Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова Страница 40

Сделав шаг к Хайлену, я положила ладонь на его прохладную щеку. Чуть огладила скулы и мягко, почти нежно произнесла:

— Усмири свою силу, Хайлен райн-Торланд.

Повернув ладонь другой стороной, я костяшками пальцев скользнула по его подбородку и ласково добавила:

— Немедленно. Иначе я сожгу твой дом вместе со всем барахлом.

Мастер Острави поперхнулся, а Хайлен, чуть посветлев глазами, выдохнул:

— Интересный способ, мне нравится. Но знаешь, госпожа моя, ты можешь сжечь все, что захочешь. Я не буду тебе препятствовать.

— Я буду, — возмутился целитель. — Мне нужен помощник. Выдерни из Вейрны Тилля. Один я ее не вытяну.

— Концентрация настолько серьезна? — нахмурился Хайлен.

Мастер Острави мрачно кивнул и, подхватив Лукрецию на руки, протиснулся мимо нас. Он нес тетушку настолько нежно и осторожно, что я невольно вспомнила об их общем прошлом. Надеюсь, он не захочет свести с ней счеты…

— Он хранит ее портрет в своем кабинете, — проронил Хайлен. — Госпожа моя…

Райн-Торланд помедлил, будто сомневался в своих словах, но все же продолжил:

— Ты уверена, что была отравлена именно этим ядом?

— Именно этой брошью — полностью уверена, — твердо сказала я. — Могли ли они в один фиал залить два состава — не знаю. Алхимия не самая сильная моя сторона. Но почему ты спрашиваешь?

Он открыл рот. Затем закрыл и тяжело вздохнул. Кажется, ответ мне очень сильно не понравится…

— Хайлен, — позвала я, — кроме Лукреции, у меня больше никого нет.

Герцог потер переносицу, затем кивнул на кресло:

— Присядьте, госпожа моя.

— Ты тоже не стой, — вздохнула я и плавно опустилась в кресло. — Лукреция на порядок слабее меня, поэтому на нее подействовало сильней. Верно?

Но Хайлен покачал головой:

— Дело не в этом. Иридрим убивает только огненных магов. С гарантией.

Сердце пропустило удар. Я не могу потерять Лукрецию.

— Ты тянешь кшасса за усы, — прошипела я.

Хайлен тяжело вздохнул:

— Я просто пытаюсь понять, как… Как это возможно.

— Ради всех богов, Хайлен! — Я вскочила на ноги. — Что возможно?!

— Что ты — снежный маг, — сказал он, и я без сил рухнула в кресло.

— Что? Какие глупости. Ты вот это видел?

На моей ладони расцвел прекрасный яркий огонек. Он изгибался подобно восточной танцовщице, зачаровывал своей хищной грацией и был невероятно, обжигающе горяч.

— Иридрим вкалывают в живот беременной женщины, — сухо, почти равнодушно проговорил Хайлен.

— Ты говорил, что изменения начинаются с рождения, — напомнила я и сдула пламя с ладони.

Он устало посмотрел на меня:

— Я обязан лгать об этом, госпожа моя. Такова одна из многих моих клятв.

Хайлен поднял руки, расстегнул ворот рубашки и, призвав силу, показал мне с полсотни тонких алых нитей:

— И все это касается воспроизводства новых снежных магов.

— Но зачем ты на это пошел? — Я не могла поверить своим глазам. — Любое неосторожное слово лишит тебя жизни!

Он спрятал свои клятвенные нити и равнодушно пожал плечами:

— За сына клянется отец.

— И если у тебя будет…

— Не будет, — отрезал он. — В столице слишком много менталистов, госпожа моя. Именно поэтому я старался сохранить хоть какие-то тайны. Создать впечатление, что готов воспроизвести нового снежного.

Я поежилась:

— Поэтому ты откладывал все разговоры. Но ментальное сканирование без судебного решения…

Он невесело рассмеялся, и я осеклась. Действительно, как будто это остановит кое-кого высокопоставленного.

— Но ты же понимаешь, что я не снежный маг? Мы можем допустить, что моя мама спрятала меня от… От отца, который хотел изменить меня. Но ты же видишь, что этого не произошло.

Я распустила свои каштановые волосы и поворошила их рукой. Послушные локоны рассыпались по плечам, и Хайлен проводил их зачарованным взглядом.

— Вижу. Иридрим калечит магию в ребенке. Если бы леди райн-Рейвис получила укол, то моя госпожа родилась бы без дара, слабой и болезненной. У леди райн-Рейвис не осталось бы выбора, и она сама принесла бы своего ребенка мастеру крови.

Тут я не сдержалась:

— Так и думала, что это они этим занимаются.

Хайлен кивнул:

— Это долгий и сложный процесс.

Я облизнула губы и подалась вперед:

— Сейчас ты тоже обязан лгать?

Он покачал головой:

— Я предполагаю, что ты — снежный маг. Между своими нет тайн.

Нахмурившись, я открыла рот и тут же его закрыла. Какая тонкая грань…

— Не буду оспаривать твои предположения, — осторожно проговорила я. — Но нет ли у тебя еще какой-нибудь информации?

Хайлен мягко улыбнулся:

— Вы же…

— Давай будем проще обращаться друг к другу, — перебила я его. — Если ты можешь противостоять своим клятвам, то ты можешь и традициям слегка возразить. Меня зовут Эльсанна, Хайлен.

— У тебя красивое имя, — согласился он. — Но не всем клятвам я могу противостоять. Отец выбирал самые свободные формулировки, он верил, что я буду свободен.

В голосе Хайлена звучала горечь. И меня пробрало дрожью. Я представила, что у меня забрали мой своенравный, жгуче-ласковый огонь. Что теперь вокруг меня лишь стылый холод и твари.

Обхватив саму себя за плечи, я тихо выдохнула:

— Мне так жаль, Хайлен. Так жаль.

И он понял, о чем я говорю. Не оскорбился, не вспылил. Лишь прикрыл глаза и откинул голову на спинку кресла. Хайлен никогда не ощущал сродства с родной, врожденной магией. Его лишили этого упоительного ощущения до того, как он смог хоть что-то почувствовать.

Наверное, это хорошо. Наверное, так проще.

— Так, — я вновь облизнула губы, — так что будет с тетушкой? Иридрим калечит магию нерожденного ребенка и с гарантией убивает огненного мага. К чему мне готовиться, Хайлен?

Он негромко вздохнул, затем подался вперед и мягко проговорил:

— Думаю, что Анхель ее вытащит. Удержит яд до прибытия Тилля, а затем они вместе выведут отраву из ее тела. Иридрим неплохо изучен, хотя его состав и пытались оставить от нас в секрете. Но ты должна понимать, что гарантий в этом деле никто дать не может.

— Я понимаю.

— И никто не должен узнать о том, что и ты, и Лукреция были отравлены иридримом, — с нажимом произнес