Родина юности - Хён Хыгюн Страница 4

мысленно возвращался к событиям, которые произошли вчера вечером. Его назначили бригадиром комплексной бригады. В первый момент, когда ему предложили принять эту бригаду, он растерялся и не мог произнести ни слова, потом стал отказываться. Однако мастер Кон Чхилнам не терпящим возражении тоном сказал:

— Я думаю, что вы вполне справитесь с этим делом. Конечно, справитесь, какой может быть разговор! Если возникнут какие трудности, обращайтесь в партком. Непременно помогут.

Мастер пояснил Тхэхо, что его назначение заранее согласовано с парткомом. Обернувшись к Боннё, сидевшей за своим столом и что-то писавшей, Кон Чхилнам попросил дать ему список бригады.

— В бригаде одна молодежь. Все приехали добровольно. Большинство из них о гидроэлектростанции знают только понаслышке. Они и понятия не имеют, как выглядит плотина. Но ребята стойкие. Конечно, учить их придется многому, но не сомневайтесь, обязательно научим! Ну а теперь посмотрим список. Так, всего, значит, тридцать один человек…

— Нет, не тридцать один, а тридцать. Мне кажется, товарища Мунсу следует вычеркнуть из списка, — вмешалась в разговор Боннё и, посмотрев на Тхэхо, добавила: — Непутевый человек! В списке-то он числится, а самого его нет, как в воду канул. Когда несколько дней назад мы стали проверять списки, присланные из отдела зарплаты, оказалось, что одного не хватает…

— Как так не хватает? — с нескрываемым удивлением спросил Тхэхо.

— Очень просто. Сбежал. А вот письмо, которое он соизволил оставить, небрежным тоном сказала Боннё, достав из кармана в несколько раз сложенный листок бумаги, и передала его Тхэхо.

«Товарищи, вы можете называть меня идиотом и ругать последними словами… Но я должен уехать, потому что здесь я не смогу осуществить свою мечту… Вы еще обо мне услышите, я вам докажу, на что я способен. Вот увидите…» — прочитал Тхэхо.

— Я была в отделе зарплаты и заявила им, что за поведение этого человека полностью несут ответственность они, а не мы. И еще внесла предложение: такого товарища, как Мунсу, следует вычеркнуть не только из списка бригады, но и из списка коллектива строителей вообще, — возбужденно добавила раскрасневшаяся Боннё.

— Этот Ким Мунсу поступил глупо, сам себя вычеркнул из списка членов бригады… Оторвался, как осенний лист с дерева, — неторопливо заворачивая цигарку, произнес Кон Чхилнам.

Он сделал длинную затяжку и, видимо, не собираясь продолжать разговор, тоже замолчал. Тхэхо казалось, что в случившемся мастер чувствует себя виноватым больше всех: это он не уследил за юнцом, тот и сбежал. Кон Чхилнам взял ручку, собираясь вычеркнуть имя Ким Мунсу из списка бригады. Тхэхо остановил его.

— Подождите, не будем торопиться! Вычеркнуть всегда успеем. Не так ли?

Почему он так сказал, Тхэхо и сам вряд ли смог объяснить.

— Ой! Товарищ Тхэхо! Мы не торопимся. Наоборот, мы долго ждали. Зачем же тянуть?! — уже без прежней запальчивости, почти спокойно сказала Боннё.

— Может быть, и так, — неуверенно ответил Тхэхо.

Конечно, он понимал, что заступаться за человека, по сути дела, сбежавшего со стройки, у него не было никаких оснований.

Тхэхо и сам не мог понять причины, побудившей его так поступить. Но согласиться с Боннё и Кон Чхилнамом тоже не мог.

Тхэхо знал, что Боннё настроена так решительно против Мунсу вовсе не потому, что затаила против него зло или от природы была недоброй, — ее непримиримость объяснялась горячим отношением к делу. Но нетерпимость мастера его настораживала. У Тхэхо не было достаточно веских доводов, чтобы возражать или отстаивать свое мнение, поэтому он только коротко бросил:

— Ну хорошо, об этом после.

Затем вместе с мастером они обсудили план работ на ближайшее время, и Тхэхо познакомился с личным составом своей новой бригады. Из тридцати членов бригады трое числились водолазами, но опыт работы имел только один из них. Трудовой стаж молодых рабочих был невелик. До сих пор они трудились на земляных и строительных работах. Это обстоятельство Тхэхо не удивило. Тридцать первым в списке значился Ким Мунсу. «Что за человек этот Мунсу? — размышлял Тхэхо. — Неужели не вернется? Он убежал, но забывать его мы не должны».

Утром по дороге на стройку Тхэхо продолжал думать о Мунсу, пытался понять смысл фразы из его письма: «…Вы еще обо мне услышите, я вам докажу, на что я способен. Вот увидите…» Тхэхо посмотрел вокруг и невольно остановился. Над разбросанными кое-где, недостроенными домами строителей со всех сторон нависали громады скал. Суровый, дикий край! Тхэхо казалось, что он начинает понимать, почему сбежал Мунсу. Да, здесь еще много трудностей, но люди горят желанием преодолеть их, и это залог завтрашней победы. А Мунсу не сумел понять этого… Первое же серьезное испытание испугало его… При оценке проступка Мунсу торопиться вредно, а еще вреднее — осуждать сгоряча, не подумав.

Подошли члены бригады. Сегодня им предстояла заготовка леса для строительства домика водолазов и пристани, с которой будут производиться подводные работы. Подошли машины, все разместились и отправились валить лес. Когда строительство только начиналось, члены бригады работали и землекопами, и лесозаготовителями, и каменщиками — одним словом, приходилось выполнять самые разнообразные работы. Строительство гидроэлектростанции дело сложное: это и перекрытие реки, и возведение плотины, а здесь осложняется еще и тем, что все работы приходится производить в горах, на бурных горных реках.

Существует определенный порядок в проведении работ. Сначала благоустраивается быт рабочих: строятся общежития, жилые дома, школа, клуб, больница, дороги для перевозки стройматериалов и продуктов, линии электропередач, коммуникации связи. Потом, еще до закладки тела плотины, налаживается транспортировка щебня, производство раствора, подготавливается место для хранения цемента, строится кислородный склад, ремонтные мастерские и другие вспомогательные объекты. Когда эта подготовительная работа закончена, приступают к перекрытию реки. Строители молодежной электростанции решили изменить существующий порядок — сначала в ударном темпе завершить перекрытие реки, а потом уже, параллельно, начать строительство вспомогательных объектов и рыть котлован для будущей плотины.

Работа по перекрытию реки самый ответственный и напряженным этап в строительстве гидроэлектростанции. Реку приходится перекрывать и изменять ее русло в холодное зимнее время, когда течение ослабевает. И в этой борьбе со стихией труднее всего приходится водолазам.

До лесозаготовительного участка было около двадцати ли[4]. Выехали на рассвете, а когда свалили деревья, погрузили их на машины и отправились в обратный путь, солнце уже поднялось выше горных вершин. Остроконечные скалы, освещенные его лучами, сверкали, словно языки пламени только что разгоревшегося огромного костра. Груженные бревнами машины мчались, поднимая за собой хвост сухой пыли.

Сделали три рейса. Машины вернули заготовителям, и Тхэхо объявил перерыв.

Вооружившись длинными жердями, рабочие сталкивали в воду привезенные бревна. Затеи их свяжут в большой плот, а на него поставят