Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 - Дэн Браун Страница 249

– Так и сделаю. Мне дальше реставрировать коллекцию?

– Да, конечно. Нам нужно организовать выставку в любом случае.

* * *

Астрид вернулась в свою мастерскую и собрала вещи, не забыв образец лака и рабочий чемоданчик. Невозможно было сосредоточиться на других картинах. Все мысли только о Констебле. Кто же и когда его подделал?

На второй вопрос ответить легче – не так давно, если учесть, насколько равномерной была яркость краски. Состарили картину, высушив лак, очень быстро. Скорее всего, феном. А копоть добавили, подержав несколько часов над дымом. Следующий вопрос, нуждавшийся во всестороннем исследовании, – подделку продали семье Шерборн или в роли олухов выступил «Английский фонд»?

Из угла комнаты на девушку смотрел портрет леди Шерборн. Астрид подошла и подняла его. В свои восемнадцать леди была потрясающе красива. Утонченная. Загадочная. По ее позе становилось ясно, что она это прекрасно понимала, как и то, какую власть в высшем свете даст ей красота. Как говорила мама, «выживают, Астрид, только красавицы». Каков же выход из положения, когда власть эта уходит? Надо бы выяснить.

* * *

Место обитания леди Шерборн оказалось найти несложно. Во владениях Фонда везде встречались ясные и четкие указатели, радостно сообщавшие, как пройти к разным интересным местам – сад трав, храм Пана, фонтан «Ракушка», – а попутно предлагавшие множество способов облегчить кошельки гостей. Каждую сотню ярдов попадались грифельные доски с искушающими надписями: «Восхитительное органическое мороженое из Дорсета», «Девонширский чай: подаем весь день в кафе „Апельсиновый сад“».

Но ближе к западному крылу появлялись указатели, больше подходящие для разметки минных полей. «Опасно – не заходить! Частное владение». Эффект должен был усилить силуэт служебной собаки на желтом фоне.

Не отступив, Астрид открыла тяжелую деревянную дверь в красно-кирпичной стене. Под мышкой девушка несла портрет леди Шерборн. За дверью оказался мощеный двор, который накрывала тень от высоких конюшен, покрытых поросшей мхом черепицей. Ржавый флюгер в виде гончей крутился на ветру. В конюшне примостился уже знакомый Астрид старый «Лендровер Дефендер».

Девушка прошла через двор к темно-зеленой двери. С обеих сторон к ней поднимались короткие каменные лестницы. Никаких перил. Видимо, здесь гостю полагалось спешиваться, чтобы потом слуги отвели лошадь в конюшню. Только вот не теперь. Лучшие времена этого места давно прошли. Краска с двери отставала хлопьями размером с лист падуба. Плющ толщиной с руку у основания захватил почти всю боковую стену. Он годами взбирался вверх, загораживая окна, запуская ногти в водосток.

Дом стоял тут уже пять веков. Теперь природа заявляла на него права. Сколько бы Фонд ни заплатил за картины и поместье, на ремонт принадлежащей леди Шерборн части дома оставалось совсем мало. Маргарет права – леди Шерборн была на мели.

* * *

Астрид поднялась по ступенькам и обнаружила полускрытый в плюще латунный дверной звонок. Она нажала на кнопку – послышалось металлическое дребезжание, и из плюща вылетела стайка воробьев. Через минуту дверь медленно отворилась, и оттуда выглянула леди Шерборн.

– Я ж вашим говорила, просто оставьте посылку на лестнице.

Девушка шагнула вперед.

– Это я, Астрид – реставратор.

Леди Шерборн открыла дверь чуть пошире.

– Ах да. Думала, это из «Амазона». Вечно они хотят, чтобы я расписалась в их электронной штуковине.

Астрид подняла картину.

– Я закончила работать над вашим портретом и подумала, что вы захотите взглянуть.

– Быстро же вы, – сказала леди Шерборн.

– Это была несложная очистка и подрисовка.

Леди Шерборн скрестила руки на груди.

– Несложная, значит.

– Конечно. Такая прекрасная картина, что исправлять было почти что нечего.

– Хм. – Губы чуть искривились в призрачной улыбке. – Тогда вам лучше зайти.

Астрид торжественно провели по темному коридору, делавшему резкий поворот направо, в гостиную с высоким потолком. Если «Снасти рыболова» считать алтарем искусству рыбной ловли, то здесь находился музей охоты. В нем было все, за чем имело смысл гнаться по лесам и полям, а затем пристрелить. На обшитых панелями стенах – разнообразные головы: олень, антилопа, что-то вроде буйвола… Рога, поодиночке и парами, всевозможных размеров и форм.

Над камином висела большая картина маслом, изображающая охоту на лис. Ничего особенного – обычные всадники с красными лицами и в красных пальто несутся в погоне по полю. Других картин на стенах не было – их явно сняли. Тут и там на панелях темнели прямоугольные следы. Остальную комнату заполняли антикварные предметы: напольные часы, китайские горки, буфет красного дерева, уставленный безделушками и фотографиями в тяжелых серебряных рамках. В вазе Lalique поникли увядшие цветы. Хлама было не меньше, чем в антикварном магазине Девайна. Только здесь антиквариат настоящий, который стоил больших денег, точнее, мог бы стоить в хорошем состоянии. Все было истерто и покрыто пылью.

Леди Шерборн обошла выщербленный дубовый стол, стоящий возле камина. На ковре перед огнем лежала толстая собака. Женщина переступила через нее.

– Бога ради, Бизер, ленивая ты дворняга. – Леди повернулась к Астрид. – В свое время был изумительным псом.

Девушка прислонила портрет к столу и подошла к собаке.

– Привет, парень. – Пес чуть приподнял морду, открыл затуманенный глаз, затем снова закрыл. – Какой он породы?

– Бигль. Сколько у нас было верховых прогулок, да, Бизер? – Уголок собачьей морды изогнулся в улыбке – если допустить, что собаки улыбаются. – Вы охотитесь?

– Нет. – Астрид оглядела висящие в комнате головы и рога. – Не думаю, что я могу убить что-то живое.

Леди Шерборн фыркнула.

– Лично мне кажется, что современное поколение очень мягкотелое. Дети торчат за этими экранами. Меня забрызгало кровью на первой охоте в пять лет. Первого оленя на двадцать два очка[45] подстрелила в девять. Все, что вы здесь видите, – мои личные трофеи. Я все еще охочусь, а я… – она осеклась, поняв, что чуть не выдала свой возраст, – уже немолода.

Астрид рассматривала сцену охоты на картине. Проблеск рыжего на изгороди и сужающееся кольцо из своры гончих.

– Мне не кажется это честным. Шансы неравны. Одна лиса и все эти люди.

– У-у-у. – Леди Шерборн скрестила руки и присела на краешек стола. – Вы прямо как эта ужасная Крессида.

– Крессида?

– Маркетинговая женщина. Взяла и сняла охотничьи трофеи по всему дому. Сказала, что в наше время они «не имеют никакого значения». Поэтому я их сюда и забрала.

– Понятно.

– По мне, так она просто кассир – и только. – Леди Шерборн разрядила в Крессиду еще не все стволы. – Рассиживается тут, словно хозяйка. Ни малейшего понятия ни об истории дома, ни о трудах, что вложила наша семья, дабы поставить огромное хозяйство на должный