История России. От первых Романовых до Павла I - Андрей Николаевич Сахаров Страница 96

этой экспедиции материалов Миллер создавал свои труды по истории, географии, этнографии, статистике Сибири. За 10 лет работы в Сибири Миллер собрал такое количество документов, что лишь толику из них использовал в получившем наибольшую известность фундаментальном труде «История Сибири». Оставшаяся часть документов находится в так называемых «Портфелях Миллера», ценность которых особенно высока из-за утраты их оригиналов в последующем. В 1756 г., уже после смерти автора, был опубликован двухтомный труд С. П. Крашенинникова «Описание земли Камчатки».

Изучались и ближние территории: впервые были изданы в 1731 г. Ф. И. Соймоновым – атлас Каспийского моря, в 1734 г. – атлас Балтийского моря, А. И. Нагаевым в 1745 г. – карта Берингова моря, в 1752 г. – атлас и лоции Балтийского моря, полвека служившие практическим руководством для российских мореходов.

§ 4. Искусство. Литература

Одно из главных требований придворной знати, наиболее просвещенной части общества к изобразительному искусству и архитектуре – пышность и торжественность. Искусство призвано было своими средствами показать рост могущества Российской империи под властью самодержца. Этой задаче более всего отвечал получавший все более широкое распространение общеевропейский стиль барокко (от итал. barocco – причудливый).

Самым ярким представителем нового стиля в середине столетия в России стал Франческо Бартоломео Растрелли (1700–1771). Сын знаменитого скульптора Карло Растрелли, он приехал в Россию с отцом 16-летним юношей. Его неподражаемый талант, органично вобравший в себя западноевропейскую и «московскую» ветви барокко, наиболее полно раскрылся в дворцовом строительстве – в пышных композициях фасадов, торжественных анфиладах залов, их роскошном интерьере. В его творчестве демонстрируется победа светского начала в архитектуре – в основном возводятся дворцы, триумфальные арки, театральные здания. В построенных им церквах нет традиционного аскетизма, отрешенности от земной жизни. Отход от жестких церковных канонов особенно впечатляюще проявился в построенном Растрелли соборе Воскресенского (Смольного) монастыря, отличающемся богатством архитектурных форм, украшений, отделки. Ликующее, яркое, пластическое, устремленное ввысь великолепие форм становится типичным для всего церковного строительства середины XVIII cтолетия. Наиболее характерны в этом плане Преображенский и Никольский соборы в Петербурге, московские церкви Параскевы Пятницы, Никиты Мученика, Климента.

Среди наиболее замечательных творений мастера – Большой Петергофский дворец, Екатерининский дворец в Царском Селе, дом С. Т. Строганова на Невском проспекте, ряд дворцов для петербургских вельмож, воздвигнутый по его проекту архитектором И. Ф. Мичуриным Андреевский собор в Киеве. В Москве в 1731–1740 гг. Растрелли создает великолепный барочный дворец в Лефортове – Летний Анненгоф и парк, а также Зимний Анненгоф в Кремле. Самым совершенным по замыслу и исполнению творением Растрелли, по всеобщему признанию, является Зимний дворец, построенный, по словам самого автора, «для славы российской». К великому сожалению, внутренняя отделка дворца была уничтожена во время пожара 1837 г.

В одно время с Растрелли в Петербурге работал Савва Иванович Чевакинский (1709/13 – ок. 1780), происходивший из тверских дворян. Почти 15 лет он был архитектором Царского Села. В 1752–1762 гг. он создал лучшее свое творение – собор Николы Морского. Собор и чуть поодаль стоящая на берегу Крюкова канала колокольня хорошо сохранились до наших дней.

