Чудо на войне. В окопах атеистов нет - Павел Алексеевич Астахов Страница 65

мгновение ока мог опрокинуть машину, и все погибли бы. Посадку мы сразу исключили, оставался самостоятельный подъем по лесенке, которую спустят за мной. С оторванными ногами и перебитой рукой. Представляете, да? Тем не менее это был единственный шанс на спасение. Вертолеты подлетели максимально близко, бойцы начали подтаскивать меня к более-менее ровной площадке. Тут левая нога и напомнила о себе. Со второй попытки кое-как удалось забраться на борт.

То, что меня эвакуировали, чистой воды чудо, иначе не скажешь. Вертолеты полетели не в ближайший госпиталь в Баграме, а сразу в Кабул. Там уже ждали врачи. Генерал Колодий лично выяснил, где лучший хирург. Оказалось, Владимир Кузьмич Николенко, который в будущем станет, по сути, моим вторым отцом, служит в медсанбате 3-й десантной дивизии. О нем в Афгане говорили: “Если Кузьмич скажет, что надо голову отрезать, а потом на место пришить, соглашайся”. Врач от Бога! Вот прямиком к нему меня и повезли.

[Я] вынужденно обходился без обезболивающих уколов. Отключился перед операцией. Очнулся уже утром следующего дня в палате, узнал, что на операционном столе сердце три раза останавливалось. Можно сказать, 24 апреля 1984 года я заново родился. Правая рука загипсована, левой скидываю с себя простыню и вижу, что ниже колен ничего нет, лишь обрубки забинтованные. И в ту же секунду в голове всплыл образ Алексея Маресьева. Лежу и думаю: он – советский человек, и я тоже, он – летчик, я – летчик, он встал на ноги, и я полечу. Бог с ними, с ногами! Новые сделают. От этих мыслей сразу стало легко и спокойно. Больше сомнения не посещали, знал: буду ходить, служить в армии, летать»[42].

Но самое главное, эта ситуация повлияла на молодого человека в духовном смысле. В нашей с ним беседе отец Киприан сказал об этом так:

– Я думаю, что Господь уже заботится о человеке с его рождения и даже до рождения. До Афганистана я жил без Бога совсем и ничего об этом не знал и не слышал, и разговоров на эту тему не было. Советское время – это время безбожия. И в Афганистане случилось то, что очень сильно меня озадачило и заставило думать. Прежде всего это посмертный опыт, который я получил в клинической смерти. Получалось, что жизнь после смерти есть, а смерти как таковой нет. Я увидел тот самый свет, о котором люди говорят: свет в конце тоннеля. А ведь Бог говорит: «Я – Свет, но вы не видите Меня». И вот я увидел этот свет и испытал очень сильное чувство радости, которое здесь, на земле, пережить невозможно.

– Сколько вам лет было тогда?

– Двадцать семь. И могу только сказать «слава Богу» за тяжелое ранение, которое я получил тогда, и за то испытание, которое было в госпитале, связанное с моей рукой, потому что это учило терпению. Бог иногда испытывает до предела твоих физических и духовных возможностей. Но всегда по силам. Хотя мне тогда было очень тяжко. Чтобы устранить «горение» внутри меня в результате повреждения серединного нерва на руке, мне делали несколько операций. И перед последней операцией врачи сказали, что, если сейчас опять ничего не выйдет, еще год мне придется с этим жить, так как в ближайшее время больше операций делать нельзя, иначе организм может просто не выдержать и остановится сердце. И вот эта последняя операция оказалась удачной.

А дальше Валерий Анатольевич заново учился ходить. Когда он надел протезы впервые, то не смог ступить и шагу, даже держась за поручни – ноги разъезжались в стороны. Сидеть тоже было сложно, зажатые ремнями культи начинали неметь и болеть. И Валерий принялся «расхаживаться», сажал какого-нибудь больного из своего отделения в кресло-каталку, а сам хватался за поручни сзади и начинал понемногу толкать коляску вперед и двигаться. Народ, видя это, подшучивал: битый небитого везет. И вот так он кружил по коридорам госпиталя, учась держать равновесие и переступать ногами.

Вскоре начал выбираться на улицу с палочкой. Ходьба давалась с огромным трудом, всегда через боль и смертельную усталость. Но шаг за шагом – и ситуация все-таки переломилась. Когда Валерий приехал по направлению в украинский санаторий, тамошний врач даже не понял, что у него вместо ног протезы. Подумал, что тот хромает после ранения. По воспоминаниям отца Киприана, он в тот момент исполнился настоящего ликования в душе.

Еще через месяц знакомые парни позвали Валерия в ресторан. И там какая-то девушка пригласила его на танец. Не желая обижать ее отказом, он встал и пошел вальсировать. За следующие полтора месяца он окончательно избавился от палки и с тех пор больше к ней не прикасался.

Несмотря ни на что, Валерий решил продолжить службу, тем более что после ранения ему присвоили звание майора. Он отправился на собеседование по поводу оставления его в армии и в кабинет зашел строевым шагом, чтобы сразу было видно, что никакая он не развалина, а вполне себе боевой офицер. «Майор Бурков на собеседование прибыл!» – бодро отрапортовал он. Полковник, сидевший за столом, в тот момент копался в бумагах и не глядя махнул рукой: «Присаживайся, в ногах правды нет». Валерий тут же ответил: «А у меня и ног-то нет». Тот мгновенно оторвался от документов, переспросил фамилию и принялся щупать протезы. Потом он повел Валерия по кабинетам с восхищенными словами: «Смотрите, у нас второй Маресьев!» Буркову даже не пришлось никого уговаривать – его и так оставили в армии.

В 1985 году Валерий вновь запросился в Афганистан, сказал, что хочет делиться с молодыми бойцами своим опытом. Его попросили изложить идеи будущего обучения на бумаге. Эти заметки показали главкому ВВС, он прочитал их и задумчиво хмыкнул: «В Академию имени Гагарина его, раз такой умный!» Так Валерий Анатольевич опять оказался за учебной партой.

В 1986 году он женился на прекрасной девушке Ирине, у них родился сын Андрей. А после окончания академии продолжил службу в Главном штабе ВВС, через какое-то время дослужившись до полковника. Успел он побывать и советником Бориса Ельцина по вопросам социальной защиты лиц с ограничениями по здоровью, и председателем Комитета по делам инвалидов. Именно Валерию Буркову принадлежит идея учредить Международный день инвалидов, который отмечается ежегодно с 3 декабря 1992 года.

Потом он попробовал себя в политике и в бизнесе и хорошо справлялся на этих поприщах тоже. Также Валерий Анатольевич известен как автор-исполнитель песен, посвященных афганским событиям и его соратникам-бойцам. В госпиталях, где ему после ранения пришлось полежать, он