Книжный магазинчик по пятницам. Лето - Савако Натори Страница 11

– Сугава сказал, что собирался взять немного домашнего джема в «Тоффле», поэтому я решила попросить его заодно отнести книги.

«Тоффл» – это пекарня, расположенная рядом с кольцевой развязкой, недалеко от станции «Нохара». Ей владеет молодая пара, и мы, сотрудники книжного магазина, часто туда заходим. Мы хорошо знакомы с владельцами и по их просьбе взяли на себя обязанность доставлять им книги, часто покупая выпечку, поскольку они не могут выходить из пекарни с раннего утра до позднего вечера.

– Для «Тоффла» необычно заказывать женский журнал о моде, – заметил я мимоходом, глядя на содержимое корзины.

У владельцев нет детей, но возможно, для маленьких покупателей, которые к ним заходят, или, может быть, чтобы создать милую, почти сказочную, обстановку в пекарне, на полках выставлены в основном книги и журналы для детей, потому я и удивился.

– Это для жены владельца, – бросил Ясу.

Он сидел на табурете у барной стойки и читал книгу под мягким светом оранжевого абажура, подперев подбородок рукой. Пристально посмотрев на меня, он добавил:

– Важнее другое. Как закончишь с возвратными талонами, Кураи, отправляйся делать доставку вместо Сугавы. Заодно и джем забери.

– Что?

– Твою работу, парень, может выполнить кто угодно, а вот кофейней может управлять только Сугава.

Дождавшись, когда я кивну в знак согласия, Ясу перевёл взгляд на Макино.

– Ну, теперь ты тоже свободна, Минами. У тебя же есть дела?

– Правда? Можно?

– Да. Сейчас, пока летние каникулы, мы с Сугавой справимся.

– Спасибо.

Макино улыбнулась и повернулась ко мне.

– Что ж, Кураи, давай пойдём вместе. – Не дожидаясь моего ответа, она сказала «сейчас вернусь» и побежала в подсобку, развязывая на ходу тесемки тёмно-зелёного фартука.

– Управляющая уходит пораньше. Какие у неё дела?

– Не знаю. Спроси сам, – покачал головой Ясу.

Я недоумённо наклонил голову, на что он цокнул языком.

Его глубоко посаженные глаза сверкнули. Должно быть, он знал, что в последнее время я мало общался с Макино.

Теперь, когда мне стало ясно, что в сердце любимого мной человека остался кто-то – хоть и ушедший из жизни, но никогда не забываемый, – я знал, что иногда буду вспоминать об этом, но мне не хватало сил это принять.

Я отвёл взгляд в сторону в поисках спасения, когда мне протянули корзину, полную книг. Это был Сугава.

– Ой, спасибо.

Я попытался поднять её одной рукой, но согнулся под тяжестью, так что быстро взял её обеими руками.

– Извини, что заставила ждать, – весело сказала Макино позади меня.

Я поклонился, проходя через турникет, и направился в сторону дорожной развязки. Хотя солнце уже село, тепло, поднимающееся от асфальта, обволакивало тело.

– Давай я понесу половину? – Макино потянулась к ручке корзины.

Прозрачные рукава и подол её футболки развевались на ветру. Я резко отстранился и быстро сказал:

– Всё в порядке. Она совсем не тяжёлая. Правда.

– Ну ладно… – Макино убрала руку.

Я не мог оторвать глаз от её маленькой ладони, думая над тем, как спросить, а какие у неё дела. Ещё несколько недель назад это время, проведённое наедине, заставило бы меня прыгать от радости, но сейчас мне было горько и неловко. В итоге мы пересекли кольцевую развязку, так и не поговорив, и оказались перед «Тоффлом».

– Ну, Кураи, рассчитываю на тебя. Передавай от меня привет господину Васэ. – Макино поклонилась, и её волнистые волосы слегка дрогнули.

Я с облегчением подумал, что наше время наедине подходит к концу, и поклонился в ответ.

– Да. Спасибо вам.

Первое, что я увидел, когда выпрямился – грустное лицо улыбающейся Макино. «Ой», – подумал я, но было поздно.

– Увидимся, – сказала она и ушла.

Не в силах выразить словами горечь, охватившую моё сердце, я смотрел ей вслед, пока её силуэт не скрылся в ночной тьме.

Макино ни разу не обернулась.

«Тоффл» – небольшой, но милый магазинчик. Выкрашенная в красный цвет деревянная дверь, название магазина, написанное от руки катаканой на вывеске в форме багета, и чёрные железные рамы окон – всё говорило о внимании владельцев к деталям и чувстве стиля, заставляя подумать: «Хлеб, испечённый тем, кто смог открыть такую лавку, должен быть очень вкусным». Он и правда был невероятно вкусным.

Я постучал, не обращая внимания на табличку «Закрыто».

Мне тут же открыла женщина в бандане того же цвета, что и дверь. Родинка у глаза добавляла её лицу выражение нежности.

– А, вы из «Кинъёдо». Извините за неудобства.

Взгляд женщины быстро метнулся к бейджику на моём тёмно-зелёном фартуке, она поклонилась и сказала:

– Спасибо вам, Кураи.

Мне тоже захотелось узнать её имя, но, к сожалению, на её угольно-сером фартуке бейджика не оказалось.

Я заволновался, что не знаю её имени. Но каким-то образом мне удалось вспомнить фамилию, которую упомянула Макино: «Васэ». Я сразу же этим воспользовался.

– Я принёс книги и журналы, которые вы заказывали, госпожа Васэ.

– О, правда? Извините. Мой муж ушёл за покупками. Могу я проверить вместо него?

– Конечно, – кивнул я, вошёл в «Тоффл» и поставил корзину на пол.

Хлеб, от которого обычно ломились полки, уже убрали, но его аромат всё ещё витал в воздухе.

Запах новых книг удивителен, но аромат свежеиспечённого хлеба – это нечто совершенно иное. Когда вдыхаешь его, кажется, будто тебя переполняет счастье.

Видя, как я сделал глубокий вдох, хозяйка захихикала и наклонилась над корзиной.

– «Друг детей», MOЭ [2], «Моя младшая сестрёнка», «Слоновья пуговица», «Я тебя люблю». О, ещё «Пекарня Ворона».

Хозяйка взяла в руки иллюстрированную книгу, на обложке которой были изображены две вороны в поварских колпаках и с хлебом.

– «Пекарня Ворона»? Это книга, которая подходит «Тоффлу».

– Да. Похоже, наши покупатели тоже так думают: многие выбирают эту книгу и читают её у нас. В результате страницы начали выпадать, и это уже второй экземпляр.

Хозяйка счастливо улыбнулась, но её улыбка стала ещё шире, когда она заметила в самом низу пачки женский журнал о моде.

– Это тоже муж заказал?

– Думаю, да… Может быть, ваш муж купил его, чтобы вдохновиться перед фестивалем белых ночей?

Хозяйка задумчиво склонила голову набок, взяла журнал с заголовком «Спецвыпуск о Финляндии» и открыла его. Она пролистала страницы, пробегая глазами текст и фотографии. Но вдруг её глаза резко распахнулись, она захлопнула журнал и положила его у окна.

– Припоминаю, что муж сказал, будто собирается завтра или послезавтра испечь финский хлеб к фестивалю. Уверена, это для справки.

В этот момент красная дверь открылась: вернулся хозяин, неся бумажный пакет. С рельефными мышцами на плечах и руках, он обладал таким внушительным телосложением, что напоминал регбиста. Он первым заметил меня и громко сказал:

– Извините, что заставил вас ждать. –