В Москве в эти же годы заявляет о себе талантливый архитектор Дмитрий Васильевич Ухтомский (1719–1775). Мастерство свое он оттачивал в «команде» своих старших коллег И. Ф. Мичурина и И. К. Коробова, а первым его самостоятельным произведением стали деревянные Триумфальные ворота в Твери, воздвигнутые в 1742 г. в честь коронации Елизаветы Петровны. В 1753–1757 гг. им построены каменные Триумфальные Красные ворота в Москве. Очень красочное и изящное сооружение простояло до 1938 г. (память о нем сохранилась в названии станции метро). Еще одно создание Ухтомского тоже осталось только в названии – каменный Кузнецкий мост через Неглинку (остатки его были недавно выявлены при земляных работах). До наших дней дошел в целости архитектурный шедевр, в создании которого принимал участие Ухтомский. Это необыкновенно изящная пятиярусная колокольня в Троице-Сергиевом монастыре. Надстроенные Ухтомским два дополнительных яруса и завершение придали сооружению труднодостижимую легкость, воздушность.

Основным направлением в дворянской литературе первой половины XVIII в. стал классицизм. Он был представлен тремя, пожалуй, равнозначными фигурами – А. Д. Кантемиром, В. К. Тредиаковским, М. В. Ломоносовым, а также несколько особняком стоявшим А. П. Сумароковым. Это уже не анонимные авторы недавнего прошлого, а профессиональные писатели, печатным словом влиявшие на общественное сознание.

Системообразующие особенности классицизма заключались в приоритете гражданской тематики произведений, в воспевании разума – «верховного судьи» над окружающим миром. Приверженцы классицизма предпочитали изображать не конкретного человека, а некую абстрактную персону с набором положительных и отрицательных качеств: невежество и просвещенность, черствость и доброту, скупость и щедрость и т. д. Классицизму свойственно стремление к упорядоченности литературных форм, строгая классификация жанров (ода, трагедия, комедия) и стилей. Для русского классицизма характерна своя особенность: предпочтение отдавалось не античным сюжетам, как это было в Западной Европе, а сугубо национальной тематике, связанной с устным народным творчеством, злободневным вопросам современной жизни. Подобный поворот обусловлен тем, что классицизм в России начал прокладывать себе путь в период некоторого отката от петровских реформ, когда под угрозой оказались прогрессивные завоевания предшествующих лет. Поэтому не случайно и то, что российские классицисты отдавали предпочтение наиболее легко воспринимаемым на слух стихотворным формам произведений – сатире, одам, лирическим песням, басне.

Первым русским сатириком и, по определению В. Г. Белинского, «первым светским поэтом на Руси» стал Антиох Дмитриевич Кантемир (1708–1744), своими произведениями, высоким гражданским пафосом сразу же задавший литературе боевой, наступательный дух. Талантливый писатель, блестящий дипломат, он хорошо знал труды западноевропейских просветителей, состоял в переписке с Вольтером и Монтескье, перевел на русский язык произведения последнего, a в 1730 г. – «безбожную» книгу Б. Фонтенеля «Разговоры о множестве миров», содержащую изложение идей Коперника и Декарта. «Разговоры» только на французском языке издавались 40 раз – первое издание осуществлено в 1686 г. Успех книги был обеспечен тем, что Фонтенель изложению научной проблемы сумел придать занимательную, остроумную форму. Поскольку учение о «множестве миров» противоречило религиозным представлениям, книга вызвала яростное негодование Синода, добившегося её запрещения. В блестящих сатирах Кантемира «Куму моему», «Филарет и Евгений» беспощадной критике подверглись противники петровских преобразований (родовитое дворянство за его косность, алчные «временщики», разворовывающие казну, невежественное духовенство и вообще все «хулящие учение»). Хотя они не были сожжены, как того требовал Синод, но при жизни автора так и не были опубликованы. Впервые его произведения увидели свет в 1762 г., а до того имели широкое хождение в рукописях. Сатиры Кантемира основывались на реальных фактах жизни крепостной России, в них высмеивались невежество, ханжество, взяточничество, лесть, угодничество. Свою идейную позицию сатирик обозначил четко: «Все, что я пишу, пишу по должности гражданина, отбивая все то, что согражданам моим вредно быть может». Подчеркнем, что, критикуя уродливые проявления жизни, Кантемир отнюдь не покушался на основы самодержавно-крепостнического строя. С деятельностью «праведного» самодержца и «просвещенной» части дворянства он связывал распространение наук, просвещения, улучшение нравов. Он, как и В. Н. Татищев, выступал за расширение прав и привилегий дворянства. И в то же время отстаивал естественное право человека, смело заявляя, что