Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова Страница 37

— Лорд Саймиш в госпитале, милорд. А вам ли не знать, как крепка связь между дочерью и ее отцом-по-магии.

— Тетушка, — проговорила я слабым голосом.

— Да только там такое вскрылось, — она вытащила платок и промокнула глаза, — неважно. Главное, чтобы выжил.

И я тихо-тихо добавила:

— Мне казалось, что может быть моя вина. Что я плохо себя вела во время свадьбы и боги наказали лорда Саймиша.

Потом, глубоко вдохнув, я медленно выдохнула и улыбнулась:

— Неважно. Это все неважно. Работа поможет мне привести разум в порядок. Камни превосходного качества, милорд. Вы проделали великолепную работу, благодарю вас.

Мы оставили за спиной озадаченного мага и сосредоточились на работе. И сегодня она шла куда как лучше: комнаты были пусты.

Сплетая мелкие заклятья в единое полотно, я не могла не думать о том, насколько репутация хрупкая вещь. Злые наговоры способны уничтожить человека меньше чем за пару часов.

Но кто сделал это? Кто обратил всеобщее внимание на болезнь лорда Саймиша? Не тот ли человек, который передал мачехе отравленную брошь?

Глава 7

Вчера я так и не удостоилась высочайшего внимания Ее Величества. А сегодня меня и вовсе отправили под крыло к придворному магу. Точнее, к одному из придворных магов.

— Мне, право, совершенно непонятно, что с вами делать, — вздохнул он, садясь за свой монументальный стол, — вы, с одной стороны, герцогиня Вейарны, а с другой стороны – стажер. А с третьей стороны – Ее Величество довольна вашим трудом.

У меня на языке вертелось простое и незатейливое мнение о Ее Величестве и ее королевской дальновидности, но вместо этого я поднесла ко рту чашку и, едва коснувшись ее губами, поставила на место. А затем благочестиво проговорила:

— Это наивысшее счастье, не так ли, милорд Пэйски? Что же касается вашей дилеммы — я могу заняться сортировкой поделочных камней. Со стороны это выглядит так, как будто благородную леди посадили драгоценности рассматривать.

— А на деле это нудная, но нужная работа, которую обычно доверяют подмастерьям, — покивал маг. — Что на это скажут ваши, м-м-м, сопровождающие?

Даже не оборачиваясь, я уже знала: на лицах близнецов лежит печать абсолютного спокойствия. Что отчего-то впечатляло окружающих куда больше, чем грозные гримасы королевской стражи. Этим, правда, страдали исключительно новички, и их быстро приводили в чувство, однако же за гвардейцами закрепилась определенного рода слава.

— Милорд, — я укоризненно на него посмотрела, — неужели вы спрятали проклятый корунд среди поделочного камня?

— Что?! Нет! Немыслимо, — разволновался он. — И почему мне вновь вспоминают эту историю.

Я тут же подняла ладони:

— Ни в коем случае, это должно было быть небрежной шуткой. Я пыталась сказать, что мои защитники здесь ради моей безопасности. Они, конечно же, отчитываются перед своим командиром, но меня это нисколько не касается.

— Хорошо, — но придворный маг уже потерял всякое желание общаться со мной, — вам обустроят рабочее месте, леди райн-Рейвис. Прошу меня простить, дела.

Он вылетел из собственного кабинета так, будто за ним гналась стая тварей. Хотя мог бы указать мне на выход. Или не мог? Как же трудно привыкнуть к новому статусу. Который к тому же со мной не навсегда.

— Какая яркая реакция, — проговорила я задумчиво. — Слишком яркая. Вам что-нибудь известно об этом?

— Никак нет, миледи, — в унисон произнесли братья.

Иногда мне хотелось приказать им говорить отдельно друг от друга. Но… в сущности это такая мелочь, верно?

— Что ж, тогда готовьтесь к долгому дню, — вздохнула я.

И ровно в этот момент в комнату вошел младший ученик милорда Пэйски. Ну, по крайней мере, мальчишка представился именно так.

— Прошу следовать за мной, — подросток раздувался от гордости.

Он привел нас в небольшую комнату, где уже было установлено удобное кресло и вокруг него несколько глубоких сундуков с полудрагоценными округлыми камнями. И также три пустые всевмещающие шкатулки. Кроме меня в этой комнате также находилось несколько стажеров, но их условия труда были куда хуже: им приходилось стоять над сундуками.

Что ж, брак с герцогом повернулся ко мне своей приятной стороной.

Я устроилась в кресле и первым делом проверила шкатулки — на одной оказалось мелкое пакостное проклятье. Что заставило моих защитников выставить вокруг меня щиты. Это было мило, но совершенно излишне. А потому я с легкостью лопнула их барьеры и наставительно произнесла:

— С этой малостью я могу справиться сама, Ивар, Лонран.

— Разрешите обратиться, миледи, — проговорил один из братьев.

— Да, Ивар, говори, — кивнула я.

На лице воина отразилось недоумение, с которым он быстро справился:

— Зачем вам это нужно?

— Долгие годы я шла к тому, чтобы получить диплом магистра защитной магии. Сейчас между мной и ценнейшим для меня документом стоит стажировка, — спокойно объяснила я. — Если бы не брак с герцогом, сейчас я трудилась бы в Темной Крепости.

Ивар с трудом справился с шоком:

— В Темной Крепости?!

— Потому что в полицейский департамент меня не взяли, а сюда… Сюда бы я попасть не смогла.

«Хотя если бы не ваш герцог, то райн-Валдис вряд ли бы мне отказал», – подумала я. Но говорить об этом не стала. Слишком много было вокруг любопытных ушей.

Я взялась за работу и довольно быстро втянулась. Не перечесть, сколько раз мне доводилось корпеть над этим неблагодарным и нудным делом.

Через несколько часов я встала и прошлась по комнате, чтобы немного разогнать кровь. Ивар и Лонран за это время ни разу не пошевелились, а вот стажеры уже давно уселись на холодный пол. Покосившись на этих несчастных, я присела на корточки и, погладив ладонью ледяной камень, заставила его потеплеть.

— Спасибо, — тут же отреагировала одна из девчонок. — И я готова принять наказание за проклятье.

— Не стоит, — отмахнулась я. — Мне знакомы эти, м-м-м, мелкие пакости.

— Оно было не для вас, — она вздохнула, — а для совсем другого человека. Я просто не осмелилась говорить. Думала, вы отойдете и я его сниму.

Девчонка была словоохотливой. Рассказала, что она тут оказалась исключительно из-за яркого дара. Простолюдинка, с ней никто особо не разговаривал. И даже товарищи по несчастью предпочли игнорировать.

— Да и к наставнику трудно подход найти. — Она пригорюнилась. — Он не любит