо, небольшая родинка над бровью. Никакой косметики, ранние морщины. Из-под шапки выбиваются темно-русые волосы с проседью.

Что ее так удивило? По рассказам Потапова, Точилина, Барановской Аня ожидала встретить самоуверенную, заносчивую женщину средних лет, лицемерную и жадную до денег. И обязательно в норковой шубе. Мать телезвезды! А перед ней стояла самая простая тетка «пятьдесят плюс», замученная жизнью, как многие, вертящаяся, как белка в колесе, в ежедневных заботах и проблемах.

– Вас что-то смущает? – Дерябина явно заволновалась. – Может быть, деньги? Я не знаю, сколько вы берете. Но мы с отцом решили – спорить не будем. Сколько попросите – столько дадим. У нас есть кое-какие сбережения от Никуши. Это дочка наша, – пояснила она. – Но если надо будет, мы кредит возьмем.

– Вы мать Ники Королевой? – наконец-то выдавила из себя Аня.

– Да, мать. Приемная мать. Но другой-то у нее не было. Мать я, – ответила Анастасия, и голос ее дрогнул.

– Ты чего здесь стоишь? – Из-за заваленных снегом кустов сирени под окнами появился Максим. – Какие-то проблемы? – кивнул на женщину.

– Познакомься. – Аня обернулась к нему. – Анастасия Николаевна Дерябина. Мать Ники Королевой. Сама к нам пришла. Это мой помощник Максим Ващенко, – пояснила она Дерябиной.

– Ого! – присвистнул Максим. – А мы как раз к вам наведаться собирались. Только решили, что сегодня уже поздно очень.

– Мне ваш адрес знакомая подсказала, она в этом доме живет, – пояснила Дерябина. – Сестрорецк