Затмение; Год 1666 – Часть 4 - Нора Ольвич Страница 52

— Это только мои подозрения, Арман.

* * *

— Восхитительное благородство и романтическое очарование маркизы, попросту вызвали жажду возвышения и пленительной победы в сердце герцога, она стала его смыслом жизни, — так шептал весь высший свет княжества Монако, уже который месяц наблюдая за этой историей.

— Его не пугает разница в возрасте, она так невинна, но скажу вам весьма претензионная в своих поступках.

— Он ловелас, и этим всё сказано. Ему не было равных в Версале, он приехал в свите супруги князя Луи. Неслучайно считается; двор короля Людовика совершенно не против скоротечных романов и неразгаданных интриг, что признаны увековечить в историях сплетение страстей и очарование куртуазной любви.

— Вы считаете этот роман скоротечен?

— Вы считаете маркиза откажется от князя Луи?

— Два Луи, два принца крови, эта малютка может заводить знакомства.

— А, впрочем, один из них отказался от основного имени, говорят его умершая супруга любила имя Арман.

Прикрытые ажурными веерами улыбки и лица, тихий шёпот всё видящих сплетниц; мимо таких созданий и божья коровка к своим деткам не пролетит без должного надзора.

* * *

— Я не удивлюсь, если на нас ставят свои ставки прожжённые игроки. Вы слышали последнюю новость? Князь Луи собирается вас вызвать на дуэль.

Последняя фраза замирает на устах, словно останавливая собой ход часов на главной дворцовой башне; мешая набежавшей туче, что грозно рассекала только что воздух, закрыть собой светило. Взгляд, пропитанный тревогой, устремлён на Денизу, будто она моя последняя опора в этом безрассудном течении времени.

— Каталина, что не так?

— М-мм, когда вы решитесь сделать мне предложение, я оставлю вас и уеду в путешествие, господин герцог, с тем что бы принять решение, нужны ли мне эти отношения.

— Отчего вы так бессердечны, мадемуазель!

Этот нарочитый возглас Армана слышали слишком многие в парке.

Моя рука тревожно коснулась подвески с гербом на груди, и пальчик застыл на большом рубине. Это был знак. А после, в попытке оставив «несчастного влюблённого» на аллее, прошептав «началось» я прогулочным шагом, не вызывая ни у кого тревоги, поигрывая кружевным зонтиком от солнца, шла в сторону мадам Денизы и её камеристки.

Поднявшийся ветерок вдруг разыгравшись, в попытке вывернуть наизнанку мой зонт и растрепать слишком сложные причёски собравшихся в парке дам обратил на себе внимание слишком многих, но только не внимание мадам Денизы.

Она замерла, а затем встала, загораживая пышными складками тёмного платья обзор того, что происходило в их уединении.

Беседка, стоящая в тени высоких, разросшихся кустов можжевельника, постепенно затенялась ещё больше, туча немилосердно закрывала солнце. Тени, застывшие на стенах строения, создавали удивительные и странные образы.

— Дьявол, как всё неудачно складывается.

Поглядывая на небо, делая вид, что обеспокоена возможностью вымокнуть под первыми, и от этого никого не щадящими, своим неудержанным напором, струями летнего дождя; сложив зонт и придерживая юбки я побежала в сторону беседки.

Надеялась, что это произойдёт как-то иначе, мысленно вопрошая.

«— … что он задумал, что»?

«— … достаточно ли принятых нами мер для того, чтобы он успокоился, навсегда».

Поднявшись в какой-то неудержимой панике, ветер принялся открывать новую главу своей ожесточённой схватки. Пытаясь разогнать-таки тучи и снять видимую угрозу ливня, он будто бы подсказывающее нашёптывал о том, что всё возможно, но в то же время оно сложится самым лучшим образом.

Я чувствовала за спиной спешащего герцога. Его дыхание преследовало меня:

«— так возможно, или лучше»?

«— вам виднее маркиза, вам виднее, лучшее оно или нет»…

Не успевала теперь уже за Арманом, его широкая спина и мускулистые ноги оказались впереди, полы камзола, развиваясь будто, сигналил всем присутствующим в саду, что мужчине совершенно не безразлична другая, та, которая стоит сейчас спиной к всему свету.

«— … переживут, он же мне не сделал ещё предложения, бедная моя репутация, что скажет граф Эдуард»?

А буквально через мгновение…

Уж действительно её глаза на звёзды непохожи…

Властный огонь во взоре графини говорил о многом, но только не о гипнотическом воздействии на её разум.

— Сеньора Тереса, что с ней? Дениза!

— Потеряла сознание, как видите.

— Я понимаю, но что произошло? Перепады атмосферного давления. Так, всё меняется вокруг. То солнце, то ветер и вот…

— Это так, но вряд ли тучи и перепады могли стать причиной столь продолжительного обморока. Причина, она там в кустах, бездыханная, и мои стилеты… Ах. Да, мне кажется, но, возможно, я убила человека — милорда Ренделла.

— Ну что вы дорогая, это невозможно, — герцог уже держал за руку любимую. Он не отпускал её, сканируя взволнованное личико женщины, и стоял слишком близко, и вот уже мои юбки служат ширмой для слишком любопытных. Когда же Арман просто прижал её к себе, боясь потерять в очередной раз и шепча успокоительно, но весьма настойчиво, что нужно быть более рассудительной, я отвела в смущении глаза:

— Милорд упокоился практически год назад, он похоронен в фамильном склепе вблизи Лондона, в своём поместье. Вы явно погорячились с выводами графиня, мы обязательно разберёмся и, конечно же, вернём вам стилет. Я правильно же понял, ответьте же мне что-нибудь.

— Там два моих стилета.

Она смотрела, раздумывая, приподняв личико и ища его взора. Я никогда не забуду эти глаза затаённого цвета серебра высшей пробы, вечно сомневающиеся и вопрошающие.

И было видно, что боялась она увидеть осуждение и ещё нечто непонятное на наших лицах. Это был миг.

Я поняла, что он был решающим; слишком многое стояло на кону. Арман без какого-либо сомнения спрашивал только об одном:

— Вы не пострадали дорогая? Мой экипаж, он ожидает вас.

— Я хотела бы посетить мадам Каролин Лантье.

Она поймала мой обомлевший взгляд.

— Это не то, о чём вы подумали маркиза. Просто я хочу убрать чёрные цвета из своей одежды. Мне просто необходимо заказать новый гардероб.

И мы действительно отправились в сторону салона, в котором вышеупомянутая мадам Каролина старалась угодить дамам высшего света в их притязаниях на совершенный наряд.

— Это был милорд Ренделл. Каталина.

Откинувшись на спинку сиденья, она смотрела на меня будто не мигая.

— Что он вам передал взглядом, вы смогли защититься, как я вас учила?

— Да. Спасибо, думаю, что получилось. Он поведал мне, появившись внезапно из зарослей, очень интересную мысль Каталина, оказывается мы исчадие ада, что нас нет в призрачном атласе звёзд, наш след в судьбах многих людей