Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова Страница 213

Глава 101

1937 г

Элла вошла в выставочный зал, стараясь унять дрожь в коленях и не смотреть туда, где выставлены ее работы, – вдруг там вообще никого нет? Она нарочно хотела прийти одна, чтобы привыкнуть к необычной атмосфере, прежде чем явится группа поддержки: Селеста и Арчи с друзьями.

Она и не представляла, как это страшно – выставлять свои произведения на публику. Элла объездила всю Европу, рассматривала картины и статуи, запросто анализировала работы студентов. Теперь же она испытывает жгучий стыд: ее посредственные творения стоят в одном ряду с гораздо более выдающимися: тут и затейливая, изящная керамика, и образные скульптуры из металла, и прекрасные картины – портреты и пейзажи.

Выставка устроена в честь коронации короля Георга VI, на ней собраны работы молодых художников центральных графств Англии. Так сказать, знакомство с новыми талантами. Часть работ продается. Конечно, на жизнь этим не заработаешь, но продать хотя бы одну работу, удостоиться отзыва в «Бирмингем пост» – это огромный шаг на пути к общественному признанию.

Элла долго и мучительно отбирала экспонаты и наконец остановила выбор на бюсте ребенка, который сделала по заказу одного священника (одолжила скульптуру у владельца на время выставки), классическом этюде женской кисти и своей последней работе, которую Элла создала, вдохновившись недавними экскурсиями по храмам Венеции и Флоренции. На нее произвели огромное впечатление образы Мадонны с младенцем Иисусом в галерее Уффици, особенно «Мадонна с длинной шеей» кисти Пармиджанино. Элла фотографировала самые знаменитые полотна, снимала матерей с детьми на улицах.

По возвращении в Англию в одном из таких снимков она и увидела искру вдохновения для своей следующей работы: мать сидит, слегка расставив ноги, и баюкает в подоле спящего младенца. В ее позе есть что-то умиротворяющее и одновременно пронзительное, перекликающееся с образом Богородицы, которая оплакивает мертвого Христа. Скульптура передает счастье и горе материнства, при этом видна тесная связь замысла с собственным неразрешенным конфликтом Эллы из прошлого. Она с любовью трудилась над фигурами матери и ребенка, и в итоге из-под резца вышло нечто новое, яркое и выразительное.

…Элла нервно кружила по залу, сжимая бокал вина и надеясь, что все же не совершила ошибку, выставив свои работы рядом с произведениями известных авторов. Нужно продержаться еще два часа, а потом можно будет унести экспонаты в нанятый фургончик и укрыться в привычном уюте Ред-хауса.

Напуская на себя непринужденный вид, Элла маячила неподалеку от выхода, и тут кто-то схватил ее за руку. Селвин.

– Молодчина! Вижу, одна работа уже нашла покупателя.

– Правда? – Элла изобразила безразличие, однако Селвин на это не поддался.

– Хватит прятаться, иди и сама посмотри.

К удивлению Эллы, перед ее произведениями собралась группа восхищенных зрителей.

Селвин за руку подвел Эллу к высокому мужчине

– Вот она, та самая застенчивая барышня. А это Гарольд Эшли, глава нашей юридической конторы на Темпл-роу. Он староста церкви Святого Иакова и хочет приобрести что-нибудь в духе твоих скульптур для придела Богоматери. Ну, я отойду, а вы пока обсудите условия, – заявил Селвин и удалился, оставив Эллу в полной растерянности.

– Вы берете заказы? – осведомился мистер Эшли, рассматривая статуэтку матери с ребенком. – Прелестная вещица, очень изящная и полная глубокого содержания. Нам понадобится такая же, только чуть покрупнее. Я хотел бы пожертвовать ее церкви в память о моей матери.

– Благодарю, – пролепетала Элла. – Рада, что вам нравится.

А затем она заметила ярлычок и на слепке женской кисти. Что такое? Неужели она и в самом деле не бездарна? Это надо отпраздновать. Элла подошла к столику и взяла второй бокал вина. Ничего себе – две проданные работы и новый заказ за один день!

Глава 102

1938 г

Как могло дойти до этого? – размышляла Селеста, пытаясь усвоить новые правила поведения при воздушном налете. Многие ученики Эллы покидают школу и записываются в армию, по городу ходят тревожные слухи. Если начнется война, продукты и топливо будут продавать по карточкам. Элла беспокоится, не закроют ли совсем художественный колледж, не прекратятся ли заказы от частных клиентов. Как тогда ей зарабатывать на жизнь?

Военный из отдела расквартирования уже приходил осматривать Ред-хаус на предмет размещения в нем эвакуированных и летчиков. Перспектива делить кров с чужими людьми тоже внушает беспокойство. Война. Только об этом все и говорят. Личфилд всегда был важным стратегическим узлом, а теперь сразу за казармами, в Фрэдли, строят новый аэродром. Город стоит на пересечении крупных автомобильных дорог А38 и А5, по которым круглые сутки передвигаются транспортные колонны, перевозящие людей и оборудование. Неужели и вправду опять война?

Арчи знал студентов и преподавателей, попавших в жерло гражданской войны в Испании и умерших от ран. Сколько талантов погибло в кровавой мясорубке!.. Сколько еще молодых людей должны отдать жизни, прежде чем закончится это безумие?

Старые солдаты опять достают на свет военную форму. Селвин записался в территориальную армию, Арчи – в добровольческий резерв ВМС. При необходимости оба готовы встать в строй. Мирной жизни вот-вот наступит конец. От женщин тоже ожидают посильного участия. Элле придется поступить на военную службу либо другим образом вносить свою лепту – лучше как-нибудь так, чтобы не терять связи со своим любимым ремеслом. Будет жаль, если все ее труды пойдут прахом.

В соборе выставляют витражные стекла, из музеев и художественных галерей увозят предметы искусства, парки и сады перекапывают под огородные грядки. Такое ощущение, будто вся страна приведена в боевую готовность, и сколько продлится такое положение, никому не известно.

Слушая гул самолетов, кружащих над головой, Селеста с ужасом думала о том, что вражеская авиация разрушит их прекрасный город. Еще свежи в памяти кошмары прошлой войны, и вот все начинается заново.

Недавно они с Арчи поселились вблизи Стаффорда, в небольшом домике при школе, где Арчи преподает античную литературу. Конечно, хорошо жить отдельно, забыв обо всех хлопотах и ответственности, и все же Селесте очень не хватает Эллы. Все эти трудные годы, с того момента, как Селеста узнала правду об Элле, она и Арчи старались вести девушку по жизненному пути.

Какое-то время желание докопаться до истины владело всеми их помыслами. Они отчаянно разыскивали сведения о пассажирах «Титаника», словно найти родителей Эллы было их святым долгом. Элла, однако, считала иначе и хладнокровно отказывалась тянуть за ниточки. Арчи перечитал все, написанное о «Титанике», особенно документальную книгу Лоуренса Бизли[25], а еще они смотрели в кинотеатре «Палладиум» жуткий фильм. Когда корабль на экране начал тонуть, Селесте