Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 - Дэн Браун Страница 250

уровень. «Английский фонд» – те вообще настоящие грабители. – Она подошла к корзине для дров, достала полено и бросила на тлеющие уголья. – Вот я и застряла здесь. – Леди Шерборн стала расчищать стол, сметая в сторону бумаги и отодвигая чернильницы и промокашки. – Так, теперь давайте посмотрим мой портрет.

– Конечно. – Астрид сняла ткань с картины и положила ее на стол.

Леди Шерборн наклонилась над холстом. Она ничего не говорила. Затем медленно протянула руку и погладила нарисованный локон.

– Божественно, – прошептала она. Затем коснулась уже своей головы и накрутила прядь над ухом. – Мой дебютный бал. Помню каждую секунду, каждый танец. Цветы в зале. Все говорили, какая я красивая.

– Я так рада, что картина возвращает вам счастливые воспоминания.

– Да, очень счастливые. – Ее плохое настроение смягчилось печалью. От этой части прошлого веяло нежностью. – Куда уходит время, Астрид?

Девушка пожала плечами.

– Кто знает, – сказала она, хоть ответа и не требовалось. – А как вам драгоценности? На браслете стало больше камней, и я добавила жемчужные сережки-капли.

Леди Шерборн вытерла уголки глаз.

– Да-да, отлично. Так гораздо внушительнее, вам не кажется?

– Рада, что вам нравится. Я недавно реставрировала автопортрет, но там герой картины… эм-м, уже не с нами.

Леди Шерборн подняла бровь.

– Неужели? – Вернулись неприветливые манеры. – Теперь о главном, вы убедили Крессиду включить мой портрет в выставку?

– Да, я обо всем договорилась.

– Прекрасно. – Она взяла картину и поставила ее в кресло. – До того времени я его оставлю. Побудем вместе. Если мы закончили, мне нужно погулять с Бизером, пока он до вечера не поселился у камина.

– Собственно, я еще хотела спросить о Констебле.

Леди Шерборн взяла тяжелую трость из стоявшего у камина медного ведерка.

– Я рассказала все, что знаю.

Астрид подошла к ней.

– Если б вы только могли подсказать, когда ее купили? Остались документы?

– Нет, никаких документов нет.

– Тогда, возможно, это копия?

– Копия? – заворчала леди Шерборн. – Конечно, это оригинал. Наша семья покупала только в лучших галереях по всему миру.

– Извините.

– Ах вот он где. – Из ящика стола она вытащила поводок.

– Что вы еще знаете о картине?

– Нам пора.

Астрид преградила ей путь.

– Только пара деталей. Тогда я смогу дальше работать над выставкой, и в главном здании будет полно гостей, все будут восхищаться вашим портретом… ваша светлость.

Астрид подумала, не хватила ли она со светлостью через край. Но леди Шерборн приняла все за чистую монету.

– В нашей семье картина уже давно. Ее выбрал дедушка, он был известный коллекционер. Вроде бы она есть где-то на фотографии.

Она подошла к каминной полке и осмотрела стоящие там позолоченные рамки. Их было столько, что они перекрывали друг друга. Аккуратно высвободила одну.

– Вот она. – Леди Шерборн поставила фотографию на стол. – Это мой дедушка. Здесь ему лет пятьдесят.

Астрид изучала черно-белый снимок. На нее смотрел мужчина с надутой грудью и чрезвычайно сердитым лицом. На стене за его спиной висели картины, среди которых был и Констебл. Даже на черно-белой фотографии можно было различить скалы над морем.

– Боюсь, это все, что есть, – сказала леди Шерборн.

– Вполне достаточно. Спасибо вам.

– Браво. Теперь проводите себя к выходу.

– Конечно. – Астрид направилась к двери. Позади клацнул пристегиваемый поводок, послышалось «Идем, песик», затем негромкий протестующий лай – Бизер неохотно поднимался с нагретого коврика.

* * *

Астрид взглянула на телефон проверить, какой сегодня день недели. Пятница. Такое случилось впервые. В Лондоне она ни разу не теряла счет дням. Неделя была полностью распланирована: встречи, обеды, тренировки в зале. Тренажеры – вот о них она не жалела. Если вдуматься, зачем только тратить на них столько времени, загоняя себя до безумия, да еще и за деньги? Когда можно было, как сейчас, прокатиться на велосипеде или просто прогуляться вдоль реки? Саймон приглядывал и за ее тренировками.

– Помнишь, как ты хорошо выглядела на свадебных фото? – говорил он. – Ты же хочешь такой и остаться, а?

Никаких больше тренажеров. Только прогулки и велосипед. Кроме того, по словам Кэт, на спортзал здесь похож разве что класс зумбы – в церкви по вторникам. И, типа, лучше туда не ходить – викарий уж слишком всех мучил.

Перед тем как вернуться на лодку, Астрид решила заглянуть в комнату волонтеров. По пути она размышляла о фотографии с картиной. Почти наверняка леди Шерборн права – вряд ли ее семья купила бы подделку. Значит, с оригинала написали точную копию. Но когда именно?

В волонтерской никого не оказалось. Банка с печеньем нетронута, электрический чайник выключен. И это без десяти два. Удивительно.

Из лежащей на буфете рации послышался тихий звук переговоров. Девушка взяла ее и нажала кнопку сборки.

– Алло, это Астрид, я в волонтерской. Есть кто на связи?

Было слышно, как Дениз где-то завершает разговор. Щелчок.

– Это Дениз, мы все на лужайке перед домом. Приходите к нам. Прием.

* * *

«Невозможно, чтобы сады могли стать еще прекраснее, чем сейчас», – подумала Астрид, выйдя из особняка. Побеги, листва, толстые бутоны заполонили клумбы. Всевозможные оттенки в неистовой гонке роста. Розовато-лиловые и оранжевые розы цеплялись за шпалеры. Куст из белых цветов с желтыми сердцевинами раскинулся на кирпичной кладке. Впереди на посыпанной гравием дорожке остановилась пожилая пара: они изучили таблички перед цветами, а затем украдкой отщипнули и спрятали в сумку один побег.

На главной лужайке обнаружилось нечто похожее на старомодный скаутский лагерь. Шесть сливочного цвета палаток – по три с каждой стороны. Они были сделаны как вигвамы: широкий круг в основании, на макушке короной деревянные шесты. Из откидного входа ближайшей палатки вышла Дениз и заторопилась к Астрид. На волонтере был привычный наряд кухарки, в руке планшет для бумаг.

– Ну как вам?

– Замечательно. Завтра военная реконструкция?

– Верно. – Она обвела рукой пространство. – Перед собой вы видите ту же сцену, что встречала сторонников Кромвеля на их долгом марше к Лондону. Следуйте за мной. – Она пошла вдоль палаток. – Я займу вот эту и буду показывать, как выпекали хлеб. Крессида в конце концов сдалась и разрешила мне использовать настоящие продукты, потому что палатка считается наружным пространством.

– Прекрасные новости!

– Так и есть. Я покажу вам, как именно люди пекли хлеб, – ее голос стал как бы нереальным, – в те стародавние времена.

В следующей палатке Дениз подняла откидной полог и закрепила его застежкой. Внутри, рядом с квадратной деревянной рамой, на которой был натянут кусок ткани, сидела Маргарет. На полу валялись мотки шерсти и стеклянные банки с голубым и пурпурным красителем.

– Давай же, сволочь, – ворчала она, пытаясь вставить в ткань веретено.

– О, Ма-ар-гар-рет, – сказала Дениз, – а что