Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова Страница 280

— Слушай, Тесс, — сказала Ирен, — ведь сегодня у тебя выходные полдня, так? Так почему бы тебе не уйти прямо сейчас?

До начала моего выходного оставалось не меньше часа.

— Вы уверены, мисс Ирен?

— Совершенно уверена. Только скажи Неду, чтобы он пришел и забрал меня, а то я опоздаю на ланч.

Она улыбнулась мне, откровенно радуясь возможности остаться совсем одной. Это удовольствие для нас обеих, сообразила я.

— Спасибо, мисс.

Я быстренько сделала реверанс и пошла в свою каюту. Мысль добираться туда самостоятельно немного пугала, но Михаил не ждет, что я освобожусь прямо сейчас, кроме того, корабль живет, бодрствует и полон энергии. Первый класс элегантен и утончен, прогулочная палуба представляет собой настоящий модный бульвар, но и третий класс, когда я до него добралась, тоже бурлил энергией. Казалось, что каждая мать и каждый отец вывели своих отпрысков из кают погреться на солнышке. Пока я шла по коридору, две маленькие девочки — судя по огненно-рыжим волосам, ирландочки — промчались мимо меня, причем одна тащила куклу ростом в половину себя.

Мириам в каюте не было, зато там находились обе норвежские леди. Они рядышком сидели на нижней койке и листали старый потрепанный альбом. Мы обменялись дружелюбными улыбками, ставшими нашим главным способом общения, и я занялась делом.

Никакого форменного платья на несколько благословенных часов. Прежде всего я нырнула в свою сумку, чтобы вытащить то, в чем собиралась провести этот день, то есть то, что обычно надеваю в свои выходные: простое темно-синее платье, которое сшила себе сама, с высоким воротом и достаточно свободное, чтобы отец не счел меня грешницей, собравшейся пойти по стопам сестры. Оно бы прекрасно подошло для нескольких часов на палубе третьего класса.

Но сегодня я пойду в первый класс. С Алеком. Никто ничего не скажет, если я надену это платье, но я не хочу. Так что я нырнула еще глубже в сумку, на самое дно, и нащупала кружево.

Один из немногих плюсов работы горничной у леди — время от времени хозяйка отдает ненужную ей одежду. У меня есть пара старых кожаных перчаток Ирен, вишневого цвета, пусть даже кончики пальцев и ладони в них потерты. Она подарила мне свое старое теплое пальто, когда оно вышло из моды — в середине январе вопросы моды волновали меня меньше всего. А несколько месяцев назад леди Регина решила, что это платье — кружевное, которое я сейчас держу в руках, — не годится для ее дочери.

Но у нас с леди Региной совершенно разные вкусы.

Атласный чехол у платья розовый, насыщенного яркого оттенка. Расшитые стеклярусом кружева почти того же цвета, но чуть темнее, и контраст только подчеркивает фигуру. Короткие узкие рукава заканчиваются прямо над локтем и задрапированы кружевами сверху. Талия высокая, под грудь; вырез достаточно глубокий, чтобы привлечь внимание, но не настолько глубокий, чтобы вызвать сплетни. Это одно из самых красивых платьев на свете, но я надела его всего лишь раз, в каморке на чердаке, пытаясь убедить себя, что можно его себе оставить. Единственные изменения пришлось сделать на подоле — Ирен ниже меня ростом, но запаса атласа хватило, чтобы выпустить его и удлинить платье. Я взяла его в основном потому, что такую красоту нельзя выбрасывать, но мне даже в голову не приходило, что когда-нибудь я смогу его надеть.

Решусь ли я выйти в нем на палубу? Осмелюсь ли впервые в жизни сказать самой себе, что я больше чем прислуга? Да… Решусь.

Начнем сначала и будем действовать постепенно. Я взяла расческу и занялась волосами. В основном я просто закалываю их наверх и прячу под чепец, потому что какой смысл делать что-то другое, если эта штука всегда у меня на голове? Но я уже давно причесываю Ирен и знаю, что к чему. Конечно, укладывать собственные волосы на ощупь и чужие, глядя на них, — это несколько разные вещи, но я довольно быстро собрала свои густые кудри в свободный узел на затылке, выпустив несколько прядок впереди, и стала похожа на идеальную американку с картин Гибсона.

Так, теперь лицо. Ни одна порядочная женщина не раскрашивает себе лицо, только проститутки и актрисы. Но это не значит, что не существует некоторых хитрых уловок. Сегодня утром я позаимствовала у Ирен парочку розовых бумажек. Это такие листочки с пудрой, не дающей коже чересчур лосниться. Пудра слегка окрашена в розовый цвет, придающий лицу свежий оттенок. Я потерла бумажкой нос, подбородок и лоб, чтобы мое отражение в иллюминаторе не выглядело слишком бледным и измученным. Конечно, улыбка на лице тоже сыграла свою роль.

Приличных туфель у меня нет, но платье достаточно длинное, чтобы скрыть это. Я надела платье. Так, теперь нужно как-нибудь застегнуть пуговки. Это сложно, потому что они на спине, но обычно я справляюсь.

Одна из норвежских леди подошла ко мне и застегнула пуговицы. Ее руки от возраста слегка дрожали. Я улыбнулась ей через плечо и сказала:

— Спасибо.

Пусть она не поняла слов, но зато поняла смысл сказанного и кивнула в ответ.

Вторая леди порылась у себя в сумке и вытащила завязанный узелком кружевной носовой платочек. Развязав его, она показала мне свою самую драгоценную вещь — пару настоящих жемчужных сережек, причем с довольно крупными жемчужинами. Леди Регина могла бы им позавидовать. Норвежка поднесла одну из серег к моему уху и кивнула.

— Нет, я не могу!

Но они настояли. Сами вдели их мне в уши. Я никогда в жизни не носила драгоценностей, тем более таких красивых. Они, конечно, давным-давно вышли из моды, должно быть, их передавали из поколения в поколение. Но я подумала, что эти простые линии выглядят гораздо красивее, чем разукрашенные клипсы наших дней. Сережки непривычно оттягивали мне мочки, и все-таки это было здорово. Когда я приду в первый класс, буду выглядеть так, словно мое место там.

Я испытывала потребность бросить вызов. Все эти годы, ухаживая за волосами и одеждой других людей, я чувствовала, что могу затмить любую дебютантку или светскую львицу, и вот наконец мне выпал такой шанс.

В каюте не было зеркала, но оно мне и не требовалось. По улыбкам на лицах старых леди я знала, что выгляжу прекрасно.

— Спасибо, — прошептала я еще раз, вытащила из кармана униформы фетровый кошелек со своими сбережениями и всунула его в руки