Лучшая картина Розы Горовиц - Мария Александровна Ерфилова Страница 4

Притихшие братья склонились над листом бумаги. То, что они сейчас увидят, будет приходить к ним всю жизнь во вдохновенных снах. До боли красивых снах, где ты почти вернулся в детство, чтобы прожить эту жизнь заново, но замер на пороге. После таких ночей они будут просыпаться взволнованными и легкими. И никогда не вспомнят, что снилось.

— Картина… Как она тут взялась? — Шепотом повторил младший и наклонился еще ниже, едва не касаясь носом акварельной бумаги.

На ней яркими красками лежала осень. И жухлые листья, и прелые яблоки… И крупными мазками, но точно и явственно была выписана женщина в красной юбке. Женщина со строгим и красивым лицом. Ее волосы остались незакрашенными — белые-белые, слепящий чистый лист. Что-то странное было в ее взгляде. Что-то тревожащее. Но в то же время прекрасное.

— Ладно, пойдем, может, мы этот рисунок в тот раз не заметили, — сказал старший и взъерошил младшему кудряшки, — Идем, Тиша мявчет, надо его покормить.

— Он мявчет, потому что скучает. По той бабке.

И мальчики вышли из комнаты навстречу всевидящему коту, навстречу самой жизни и осеннему духу старого дома, в отражении которого Роза Горовиц написала свою последнюю, самую лучшую картину.