Тайна в небе - Кеннет Робсон Страница 3

Посреди пола лежал свёрток одежды.

Когда Док прошёл в дверь, автоматическая винтовка громко хлопнула. Но стрелок взял недостаточное упреждение. Он выстрелил снова. Гильза застряла в выбрасывателе.

— Проклятье! — заорал стрелок.

— Брось её! — процедил высокий. — Я же говорил, эта пушка не будет работать, если ты её обкорнаешь!

Говоря это, высокий отступал лёгкими шагами, не проявляя желания стрелять. Он помахал воронёным револьвером, чтобы Док Сэвидж наверняка его увидел.

— Не будь дураком! — предложил мужчина. — Веди себя смирно.

Док Сэвидж поднял руки до уровня плеч и остановился, но лишь после того, как инерция вынесла его в центр комнаты.

Монк тяжело протопал в дверь. Он остановился, пристально посмотрел на воронёное оружие, словно на какое-то странное животное, затем поднял короткопалые руки.

— Вот это разумно, — сказал высокий. — Я из этой пушки сбиваю в воздухе покерные фишки. Коротышка вон тоже хорошо стреляет, только он решил, будто знает эту автоматическую винтовку лучше того джентльмена, который её сделал.

Коротышка, тот самый низкорослый, заглядывал во внутренности переделанной винтовки.

— Э-эх, — пробормотал он. — Я слишком ослабил пружину.

Монк проворчал: — В чём дело, парни?

— Мы любим смотреть на мертвецов, — сухо ответил высокий. — Вот такие мы странные.

Док Сэвидж стоял, почти касаясь носками свёртка одежды. Свёрток был туго стянут ремнём.

Док подцепил свёрток носком и с огромной силой пнул.

* * *

Человеческая нервная система способна воспринимать впечатления лишь с определённой скоростью. Высокий, несомненно, понял, что снаряд летит в него, но ничего не мог поделать. Когда свёрток в него врезался, он инстинктивно отшатнулся.

В следующее мгновение он уже лежал ничком, прижатый ногой Дока Сэвиджа к полу за шею.

Монк громко завопил и кинулся на Коротышку. Дрался Монк всегда шумно.

Коротышка с фанатическим упорством цеплялся за обрезанную автоматическую винтовку, пытаясь привести её в действие. Безуспешно. Он попытался ударить оружием как дубинкой. Монк вырвал его из рук, словно отбирал леденец у ребёнка, а затем бросил.

Монк поднял коротышку целиком, перевернул и бросил на голову. Он проделал это с такой быстротой, что коротышка был беспомощен. Упав на голову, Коротышка больше не двигался.

Монк поморгал маленькими глазами, глядя на свою жертву.

— Ох ты, — сказал он. — Интересно, ему было больно?

Высокий на полу прорычал: — Да что это, чёрт побери, за цирк такой?

Монк ощупал голову Коротышки, убедился, что она цела, затем вывернул одно из довольно больших ушей низкорослого, но не добился никакой реакции. Уродливый химик повернулся к высокому.

— Так это цирк, да? — проворчал он. — А я всё гадал.

— Да чтоб тебя! — процедил тот.

Монк подошёл и уселся на тощего пленника. Док Сэвидж убрал ногу с шеи мужчины. Монк схватил беднягу за уши и потянул их. Его, казалось, завораживало, как по-резиновому они вытягиваются из головы мужчины.

— Из них вышли бы отличные сувениры, — проворчал Монк.

— Прекрати! — взвыл высокий. — Что ты собираешься со мной делать?

— Я буду задавать тебе вопросы, — сообщил ему Монк. — И ужасно рассержусь, если ты не станешь отвечать.

— Чушь! — сказал пленник.

— Этот налёт, или что это было, как-нибудь связан с Уиллардом Спэннером? — спросил Монк.

— А ты как думаешь? — огрызнулся тот.

Монк потянул за уши. На глазах мужчины выступили слёзы. Он выругался, и голос его превратился в пронзительный вой от боли.

— Я тебя за это убью! — пообещал он. — Будь я проклят, если не убью!

Монк картинно содрогнулся, ухмыльнулся и сказал: — Были бы на мне сапоги, я бы в них трясся. Зачем вы сюда пришли?

Новый голос произнёс: — Вы, джентльмены, по-видимому, шутники.

* * *

Монк резко вздрогнул и повернул голову к двери. Он сглотнул, воскликнул: «Проклятье!» — и поспешно поднялся на ноги.

Стоявший в дверях мужчина был крепким, атлетического вида и держал револьвер с привычной лёгкостью. Он был в одних носках. Вероятно, этим объяснялось, почему он так тихо вошёл снаружи; этим да слабым гулом городского движения, присутствовавшим всегда.

— Вставай! — велел он высокому. — Вытри глаза. Потом хватай этот узел с одеждой. Вот уж будет о чём домой написать!

— Я убью эту обезьяну! — заорал высокий.

— В другой раз, — предложил спаситель. — Бери одежду. Слушай, а кто вообще этот здоровенный бронзовый тип и мартышка?

— Откуда мне знать? — прорычал человек, которого донимал Монк. Он подобрал свёрток одежды и направился к двери.

— Не бросишь же ты Коротышку? — спросил первый.

Не говоря ни слова, высокий поднял низкорослого и не без труда выбрался за дверь.

Человек с револьвером благодушно наблюдал. У него была одна разительная особенность. Глаза его были голубыми. И с ними было что-то неладно. Время от времени они сходились к переносице, зрачки обращались к носу. Затем снова выпрямлялись. Казалось, их обладатель распрямлял их заметным усилием.

Монк потребовал: — Кому принадлежала эта одежда?

Мужчина сказал: — Там, куда ты направляешься, на многие вопросы дадут ответы.

Монк не успел ясно понять, что произошло дальше. Всё двигалось слишком быстро. Должно быть, Док Сэвидж разгадал намерение человека со странными глазами. Док рванулся вперёд.

Револьвер выстрелил. Но человек с необычными глазами попытался перенести прицел с Монка на Дока и не успел. Его пуля оставила выбоину в стене. А затем Док уже схватился за револьвер.

Мужчина выпустил револьвер. Он отскочил, проворно перебирая ногами, добрался до двери и скрылся за ней. Теперь он кричал. В ответ в соседней комнате послышался топот других ног. Очевидно, там были ещё люди.

Док схватил Монка и толкнул его назад. Они вошли в заднюю комнату и захлопнули дверь. Док задвинул засов.

Револьверные пули крошили дерево вокруг замка. Щепки разлетались. Замок выдержал. Кто-то пнул дверь. Монк проорал угрозу.

Больше не было ни ударов, ни выстрелов. Наступила тишина, если не считать шума уличного движения.

Монк посмотрел на Дока.

— Этот тип с странными глазами собирался убить нас обоих, — пробормотал он.

Док Сэвидж не ответил. Он прислушался, затем отпер дверь. Соседняя комната была пуста. Он двинулся дальше. В следующей комнате один из усыплённых хлороформом служителей морга уже сидел и выглядел больным.

На улице не осталось никаких следов буйных налётчиков. Свёрток одежды тоже исчез бесследно.

Приходящий в себя служитель