Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова Страница 57

— Надеюсь, мы все внутрь приглашены? — проворчала моя тетушка, про которую я, признаться, успела забыть. — Я за сегодня измерзлась и заскучала.

Герцог задумался, а затем медленно произнес:

— Я возьму с вас сложные, многосоставные клятвы. Иначе…

— Иначе и быть не может, — согласилась я.

Я была готова поклясться на чем угодно. Даже на сути своей магии, лишь бы уже войти туда. Но точно так же я понимала и то, что нам всем может не хватить знаний, чтобы разобраться в архивах покойного лорда.

Та же самая химерология, например, для меня темный лес.

— А для этого здесь я, — весомо проговорил мастер Острави.

— Ты, милая, от усталости вслух заговорила, — шепнула тетушка. — Надеюсь, Анхель, ты не прогуливал учебу. А то неловко может получиться, если в твоей голове задержались только скабрезности.

— Иногда мне кажется, что тебе нравится доводить меня, — буркнул целитель.

Лукреция поправила волосы и мастерски сделала вид, что ничего не слышала. А я, посмотрев на мастера Острави, негромко спросила:

— А вы не пробовали шоколадкой в нее кинуть? Мне помогало.

— Элиша!

Мы все рассмеялись, и напряжение немного спало. А Хайлен, так и стоявший перед темным провалом коридора, наконец-то решился сделать первый шаг.

— Заходите. Клятвы с вас возьму при выходе, — глухо проговорил он.

Герцог исчез внутри, и мы последовали за ним. Я еще успела услышать, как Анхель выставил часовых, а затем все звуки исчезли.

— Полноценное подпространство, — оценила тетушка, — маленькое, тесноватое, но абсолютно неуязвимое.

— Если бы не клинок, — я качнула рукой, в которой так и держала оружие старого герцога, — то сработал бы каскад.

— Затем хлопок и на месте архива — лишь пыль, — цокнула Лукреция.

— Со стороны казалось, что у вас все под контролем, леди райн-Рейвис, — задумчиво проронил мастер Острави.

На что я удивленно ответила:

— Но так и было. Ожидай неожиданного – разве не в этом вся суть магии? Просчитывать ситуацию и держать в рукаве несколько заготовок.

— Иными словами, вы царствуете над хаосом, — сощурился Анхель.

— Если говорить настолько поэтично, то я двигаюсь с ним в такт, а никак не царствую.

Все это время мы шли в темном, едва-едва освещенном коридоре. По моим ощущениям, мы уже должны были пройти башню насквозь, как впереди забрезжил яркий свет.

В старой, давно заброшенной лаборатории горели все лампы. На постаменте покоилась стопка потрепанных тетрадей, а вокруг них…

Вокруг них расположились полупрозрачные кристаллы андалузита.

— Все стадии развития тварей, — хрипло произнес Хайлен.

Сам он стоял у последнего, по-настоящему огромного кристалла. Камень был накрыт драпировкой, но каждый из нас понимал, что внутри андалузита. Вернее, кто.

— Твари приходят из-за грани, — Анхель подошел ближе, — разве нет?

— Твари приходят из-за грани, — эхом откликнулся герцог, — и мы с легкостью закидываем их обратно. Эти — другие. Они появились около тридцати – сорока лет назад.

— Разброс в десять лет? — Я вопросительно посмотрела на герцога.

— Двадцать девять лет назад в Осторшу пришла тварь невероятной силы. — Мастер Острави заложил руки за спину. — Я едва справил второе совершеннолетие, но уже считал себя готовым ко всему. Наставник отправил меня в селение, на помощь жителям. И я впервые в жизни увидел недоеденных людей.

— Шрамы, оставленные этим видом тварей, не заживают полностью, — продолжил за него Хайлен. — Мы научились прижигать их моей силой, и рано или поздно они все равно открываются – и человек исчезает за сутки, если не успевает найти снежного мага.

— Значит, двадцать девять лет, — прошептала я, — что вообще происходило в королевстве двадцать девять лет назад?

— Ничего особенного, — пожал плечами Анхель, — учитель моего учителя покинул Вейарну, но это явно не имело отношения к тварям. Целитель высшей категории понадобился кому-то из знати да так в итоге и осел где-то в столице.

— Может, какой-нибудь заговор? — без особой надежды предположила я.

— Дело не в этих годах, — напомнил о себе Анхель, — дело в том, что затем мы нашли несколько десятков тел. В горах, у Непроходимого перешейка, который отделяет нас от основной части королевства.

— На их телах те же самые следы. — Хайлен поднял руку и сжал ткань, которая все еще была наброшена на кристалл.

Он медленно потянул драпировку вниз, и мы увидели человека, навеки застывшего в агонии. Дух обвивал его тело подобно черной дымной змее.

— Видишь, зеленоватая слизь на коже? — хрипло проговорил Анхель, касаясь кисти Лукреции. — Она появлялась снова и снова, что бы мы ни делали. Разъедала тела подобно кислоте.

— Но к этой работе тебя не привлекли. — Тетушка отвернулась.

— Я много путешествовал, — пожал плечами Анхель. — Несколько лет провел в Эрандаре. Знаешь, я был влюблен и надеялся на брак.

Тетушка остро на него взглянула и предупреждающе проговорила:

— Я ни о чем не жалею, знаешь ли.

На что он серьезно ответил:

— Я тоже. В те годы я хотел тебя изменить. Сейчас…

Он покачал головой и отступил в сторону. А Лукреция, дернув плечом, подошла к постаменту с тетрадями.

— Я подготовил текст клятвы. — Хайлен поднял с пола ткань и вновь набросил ее на кристалл. — Ознакомьтесь.

Я взяла из его рук листок и, пробежав глазами по тексту, одобрительно хмыкнула: у нас не оставалось ни единой лазейки.

— Мне нравится, — уверенно проговорила я.

Вытащив булавку, я проколола палец и, глядя Хайлену в глаза, быстро и четко прочитала текст клятвы. За мной его повторили Анхель и сам герцог.

А затем мы повернулись к тетушке, которая так и стояла у постамента.

Она прижимала к груди несколько тетрадей. По ее бледному лицу катились крупные слезы. Тонкими посеревшими губами она пыталась что-то произнести, но ей не хватало воздуха.

— Лу? — Анхель обеспокоенно шагнул вперед. — Что с тобой?

Тетушка сделала пару всхлипнула, покачала головой и, взяв себя в руки, прошептала:

— Астрея была здесь.

— Мама?

В первую секунду я не поверила. Но затем тетушка открыла тетрадь и показала на заметки, написанные малопонятным, но очень вычурным курсивом.

— Это она так писала, — всхлипнула Лукреция.

— Мама писала печатными буквами,