Птицы небесные или странствия души в объятиях Бога. Книга 1 - Монах Симеон Афонский Страница 327

Он ласково обнял меня на прощанье:

– Подвизайся с Богом и приезжай снова, как договорились… А эти четки и шоколад передай дьякону и его матушке!

Отцу Кириллу я, смущаясь, подарил при расставании, как скромное приношение, это стихотворение.

Кто-то во тьме поклонился,

Кто-то кивнул головою.

Кто-то со мной помолился

Там, за горящей свечою.

Кто-то, до боли знакомый,

Трепетный, любвеобильный,

Сладкой молитвой влекомый,

Груз разделил непосильный.

Кто-то, таинственно-скромный,

Взял мою скудость и тягость,

Чтобы шагнул я в огромный

Вечер, дарующий радость…

Несколько дней я провел с отцом, помогая ему по хозяйству. Мы закупили ему круп, вермишели и консервов.

– Сын, мне этих продуктов достаточно, не безпокойся! – радовался он. – Для меня был бы чай да батон, и хватит. Пенсию получаю, в Лавре меня причащают, и не болею, слава Богу! Раз батюшка благословил, молись на Кавказе, пока силы есть. Жизнь у меня нормальная, одного только не пойму: будто страной правят какие-то дураки…

– Бог с ними, папа, они пожнут то, что посеяли… Нам нужно о своей жизни думать! Я постараюсь, по возможности, приезжать к тебе каждый год. Надеюсь, что письма теперь будет легче отправлять… – утешал я его, как мог.

К вечеру раздался звонок у калитки. Приехал отец Пимен, узнав, что я нахожусь в Лавре. Приятно было увидеть старого друга, возмужавшего и приобретшего солидный вид настоящего игумена большого монастыря. В нашей беседе возникла тема: что делать с домом и кто будет поддерживать моего престарелого отца, если я живу на Кавказе, а архимандрит – в монастыре?

– Отец Пимен, мне батюшка благословил продолжать подвизаться на Псху, может быть, стоит попробовать перевезти отца в Адлер? Все же это поближе к Абхазии, чем Сергиев Посад…

– Отличная идея! – ухватился за это предложение мой друг. – Продадим дом и вернем долг Лавре, а Федору Алексеевичу купим однокомнатную квартиру. Если останутся средства, построим скит под Адлером, как филиал нашего монастыря.

– Папа, а ведь верно! Давай наконец переедем поближе к Абхазии, например в Адлер. Там бы я смог тебя почаще навещать, и климат для тебя помягче будет. Как ты думаешь?

– Ну, в Адлер я бы с удовольствием переехал. Море, оно и есть море, что зря говорить? Места знакомые, и тепло. А разве это возможно?

– Если батюшка благословит, все возможно! – успокоил я отца этим заявлением.

Он оторопел от радости, на глазах показались слезы.

– Так вы поговорите с отцом Кириллом…

– Обязательно, папа.

Однако мой энтузиазм сильно сник, когда я представил, что нужно дооформить документы на дом, потом его продать и в Адлере найти что-нибудь подходящее. При мысли обо всем этом у меня опустились руки.

– Самим нам, папа, не потянуть. Помолись, у нас с тобой одна надежда – на Бога!

– Как же, как же, сынок, я об этом и тяну четки, после того как Лида умерла.

Он взял меня за руку и сильно ее сжал.

– Вместе оно лучше…

Архимандрит, до этой поры молча слушавший нашу беседу, внезапно воодушевился.

– Слушайте, я вам помогу! Как ваше мнение насчет квартиры, Федор Алексеевич? – обратился архимандрит к моему отцу.

– Дорогие мои, как вы скажете, я на все с радостью согласен! – ответил отец, взволнованный открывшейся перспективой в его жизни. – Если я буду жить поближе к сыну, что ж,