Развод с глухим генералом медведем - Екатерина Сергеевна Бакулина Страница 24

- А что, Харрисон тебя отговаривал? – спросила я.

Эд ухмыльнулся.

- Да. Ну, не то чтобы отговаривал… Сказал, что некромантские твари меня обязательно сожрут, но это, может, и к лучшему, у тебя меньше хлопот с разводом будет.

Меня передернуло слегка.

- И ты не воспринял это всерьез?

- Почему? – Эд искренне удивился. – Это как раз таки окончательно убедило, что дело дрянь, и надо ехать однозначно. Как после такого отпустить тебя одну?

Честно сказать, внезапно задело.

- Раньше ты спокойно уезжал и не думал о том, что мне опасно оставаться одной.

- Раньше я оставлял тебя дома, с надежными людьми и…

Не договорил, сам понял.

- Только безопасно было далеко не всегда, - сказала я. Начиная с Уорена, который пытался меня лапать, заканчивая наемниками от соседей, которые грабили крестьян…

Эд засопел, насупился.

- Тогда я думал, что надежными и в безопасности, поэтому оставлял, - сказал он. – Я был неправ. Того, что было – уже не исправить, только не повторять снова.

Ох, да что толку сейчас говорить об этом.

Я отвернулась.

Только чем дальше, тем… Понимала, что не выходит у меня обижаться на него. Какой смысл сейчас? Все это было давно. Дело даже не в прощении. Я точно знаю – сознательно Эд бы меня не обидел, не дал бы обидеть. Но вот так – не задумываться о моих чувствах…

Я все понимаю.

Положа руку на сердце – я ведь тоже не подарок. Сколько раз устраивала Эду скандалы и истерики? Да, не без причин. Меня злило – когда он оставлял меня одну, и когда лез с поцелуями. Все потому, что мне нужна была уверенность в нем, стабильность, понимание, что он со мной… И постоянно казалось, что Эд видит во мне только красивый трофей, который можно убрать в шкаф уезжая, а вернувшись – достать снова, стряхнуть пыль…

А я хотела его внимания.

Я и сейчас хочу. Стоит уж быть честной – я хочу, чтобы он был со мной. До сих пор. Поэтому и злюсь. Калеб был прав – когда все равно, то все равно. А Эд мне до сих пор нужен. Но когда он со мной – злюсь, потому что боюсь, что он мои надежды обманет и сбежит снова.

А сейчас я боюсь, что все это действительно может стоить ему жизни.

- Сейчас Харрисона позовем, - тихо сказал Эд.

Раскрыл свою крошечную коробочку, достал оттуда сложенный кусочек бумаги, взял нож, слегка чиркнул себя по пальцу на левой руке, капнул кровью. Вот и все. Очень надеюсь, что от этого будет польза, и за нами придут.

Отправил послание, закрыл, засунул коробочку обратно в сапог.

- Поможет? – спросила я.

- Надеюсь, - вздохнул Эд.

Я зажмурилась, шмыгнула носом. Мне страшно.

- А если не поможет? Не успеет?

- Ты договоришься с братом по-родственному, меня пустят на корм тварям, - он пожал плечами. – Только и всего. Чего ты волнуешься?

- Эд… Я волнуюсь за тебя!

- Да брось, ты никогда за меня не волновалась.

Как-то безразлично почти сказал, но меня чуть не подбросило.

- Как ты можешь это говорить?! Ты не знаешь, что я чувствую!

- Да, не знаю, - согласился он. – Ты не показываешь. Я вижу только раздражение и постоянное сожаление, что ты вообще со мной связалась. Да, это был изначально мой выбор, ты не виновата. Ты и не хотела, это я хотел. Я даже не берусь осуждать, потому что видел, какой внимательной и нежной ты можешь быть с детьми. Ты прекрасная мать, Грейс. Ты невероятно красивая женщина… умная, сильная. Я всегда тобой восхищался. Но у нас с тобой как-то не задалось.

Отвернулся.

Это вдруг… словно сердце раскалывается надвое. Потому что вот сейчас становится очевидно - он тоже устал и...

Неизбежность.

Сидит, глядя перед собой, думая о чем-то своем.

А я вдруг так ясно понимаю, что не хочу его терять. Как это глупо…

Я потянула руку, осторожно коснулась его колена.

- Прости… - сказала тихо, шепотом. - Я люблю тебя.

Эд вздрогнул. Обернулся. Удивленно и чуть нахмурившись, глядя на меня. «Что?» - так и читалось. Он ведь плохо слышит, и сейчас мог подумать, что показалось.

На самом деле, после всех ссор и обид это очень тяжело сказать вслух.

- Эд, я люблю тебя, - повторила громче. - Правда. И сейчас очень за тебя волнуюсь. Мне очень важно, что ты со мной.

Выражение его лица стало примерно: «Да она совсем рехнулась, что ли?»

- Я тоже тебя люблю, - осторожно сказал он.

- Я знаю.

Эд чуть голову на бок склонил недоверчиво.

- Что-то случилось? Я чего-то не знаю?

- Нет, - я покачала головой. – Просто…

Не выдержала больше, сама подалась к нему, уткнулась ему в плечо.

Эд вздохнул, обнял, погладил меня по спине.

- Не бойся, мы выберемся, - сказал мне в макушку. – Все нормально будет.

Я кивнула.

Он поцеловал меня в лоб, легко коснулся... губы у него теплые и когда он так обнимет – становится спокойно и хорошо.

Я всхлипнула, прижалась к нему крепче, подняла на него глаза.

Тогда он наклонился ко мне и поцеловал в губы. Как давно уже не целовал… сначала осторожно, потом так горячо, что у меня голова закружилась. И вместе с этим поцелуем пальцы его уже по моему бедру скользнули… надо же, как он быстро это…

Только не успели.

За дверью послышались шаги, и ключ щелкнул в замке. Я едва не подпрыгнула…

Густав открыл дверь и вошел молча, окинув нас взглядом. Без раздумий прошел сразу к креслу, опустился в него.

Эд держал меня за руку. Я просто молчала и ждала, пыталась понять, что сейчас будет.

- Мне жаль, что так вышло, - сказал Густав. – Ты не виновата, Грейс. Но я не понимаю, зачем ты приехала сюда. Хотела почувствовать себя хозяйкой в своем доме? Зачем? Я думал, ты уже наигралась.

Почувствовала, как у Эда напряглась рука.

- Так значит, это ты все устроил?

Густав ухмыльнулся. Чуть голову на бок склони, разглядывая меня.

- Не говори глупости, малышка. Все это началось еще до меня, я просто поддержал игру. Сэмюэлю нужна