Мобик - Александр Викторович Григоренко Страница 14

Глава четвёртая

1

Их взвод обучал инструктор с позывным «Бенгал» – среднего роста, худой брюнет, постоянно прихрамывал из-за ранения.

– Мужики, – сказал инструктор построившимся на начало занятий мобикам, – я не собираюсь делать из вас профессиональных солдат, а хочу научить, как победить и при этом остаться живым на этой чёртовой войне. Поэтому мне неважно, что вы делаете до и после занятий. Но бухих учить не буду. Мне также неважно, будете ли вы ходить на занятия. Захотите жить – придёте.

С этого дня начались настоящие занятия по боевой подготовке. Для начала Бенгал показал, как садиться и высаживаться из бронетехники. Для этого использовали старый учебный БТР–70. Для тренировок им выдали старые АК и пару магазинов. Саму высадку-посадку они быстро доработали до автоматизма. Главная сложность этого упражнения оказалась в другом – в БТРе катастрофически не хватало места.

Их проектировали в 60–70-х годах прошлого века с учётом «тощего» послевоенного поколения. Да и такого количества снаряжения, как сейчас, не имелось. Тогдашние бойцы носили с собой каски, подсумки для магазинов и автоматы. И всё. И потому трём современным бойцам в брониках со всем оружием и снаряжением пришлось напрячься, чтобы влезть и вылезти из боевой машины.

Пришлось придумать хитрую схему. Первыми заходили самые крупные, а между ними садился тощий. Он же первым и десантировался, занимая перед машиной позицию лёжа, чтобы прикрыть товарищей. Товарищи же, выскочив, тоже занимали позиции, ведь высадка из боевой техники удобна для атаки врагом.

Затем Бенгал показал движение колонной на открытой местности и в лесу. Главное – внимательно следить за противником с флангов и правильно держать автоматы («ёлочкой»). Первый идущий направляет автомат вперёд, второй – налево, третий – направо, четвёртый – налево, пятый – направо и т. д. Отдельное внимание он уделил отработке движения в дозоре. Дозор – это группа из двух-трёх человек, которые шли впереди основной группы и всё внимательно осматривали. Лучшими оказались Лёха с Прапором и Рыжим. Причём «двигаться» – не всегда означало «идти», чаще всего приходилось ползти по земле.

Следующим этапом стала работа в «двойках» и «тройках». Бенгал учил наступать сначала «двойками». «Двойка» делилась на «ведомого» и «ведущего». Задача «ведущего» – прикрывать «ведомого» из автомата в движении. После продвижения «ведомого» роли менялись, и уже «ведомый» прикрывал «ведущего». Так и двигались попеременно.

При этом и «ведущий», и «ведомый» должны при движении координироваться друг с другом с помощью зрения, слуха и… интуиции. Это оказалось непросто, и требовалось время для усвоения. У Лёхи получилось раза с пятого. Для этого пришлось запомнить звук шагов и манеру двигаться обоих товарищей. Так, Прапор обычно чуть отставал (возраст сказывался) и задевал ветки, а Рыжий – наоборот, чуть спешил и двигался почти бесшумно.

То же самое отрабатывали в «тройке». Только «ведомых» там два, а у «ведущего», как объяснил Бенгал, должен быть пулемёт. Его наличие позволяло вести огонь такой же интенсивности (если не больше), как у двух автоматчиков.

Бенгал с самого начала приучал бойцов, что лучший способ движения – ползком или короткими перебежками. «У вас есть три секунды на перебежку, – говорил он, – чтобы враг не успел прицелиться».

2

Лёхе эти занятия нравились. Он постоянно уточнял у Бенгала те или иные моменты. Правда, без косяков не обходилось. Но Лёха старался всё исправлять. У Рыжего тоже всё получалось. Единственный минус – раз привыкнув к той или иной схеме, он потом с трудом приспосабливался к новой.

– Бенгал, – говорил Рыжий, – почему нельзя делать всё одним способом, так ведь легче выучить?

– Враг тоже знает эти приёмы, – ответил Бенгал, – он учился по тем же методикам, чтобы выжить и победить, вы должны постоянно менять атакующие схемы и вводить укропов в ступор.

Неожиданно выявились проблемы у Прапора. Сказался его возраст и состояние здоровья. Прапор с трудом осваивал связки, которые им буквально вдалбливал Бенгал. «Вы не должны думать, как вы двигаетесь в бою, вы должны просто двигаться. Всё должно идти на автомате, – говорил он им. – А думать вы должны о том, как уничтожить противника».

У остальных парней из отделения Цезаря всё получалось неплохо. Хуже всех приходилось Малому. Явный недотёпа в свои двадцать два года, но в коллектив вписался, и парни за Малым приглядывали и помогали на занятиях.

После «двоек» и «троек» перешли к тренировке штурмовых действий по отделениям и взводам. В каждом отделении выделили стрелков, пулемётчиков и другие должности. Также попробовали стрельбу из разных видов оружия – автомата, пулемёта, гранатомёта. Как говорил Бенгал: «Вы должны уметь стрелять из всего и в любой момент готовы заменить погибшего или раненого товарища».

Лёха стал старшим стрелком, Рыжий – пулемётчиком, Прапор – его помощником. На тренировках они, как правило, работали втроём. Командиром их отделения вместо Прапора стал Цезарь, гранатомётчиком и СПГ (помощником гранатометчика) – Колян и Воля, стрелком – Малой.

Колян, парень родом из Владимирской области, умудрился на занятиях с первого раза попасть из РПГ в деревянный ящик. И на двух других выстрелах тоже не промазал. Его земляк по Владимирской области такой меткостью не отличался, поэтому Воля стал СПГ. Тем более, сил у него, чтобы таскать заряды к гранатомёту, хватало. На гражданке он ходил в качалку и занимался бодибилдингом.

3

В отделении начал складываться неплохой коллектив. Лидером стал Цезарь. И не только потому, что командир. Цезарь на гражданке работал прорабом и умел управлять людьми. Прапор же стал поваром, «доставалой» и главным по отдыху. Душой компании. Рыжий помогал ему в проделках, но без радикализма. Лёха занимался бумажной работой, когда она требовалась. В шутку его даже называли замполитом. Колян и Воля – просто нормальные парни. Ну а Малыш – «сын полка», за которым нужно постоянно приглядывать.

Менялись и отношения между бойцами. Каждый старался даже внутри отделения найти себе одного или двух парней, с которыми они двигались вместе. Это касалось и быта, и тренировок. С такими напарниками устанавливалась связь не только на уровне бытового общения, но и на уровне движений. Бойцы внутри «двоек» или «троек» научились интуитивно понимать, куда двигается или что хочет сделать его напарник. И при этом самому мгновенно сориентироваться, чтобы помочь товарищу. Это и есть то, что принято называть армейской дружбой.

Конфликтов, правда, тоже хватало. Так, Лёха однажды чуть не подрался с Прапором. Тот в очередной раз напился. А утром их отделению предстояло идти на полигон во главе с командиром. А командир (тогда ещё Прапор) валялся в палатке без движения. Лёха сначала попробовал растолкать