Православные подвижницы XX столетия - Светлана Владимировна Девятова Страница 107

На третий день мы похоронили свою игумению… Впоследствии и могила матушки стала для меня местом утешения и отрады. Там я получал облегчение в скорбях. Часто приходил к старице просить ее молитв, когда возникали разного рода затруднения, если предстояло какое-нибудь ответственное дело, и всегда получал после этого помощь: что-то прояснялось, на мои недоуменные вопросы приходили ответы.

Из многих случаев благодатной помощи по святым молитвам матушки я расскажу лишь об одном. Однажды вместе с рабочим мы хотели весной вскопать огород внизу под монастырем, возле леса. Стали выжигать сухую траву. Дувший северо-западный ветер погнал огонь к деревьям. Казалось, остановить его невозможно. Опасность была страшная: огромный лес, а возле — село. Я всем сердцем обратился к матушке Марии, попросил помочь в беде, и вмиг ветер повернул в другую сторону. Огонь погас. Я горячо благодарил Бога и Его угодницу.

Во мне живет уверенность, что народ (имею в виду русских), способный рождать таких церковных чад, — это народ великий и необычайно богатый. Такой народ будет храним Богом до скончания века.

Господь да упокоит страдалицу — схиигумению Марию в Своем Небесном Царстве, а нам да простит грехи по святым ее молитвам».

Высказывания схиигумении Марии

… В душе человеческой в земной жизни три лика. Иногда господствует один, иногда другой, иногда все три: земли, ада и неба. Любовь к ближнему покрывает первый, не взирает на второй и с надеждой ищет третьего — лика небесного. Преподобный Исаак Сирин уподобляет чистоту милосердию. Если милосердие душевное состоит в том, чтобы не видеть наготы ближнего, то для чего нам раскрывать ее? Итак, душа истаивает от жалости к человеку…

Надо молить Господа, чтобы даровал великое покаяние православным людям. Только в этом спасение России и мира.

… Иисус для сердца все: насыщение, просвещение, очищение, окрыление, укрепление, утешение. Возрастает дерзновение сердца, но душа, наученная опытом, удерживает дерзновение и, как в безопасное убежище скрывшись в свою нищету, оттуда, омывшись обильными теплыми струями слез, взывает: «Ни лобзания Ти дам, яко Иуда, но яко разбойник…»

… Когда, погрузившись в глубину сердца, в согласном единении ведения и желания и разума с чувством обретается воскликновение: «Да будет воля Твоя», исчерпывающее всю полноту сердца, то душа видит себя в обновлении жизни, благоухание которой открывает…

… Жизнь — не обыкновенная вещь, которую можно провести разумно, нравственно, красиво — и только (идеал философии и науки). Жизнь подобна человеку, после кораблекрушения оказавшемуся нагим в море. Цель его — только ухватиться за предмет, могущий доставить его к берегу. В действительности существует только свет Христов и тьма диавольская, а середины нет. Все остальное — соблазны и заблуждение. Только светом Христовым можно различить тьму сатанинскую. «Свете тихий святыя славы», спаси нас.

… Слово произнесенное имеет две формы: духовную — значение, смысл и вещественную — бесконечные вибрации в атмосфере.

Слово Божие в человеке проходит до «разделения составов и мозгов» (1 Евр. 4, 12).

Эти изменения в теле сопровождаются некими чувственными ощущениями. Во время молитвы или трезвения ни на какие ощущения чувственные не надо обращать внимания. Где внимание, там ум устанавливает свою силу и соединяется с этой областью.

Если внимание обращено на вещественную сторону слова, то внимание может нечаянно быть введено в психофизическую область. Неприязненные духи также имеют возможность проникать в эту область, и может произойти великий вред — нежелательное смешение с ними, от него да сохранит нас Господь. Здесь корень всех заблуждений и прелести.

Внимание надо соединять только с верой и чистым смыслом. Надо также помнить, что душа не видит Бога, а Бог по всемогуществу и благодати видит душу, и когда мы верой показываем Господу желания души, а их можно словом определить как совершенное желание чистоты и истины, то мы находимся не в мыслительной или мечтательной среде, а в реально-существенной, и, по благодати Божией, исполняются наши молитвенные желания. Это благодать молитвы и надежда спасения.

(Из писем схиигумении Марии епископу Левкийскому Парфению44.)

Старица Мария (г. Старая Русса)

(† 1982)

Из воспоминаний иеромонаха Пантелеймона (Ледина): «… Матушка происходила из простой благочестивой семьи и в шесть лет ослепла… Семьдесят лет прожила она в детской чистоте, не видя грязи окружающего мира, в постоянной молитве к Богу, которая стала истинным дыханием ее души. За эту-то чистоту даровал Господь матушке необыкновенную прозорливость, которая поражала всех приходивших в ней. Она была удивительно скромна и ненавязчива, не вступала в разговор, когда ее не спрашивали, не обижала резкими выражениями и словами. Ощущение, что старица Мария видит тебя насквозь, никогда не покидало меня при встречах с ней. Не встречал человека, обладавшего большим даром прозорливости!

За столом она вела себя скромно и молчаливо, не участвуя в общих беседах. Вкушала пищу на удивление мало…

На молитве она преображалась, все знала наизусть, молилась ровно, негромко, и молиться с ней было радостно и легко. Мне рассказали, что любимое время для молитвы у нее была ночь: когда бы ни заглядывали к ней в келью хозяева, всегда видели молящуюся в красном углу. Когда матушка спала — никто не знал, по крайней мере, она никогда не ложилась, только перед смертью в последний год.

Общение ее с Матерью Божией было постоянное! Часто мы слышали в ответ на наши просьбы: «Что же я могу? Ведь Матерь Божия отворачивается!» Рассказывали такой интересный случай. Одна женщина пришла к матушке Марии просить благословения на отъезд, но, увидев матушку, лежащую на диване, подумала, что та спит, не стала беспокоить и ушла. Пришла на следующий день утром, и как только переступила порог комнатки, услышала: «Вот молодец, что сегодня пришла в платочке, а то Матерь Божия мне сказала: “Посмотри, какая бесстыдница!”» У посетительницы мурашки пошли по телу. Была зависть и злоба по отношению к ней, приходили милиционеры для проверки, но после общения с ней уходили в слезах: матушка обновляла им душу, раскрывала сердце для Бога…»

Из воспоминаний священника Владимира Степанова (с. Бронница): «Город Старая Русса, Летный переулок, дом 7. В этом большом темно-зеленом доме жила раба Божия Мария… Старушка лет семидесяти, худенькая, малого роста, слепая — она была