Чёрная месса - Габриэль Легэ Страница 16

Франсуа, прозванным красавцем-амуром, солдатом королевской стражи, и самым младшим, Гилльомом, пятнадцати лет, вышедшим из Бисетрского госпиталя, куда его поместила мать, чтобы «улучшить нравственность и пробудить любовь к труду». В этом деле скомпрометирована даже одна из приглашенных Марии Босс – жена дамского портного, госпожа Вигурё… И теперь все ждут в замке Венсен, какое решение примет король относительно них. Вы должны вспомнить об этом происшествии, Катерина… Едва прошло два месяца с тех пор. Тем не менее, я хотел вам об этом напомнить.

– Да, действительно, я помню, – ответила госпожа Вуазен. – Но я в этом не вижу того, что могло бы мотивировать ваше колебание… Ларейни хотел лишний раз дать доказательства своего усердия. Его величество, я в этом удостоверилась, первый признает недостаточность основания и самовластие в подобном аресте и даст распоряжение освободить Марию Босс и других.

– Я этому совсем не верю, Катерина. Приговором парламента 10-го января Ларейни поручено допросить госпожу Вигурё, Марию Босс и ее детей. Время совсем ненадежное, и лучше, верьте мне, быть настороже…

– Словом, вы боитесь?

– Боюсь? Нет, я осторожен, вот и все.

– Осторожен!.. Чего вам опасаться?.. Разве у нас нет могущественных покровителей, даже между судьями? Вы хорошо знаете, что королевский прокурор Риантц при Шатле и уголовный следователь Эфита – все нами приобретены. Да, впрочем, кто мог бы вас узнать когда-нибудь в вашем переодеванье, к которому вы должны прибегнуть? Присутствие торговца шелковыми материями у герцогини Фонтанж никого не удивило бы… Она поспешила бы купить материи и перчатки, которые вы отправились бы предложить ей, так как у нее есть большой недостаток – кокетство. И затем вы были бы поддержаны у нее нашим другом, госпожою Бретеш. Эта рекомендация достаточна, чтобы обеспечить вашу безопасность. Ах, у вас было больше смелости в тот день, когда вам поручили передать маркизу Терму халат и ночной колпак, которые вы отвезли ему в Фонтенэ!..

Романи нахмурил брови и понизил голос:

– Зачем напоминаете вы мне об этом, Катерина? Я просто хотел оказать услугу, попробовав вырвать вашего любовника, Блесси из рук алхимика

Этот Блесси, прежний аптекарь в Монбризоне, приехал в Париж делать фальшивые монеты. Тан он познакомился с госпожою Вуазен и сделался ее любовником.

Маркиз де Терм, родственник маркизы Монтеспан, который занимался некоторыми алхимическими опытами, желая обеспечить себе драгоценное содействие Блесси, таланты которого ему расхваливали, ничего не нашел лучше, как его похитить и запереть в замке Фонтенэ, в Бри. Взбешенная Вуазен поручила Романи отправиться в маркизу де Терму и поднести ему отравленные халат и ночной колпак. Но попытка не удалась. И только спустя несколько месяцев маркиз Терм согласился отпустить узника.

Романи, вспомнив обо всем этом, тут же добавил:

– Не будем слишком говорить об этом деле… – а госпожа Буазен насмешливо сказала:

– Ба! Не угрызения ли совести мучают вас, в самом деле?

– Угрызения совести? Нет, я никогда не сожалею о своих поступках, Катерина… Но в день, когда я вступил в сношения с маркизом Термом, ничто еще не обратило на наших коллег внимания начальника полиции.

Справедливые доводы Романи не смягчили Катерину.

– Всего можно достичь, – сказала она, вставая, – когда за дело берется такой человек, как вы. Человек, который деятелен, умен, отважен, хитер и более того… влюблен. Когда называешься Романи и пользуешься высоким покровительством, то не боишься агентов Ларейни.

Затем после минутного размышления она прибавила:

– Будете ли вы еще отступать, если я обещаю вам в награду руку моей дочери?

Романи переменился в лице.

– Послушайте, Романи. Я очень желала бы вам дать мое согласие, но вы отправитесь к герцогине Фонтанж. Вы будете следовать всем моим инструкциям и исполните миссию, вы знаете – какую… Вас это ужасает?

– Нет, – холодно ответил Романи.

– Вспомните, что вы потерпели неудачу у королевы, несмотря на преданное соучастие моих друзей, мундшенков[25] Дюшеня и Жило, но я вас в этом не упрекаю. Наконец, несмотря на все средства, которыми вы располагаете… Теперь надо, чтобы герцогиня Фонтанж…

– Я понял.

– Помните, что Ларейни ходит за нами по пятам…

– Я его более не боюсь, – решительно сказал Романи, улыбаясь.

Госпожа Вуазен цинично объяснила:

– То, что я вам предлагаю, не забудьте, сделка, в которой Маргарита – цена.

– Я ее принимаю.

– Повторяю вам, – настаивала Катерина, – что моя дочь будет вашей женою, если только вы достигнете успеха.

И Романи с мрачным и диким воодушевлением воскликнул:

– Я люблю Маргариту и достигну успеха!

Глава VIII

Заговор

В конце января, около девяти часов вечера женщина, закутанная в темный плащ, с маской на лице, и высокого роста мужчина молча шли рядом торопливым шагом. Иногда они оборачивались, всматривались в темноту, как будто боялись, что за ними шпионят или следуют, затем продолжали свой путь по направлению к Вилль-Нёв. Достигнув вершины подъема Пуассоньер, они свернули направо и оказались на улице Борегар.

В этот час квартал был пустынен и погружен в полную темноту. Ставни кабачка «Хорошая вода», столь шумного днем, и свечной лавки, которая с утра до вечера не пустела, теперь были плотно закрыты.

Сделав полсотни шагов, ночные прохожие остановились на левой стороне пред входом дома, расположенного вблизи церкви. Здесь жила Катерина Вуазен.

После нескольких ударов тяжелого молотка дверь повернулась на петлях, и мужчина с женщиной исчезли в коридоре, где дрожало пламя ночника.

Прорицательница вышла сама открыть дверь. Она провела обоих посетителей в свой кабинет. Светильник, поставленный на высоком камине, освещал комнату. Два полена вспыхивали в очаге.

Катерина толкнула дверь и, поздоровавшись, указала жестом мужчине на стул. Затем, обратившись к его спутнице, сказала:

– Вы явились точно к назначенному сроку, Дэзэльё. Я ожидала вас с нетерпением.

– Мы не могли откладывать долее этого свидания, – сказала госпожа Дэзэльё. – Ведь милорд… – она указала на своего спутника, – должен уехать на рассвете в Кале, откуда возвратится в Англию.

– Как! Милорд, – сказала Катерина, обернувшись к иностранцу, – вы в Париже только с сегодняшнего утра и уже приготовились покинуть нас, не отдохнув?..

– Не до отдыха, сударыня, когда дело идет об исполнении Божьего предначертания. От имени моей партии я пришел просить вас отдать отчет о поручении, которое было вам доверено. Укажите мне причину, которая задержала его исполнение. Мы не нашли у вас, сударыня, содействия, которое имели право ожидать.

Катерина, порядочно удивленная подобным вступлением, воскликнула:

– Вы обращаетесь ко мне с упреками, милорд? Я их совсем не заслуживаю, так как с того дня, когда сторонники Англии и Голландии сделали мне честь, удостоив меня доверием и поручив через ваше