Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова Страница 35

— До нее дошло, что все эти скандалы испортят репутацию герцога и в следующий раз ему вновь придется травить невесту перед свадьбой.

— Думаешь?

— Уверена. — Лукреция завела глаза. — Они уже знают, что вы в итоге разведетесь. Кое-кто слышал, как они обсуждали милых и благородных северных дев, что будут идеальной парой герцогу.

Едва-едва притихшее пламя разгорелось с новой силой. Как они смеют обсуждать меня в подобном ключе?!

— А тут мы, — посмеиваясь, продолжила Лукреция, — за одним столом не едим, помощь слуг не принимаем. Пойдут слухи, люди узнают про отраву. И кто в здравом уме отдаст свою дочь в дом, где хозяин не властен над слугами?

— Никто, — вздохнула я.

Мы вышли на улицу и увидели Хайлена. Он стоял у кареты и о чем-то переговаривался с возничим. Как ни странно, но за задержку нам не было высказано ни единого слова.

Ему и правда все равно?

Устроившись напротив Хайлена, я принялась рассматривать его холодное, неприступное лицо. Почему-то мне казалось, что в самом начале он был более эмоционален. Ярче на все реагировал и… И глаза не казались застывшими, заледеневшими изнутри.

— Госпожа моя?

— Чем ты расплачиваешься за свой дар? — спросила я. — После упокоения той твари ты изменился.

По его лицу скользнула тень. Он отвел взгляд, сцепил руки в замок и нарочито спокойно проговорил:

— Мою госпожу это не касается.

— Значит, я права и с тобой не все в порядке. Тебе можно помочь?

— Мою госпожу это не касается, — так же спокойно и почти благожелательно повторил он. — Есть вещи, которые могут остаться только внутри семьи.

Этот щелчок по носу был довольно… Обидным. Мы не семья – и это факт. Но я просто хотела помочь!

— Что ж, надеюсь, ты не обратишься в ледяную скульптуру, — буркнула я, — будет трудно доставить тебя в Вейарну, не разбив.

— Верую в мою госпожу всей душой, — усмехнулся он.

Карета остановилась, и мы вышли. Люди, спешившие по своим делам, бросали на нас безразличные взгляды. Но вот на крыльце госпиталя мы встретили нескольких газетчиков.

Они переглянулись, но ни один не решился подойти ближе.

— Дорогая, возьми корзину, — довольно громко проговорила Лукреция. — Твой папенька обязательно поправится, не переживай!

— Как же я на это надеюсь, — отозвалась я.

Прижав к себе корзину, я склонила голову и поспешила войти в госпиталь. Мне было трудно разыскать в себе хотя бы крупицу сочувствия к Саймишу.

«Все детство я умоляла о крохе внимания и любви, – думала я, подходя к стойке сестры милосердия. – Затем обижалась, злилась, прощала и вновь пыталась привлечь его внимание».

А в итоге он оказался слабым человечишкой, который даже не смог полностью выплатить свой долг. Он получил статус и деньги в обмен на услугу, которая не была оказана в полной мере. А сейчас из-за его глупости все может пойти прахом!

— Мы можем навестить лорда Саймиша?

Двое газетчиков, резко передумавших покидать госпиталь, старательно терлись рядом.

— Кем вы приходитесь больному? — устало спросила женщина.

— Дочь-по-магии, — тут же представилась я, — это сестра его первой супруги…

— У нас очень теплые отношения, — промурлыкала Лукреция.

— И мой супруг, моя опора и поддержка. — Пошатнувшись, я позволила Хайлену поддержать себя под локоток. — Мы были поражены, когда услышали о болезни моего отца-по-магии.

— Следуйте за указателем. — Сестра милосердия потеряла к нам интерес. — А вы двое, вон отсюда немедленно!

Газетчиков все-таки вышвырнули вон. Что ж, они узнали часть информации, и я надеюсь, это сыграет в нашу пользу. Хотя вряд ли нашу историю напечатают в газете…

Затем я покосилась на герцога, вспомнила, что таких, как он, очень мало. И о том, что наш брак был возмутительно скоропалителен.

«Надо следить за выражением лица, – осознала я. – Газетные колдоснимки могут быть возмутительно уродливы!»

Указатель — маленький светящийся шарик — привел нас к небольшой одноместной палате, подле которой дежурил целитель-стажер.

— С поста предупредили о вашем прибытии, — он поспешно открыл дверь, — но я обязан присутствовать! Состояние лорда Саймиша крайне нестабильно.

— У нас нет никаких особых тайн, — вздохнула тетушка.

Мы вошли в палату, я поставила корзину со сластями на стол, а после подошла к постели своего отца-по-магии.

— Милорд, — я поцеловала воздух над его лбом, — вы напугали нас. Что произошло? Вы смогли отследить откатную нить?

— Мы попытались, — стажер смутился, — но она рвалась. Мы… Мы прилагаем все возможные усилия.

Сам лорд Саймиш сказать ничего не мог. Его запавшие глаза лихорадочно блестели, а на губах запеклась кровяная корка.

— Лорд Саймиш – мой отец-по-магии, но он также выдал меня замуж, — я постаралась ласково улыбнуться герцогу, — могло ли это повлиять на него? Признаюсь, в момент ритуала я немного капризничала.

Мне бы сейчас не помешал веер или платок, пропитанный соком арровых ягод. Но ничего этого у меня не было, так что слезу выдавить не получилось.

— Не могу думать о том, что из-за моих капризов…

Тут мой голос сорвался, и я просто прикрыла лицо руками. Чтобы уже через минуту отнять ладони и холодно продолжить:

— Так вы ответите мне или нет?

— Не заставляйте мою госпожу нервничать, — холодно добавил Хайлен, и мальчишка тут же зашевелился.

Он достал из-за пазухи пухлую потрепанную записную книжку и, пролистав ее где-то до середины, уверенно сказал:

— Нет, отец-по-магии имеет над ребенком больше власти, чем отец-по-крови. Только я не помню почему…

Тут он виновато почесал затылок и попробовал вспомнить:

— Кажется, ради разрыва кровной связи с отцом ребенка… Или нет? Я не все из справочника выписывал, место экономил.

— Понятно, — отозвалась я.

— Да вы можете проверить, — засиял он. — Если связь меж вами сохранилась, значит, все в порядке. Я позову старшего целителя, если пожелаете!

Пока я думала, герцог коротко распорядился:

— Желаем.

Целитель-стажер вылетел за дверь, а мы с тетушкой с интересом посмотрели на герцога:

— Почему мы этого желаем?

Он же лишь улыбнулся и приложил палец к губам, а затем выдал что-то пафосное про святость семейных уз.

После чего Хайлен подошел к тетушке и снял с ее плеча какую-то мелкую соринку. Или… Амулет-подслушка! И, судя