Ученик. Том 1 - Сергей Витальевич Карелин Страница 35

К сожалению, поспать удалось совсем мало.

— Вставай, иди костер разводи, — толкнул меня в спину Ерофей.

Мне так не хотелось просыпаться, ведь казалось, что только заснул, но лекарь не отступал.

— Глухой, что ли? Вставай, говорю! Нечего по ночам незнамо где шляться. Туда-сюда всю ночь лазил и мне спать не давал.

Делать нечего, пришлось вставать. Пока разжигал костер и ходил к реке за водой, Федоровы друг за другом вышли из повозок.

Поздоровавшись с Захаром и кивнув Меланье, забрался в повозку за крупой для каши, когда ко мне подошел Ерофей.

— Не хочу я больше с этим ушлым семейством вместе ехать. Пусть первыми уезжают. А мы повременим и позже выедем.

— Почему? — удивился я. — Вместе-то сподручнее. Вдруг помощь пригодится.

— Не нужна мне помощь, — фыркнул он. — Сам со всем справлюсь, а с этими жадными людишками больше видеться не хочу. Не одни мы на дороге. Случись что, другие подоспеют и помогут.

Я пожал плечами. Ну ладно, все равно я здесь ничего не решаю.

Когда каша забурлила на огне, ко мне подошел Захар.

— Что-то ночью неспокойно было. Проснулся будто от крика, но потом было тихо. Ты что-нибудь слышал?

— Ничего, — твердо заявил я. — Может, приснилось? Или сова над головой ухнула?

— Может быть, — с задумчивым видом кивнул он.

Я решил, что не следует никому говорить о том, что случилось ночью. Во-первых, тела нет, поэтому доказать ничего не смогу. Во-вторых, я не мог признаться, что убил сущность с помощью руны.

Оглянувшись, я увидел, что Ерофей роется в повозке, что-то бормоча под нос, и понял, что лучшего момента для разговора не будет.

— Дядька больше не хочет ехать с вами. Мы намеренно отстанем, поэтому нас не ждите. Только вот батюшку вашего я вылечить не успел.

— Что же делать? Ведь еще два дня пути. Если ему снова поплохеет… — напрягся мужчина.

— Этого и боюсь. Надо лечение до конца довести. Я кое-что придумал…

Вполголоса, чтобы никто не подслушал, я рассказал Захару, как будем действовать. Он согласился и отошел к своим повозкам.

Вскоре каша была готова, и мы с лекарем приступили к трапезе. Каша, приготовленная на костре, была особенно вкусная. Может, все дело в том, что в ней присутствовал легкий аромат дыма, делая вкус немного «копченым». А может, просто так сильно проголодался.

— Эй, Степа, иди помоги! — крикнул мне Захар, выглядывая из повозки.

Я отставил свою глиняную плошку из-под каши и уже хотел спрыгнуть со скамейки, но Ерофей схватил меня за руку и крикнул Захару в ответ:

— С чего это он должен вам помогать? Вы ему кто? Никто! Никуда он не пойдет!

— Ну, дядька, ведь не по-человечески будет, — насупился я. — Они же нам помогли колесо поменять. Если откажем, могут нам эту… Как ее?.. — я нахмурил брови и приложил палец чуть выше переносицы, делая вид, что усиленно думаю. — Репутацию испортить.

— Что испортить? — не понял лекарь.

— Дурную славу о нас пустить, — подобрал я подходящее выражение. — Вот, мол, лекарь какой непорядочный. Мы ему помогли, а она нам нет. Ведь если в Иркутске будут о нас плохо говорить, то зря ехали — не будут больные приходить.

— Хм… Ну ладно, иди, — чуть поразмыслив, кивнул Ерофей.

Я быстро подошел к повозке и забрался внутрь, где уже сидел старик Федоров. Руна «Исцеления» получилась как надо: яркая и мощная. Только она пропала, из груди мужчины выплыл шар энергии и напитал меня.

Старик задрал рубашку и изумленно охнул. На боку вместо раны было розовое пятно. Старик перевел ошарашенный взгляд на меня, а в следующую секунду крепко обнял.

— Спаситель ты мой. Судьба тебя ко мне привела, — приговаривал он, едва сдерживая слезы.

Захар тоже меня приобнял и крепко пожал руку.

— Ты что ж это, от наставника силы скрываешь? — шепотом спросил Федоров, прижимая руку к боку и прислушиваясь к своим ощущениям.

— Да, приходится, — признался я.

— Правильно делаешь. Дурной он человек. Поехали с нами? У меня старший брат — генерал. Связей у него в этом ведомстве полно. Могу тебя в любое военное училище устроить. Будешь сыт и одет. Правда, там учиться придется.

— Нет, военным быть не хочу, — мотнул головой, прекрасно понимая, что это за служба. — Но если вы мне позволите добраться с вами до Иркутска, а потом отпустите, то…

— Нет, исключено, — строго произнес старик. — Я буду в ответе за тебя и пока не определю в хорошее место — не успокоюсь.

— Ну тогда я останусь с дядькой. Ведь прожил с ним много лет. Не чужой все-таки, — ответил я.

На самом деле к Ерофею никаких добрых чувств не испытывал, но определил для себя, что сейчас самым лучшим решением будет остаться именно с ним, ведь Ерофей — не старик Федоров, и, если я решу уйти, он не сможет мне помешать. К тому же, если я не буду лечить, то не смогу пополнять уровень энергии, а значит останусь слабым беззащитным пареньком.

— Ну ладно, делай как знаешь. Но вот на всякий случай наш адрес в Иркутске, — он по-доброму улыбнулся и протянул бумажку, которую я быстро спрятал в голенище сапога. — Мы в городе на пару недель останемся. Если передумаешь или помощь понадобится — милости просим. Тебе двери нашего дома всегда открыты.

— Хорошо. Спасибо, — кивнул я и хотел выйти, но Захар меня остановил.

— Погоди, не торопись. На, держи, — он протянул мне скрученные купюры. — Только дядьке своему не отдавай. Лучше себе что-нибудь купи.

— О-о, спасибо, — обрадовался я, ведь, судя по свертку, денег там было гораздо больше, чем шесть рублей.

— Не благодари. Ты это заслужил, — кивнул старик.

Я выбрался из повозки и вернулся к Ерофею.

— Ну? — строго посмотрел он на меня. — Чего ему от тебя надо было?

— Шкуры в мешки запихивал — попросил подержать.

— У него брат с сестрой есть. Что ж он их не напрягает, а на тебе ездит? — он подозрительно прищурился, глядя на меня.

— Они тоже работали. Просто Захар не хотел отца просить. Слаб еще старик.

— Пусть бы помер этот старик — мне все равно, —