Тарзан неукротимый. Тарзан Грозный. Тарзан и Золотой лев - Эдгар Райс Берроуз Страница 133

– Вот же чертовка! – пробормотал он. – Но она заплатит, она заплатит, о Джэд-бен-Ото, как же она заплатит за этот фокус, который сыграла с Лу-доном!

Он выбрался в окно и с легкостью спустился на землю. Стоит ли ему преследовать Джэ-дона с женщиной, рискуя столкнуться с гневом могучего вождя, или же дождаться, пока предательство и интриги приведут к успеху его замысла? Он выбрал второе, как и можно было ожидать от подобного ему.

Вернувшись в свои покои, он созвал нескольких своих жрецов, тех, кому более-менее доверял, тех, кто разделял его мечты об абсолютной власти храма над дворцом, – все они ненавидели Ко-тэна.

– Время пришло, – объявил он, – пора решительно поставить храм выше дворца. Ко-тэн должен уступить престол Мо-сэру, ибо Ко-тэн бросил вызов вашему верховному жрецу. Отправляйся, Пэн-сэт, пригласи Мо-сэра тайно прийти в храм, а все остальные пусть идут в город и предупредят верных нам воинов, чтобы были готовы, когда настанет момент.

Следующий час они обсуждали подробности coup d’état[8] и смещения правительства Пол-уль-дона. Один из них имел на примете раба, который по сигналу храмового гонга вонзит нож в сердце Ко-тэна, чтобы получить обратно свою свободу. Еще один был знаком с придворным, от которого собирался потребовать, чтобы тот впустил небольшие отряды воинов, верных Лу-дону, в разные части дворца. Если для основной работы задействовать Мо-сэра, план, как казалось, обречен на успех, и потому жрецы разделились, отправившись в город исполнять многочисленные поручения.

Когда жрец Пэн-сэт вошел на территорию дворца, он заметил какое-то волнение, внезапно начавшееся в стороне пол-е-дон-со, и спустя несколько минут Лу-дон с удивлением увидел, как он входит обратно в его покои, запыхавшийся и задыхающийся от беспокойства.

– Что еще, Пэн-сэт? – спросил с негодованием Лу-дон. – За тобой что, демоны гонятся?

– Хозяин, наше время пришло и ушло, пока мы строили здесь планы. Ко-тэн уже мертв, а Мо-сэр сбежал. Его сторонники сражаются с дворцовыми воинами, только у них нет командира, тогда как у других есть Джэ-дон. Я мало что сумел узнать у перепуганных рабов, которые разбежались, как только началась драка. Но один рассказал мне, что царя зарезал Бу-лот, и он видел, как Мо-сэр с убийцей бежали из дворца.

– Джэ-дон, – пробормотал верховный жрец. – Эти дураки сделают его царем, если мы не начнем действовать, и действовать быстро. Беги в город, Пэн-сэт, беги стремглав и кричи, что Джэ-дон убил царя, а теперь хочет отнять престол у О-ло-э. Разнеси слух, ты же знаешь, как лучше всего разнести слух, что Джэ-дон грозился уничтожить всех жрецов и зашвырнуть алтари храма в Джэд-бен-лал. Поднимай городских воинов и немедленно гони их в бой. Приведи их в храм тайным путем, известным только жрецам, а отсюда мы отправим их во дворец раньше, чем они узнают правду. Торопись, Пэн-сэт, – не мешкай ни секунды.

– Нет, стой! – окликнул он младшего жреца, когда тот уже собирался выйти. – Ты видел или слышал что-нибудь о той белой женщине, которую Джэ-дон увел из Храма Грифа, где мы держали ее в заточении?

– Только то, что Джэ-дон увел ее во дворец и угрожал стражникам, которые не хотели сначала ее выпускать, – ответил Пэн-сэт. – Об этом они рассказали мне сами, но я не знаю, где именно во дворце он ее спрятал.

– Ко-тэн приказал перевести ее в Запретный Сад, – сказал Лу-дон, – наверняка мы найдем ее там. А теперь, Пэн-сэт, поспеши в город.

В коридоре перед дверью Лу-дона какой-то жрец в безобразной маске стоял, прижимаясь к занавесу, закрывавшему вход. Если он подслушивал, то наверняка слышал все, о чем говорили между собой Пэн-сэт и верховный жрец, а то, что он подслушивал, стало ясно по тому, как поспешно он шагнул в тень смежного коридора, когда младший жрец прошел через комнату к выходу. Пэн-сэт отправился своей дорогой, не подозревая о затаившемся рядом человеке, которого едва не задел, торопясь к тайному проходу, выводившему из храма Джэд-бен-Ото далеко за пределы дворца, прямо в город; он ничего не заподозрил и когда некто беззвучно двинулся за ним следом.

Глава 16

Тайный ход

Разочарованный гриф издал гневное мычание, когда гладкое загорелое тело Тарзана, разрезая залитые лунным светом воды, проскользнуло через отверстие в стене пруда грифа в озеро за стеной. Человек-обезьяна улыбнулся при мысли о той сравнительной легкости, с какой он разрушил планы верховного жреца, но его лицо снова затуманилось от пришедшего следом воспоминания о серьезной опасности, грозящей его подруге. Его единственная цель теперь – вернуться как можно быстрее в ту комнату, где он в последний раз видел ее, на третьем этаже Храма Грифа, но как ему снова найти дорогу на территорию храма – у этого вопроса не было простого ответа.

В лунном свете он видел голый утес, поднимавшийся из воды, который далеко протянулся вдоль берега – за пределы храма и дворца, – возносясь в небо и, вероятно, являясь непреодолимой преградой для его возвращения. Подплыв поближе, он двинулся вдоль стены, внимательно высматривая какой-нибудь выступ, пусть даже маленький, на гладкой неприступной поверхности. Над ним и вне досягаемости виднелось множество отверстий, только под рукой не имелось ничего, чтобы подняться туда. Впрочем, довольно быстро у него появилась надежда, когда он разглядел отверстие на уровне воды. Оно располагалось прямо перед ним, и ему хватило нескольких гребков, чтобы добраться, – осторожных гребков, не вызвавших ни единого плеска. Рядом с отверстием он остановился и осмотрелся. Нигде никого не было. Он с опаской подтянулся на каменный порог, и гладкая загорела кожа заблестела в лунном свете, пока по ней стекли ручейки воды.

Перед ним расстилался мрачный коридор, темный, если не считать слабого рассеянного света луны, лившегося внутрь недалеко от входа. Настолько быстро, насколько позволяла благоразумная осторожность, Тарзан двинулся по коридору в недра пещеры. Вскоре, за резким поворотом, обнаружился лестничный пролет, над которым протянулся еще один коридор, параллельно поверхности утеса. Этот коридор был тускло освещен мерцающими коптилками, расставленными в стенных нишах, разделенных порядочным расстоянием. Быстрого взгляда человеку-обезьяне хватило, чтобы обнаружить по обеим сторонам коридора многочисленные дверные проемы, а его чуткие уши уловили звуки, означавшие, что неподалеку есть другие живые существа – жрецы, решил он, в одном из помещений, выходящих в коридор.

Пройти через этот улей, кишащий врагами, казалось делом, выходящим за пределы возможного. Снова необходимо замаскироваться, и он, зная по опыту, как это лучше всего сделать, тихонько прокрался по коридору в сторону ближайшей двери. Подобно Нуме-льву, который целеустремленно подкрадывается к осторожной добыче, он с трепещущими ноздрями приблизился к пологу,