Родовой быт славянских князей - Дмитрий Александрович Боровков Страница 9

кого было столько опытности? Он был в особенности любим русским народом, который сохранил преданность к его памяти даже до третьего и четвертого колена. Наконец, Владимир был очень силен, и в этом отношении еще менее мог кто-нибудь спорить с ним: он владел Великим княжеством Киевским, которое досталось ему по старшинству, по избранию, по любви народа. Волынское княжество зависело от него. Переяславское княжество принадлежало ему, как отчина отца его Всеволода, а Белозерск, Ростов, Суздаль, Поволожье, Смоленское княжество принадлежало ему, быв отдано отцом его, Всеволодом, как выморочное после Вячеслава и Бориса. К Киеву принадлежал, хотя слегка, Новгород, по крайней мере Мономах имел на него сильное влияние, присылал князей и посадников, судил бояр.

Вот в каком блестящем положении находился Мономах! Он владел почти всею Русью. Только область Черниговская, Галицкая, отделенная его отцом, и Полоцкая, которую он сбирался покорить, были от него независимы. Естественно ли ему было, с такою силою, в такой славе, даже без полного права, уступить по своей смерти мимо своих детей, и таких доблестных, как Мстислав, уже пятидесятилетний, представивший столько опытов мужества и разума, – естественно ли ему было уступить наследство какому-нибудь князьку из другого рода, неизвестному безземельному (у Брячислава и Изяслава не было даже никакого удела), и оставить любезную ему Русскую землю на произвол судьбы? Еще более – не могла ли его соблазнить мысль оставить всю Русскую землю своему роду? Искушение было велико!

Как бы то ни было, по старому праву или новому правилу, знаменовавшему развитие права, или вследствие случайных обстоятельств, или благодаря своей силе, Владимир сделался как бы новым родоначальником, с властью, почти равною Ярославовой[76], и предоставил наследство своему сыну.

Этого мало: он не только назначил себе преемника, но распорядился своими владениями даже для внуков, вообще гораздо точнее и подробнее, нежели Ярослав. Летописец говорит только, что он предоставил Киев старшему сыну Мстиславу; но из последующих происшествий мы узнаем это ясно: «Согласно с торжественным договором, заключенным между им и старшим братом, Ярополк в исполнение Мономахова завещания уступил Переяславль Всеволоду, сыну Мстислава»[77]. И так завещание Мономахово простиралось даже до внуков.

Со времени Владимира Мономаха, при преемстве, кроме права, входит уже воля умирающего великого князя (разумеется, при благоприятных обстоятельствах), и вообще право теряет значение и подвергается очень часто нарушениям со стороны князей, размножившихся и привыкших более и более к войнам и злоупотреблениям. Решала сила. Мономах назначил Мстислава, как мы видели; Мстислав назначил Ярополка. Всеволод Ольгович, захватив по смерти его Киев, сказал при одном случае, что хочет назначить наследника, подобно Мономаху и Мстиславу, и требовал присяги с князей, которые нарочно для того были созваны в Киев (также новое явление).

Великий князь Владимир Мономах. Художник В. П. Верещагин

«Но ты хочешь сделать меня своим наследником», – говорил прежде Игорь брату своему Всеволоду[78].

Всеволод и в отчине своей прежде распорядился также по своей воле, отдав Чернигов племяннику, а не братьям.

Ростислав Мстиславич отдал Мстиславу Волынскому в поместье Белгород, Триполь и проч., как будущему наследнику всей Киевской области.

Так и в самом деле киевляне, по его смерти, в 1167 г. звали Мстислава Изяславича[79].

Потом преемство Киевское подверглось влиянию владимирских князей, зависело от разных сделок, по обстоятельствам и проч.

В этот период времени старшие племянники, пользуясь разными обстоятельствами – отдаленностью, силою, – начали искать над младшими дядями (см. вышеприведенные случаи и примеры), и иски их, сначала случайные, входили в обычай, чем и развивалось родовое фамильное право, обнаружившееся преимущественно в период местничества.

Обозрим теперь преемство князей с Мономаха. Мстислав (1113–1125). (Два мнимые претендента или соперники его, сыновья Святополка, Брячислав и Мстислав, жили только один год при его княжении: следовательно, он княжил остальное время уже по всем правам.) За ним брат его, Ярополк, согласно со всеми нашими вышеприведенными правилами (1125). Ярополку наследовал брат, третий сын Мономахов, Вячеслав, у коего отнял без прав, но пользуясь его слабостью и своею силою, Ольгович Всеволод. Вячеслав уступил ему, сказав примечательные слова, представленные нами в первой статье: «Если условия наших отцов не кажутся тебе законами священными, то возьми Киев». Ему хотел было наследовать брат его Игорь, но тотчас был свергнут Изяславом Мстиславичем (1146), внуком Мономаховым (сыном старшего его сына, Мстислава), у которого в живых были еще два дяди, сыновья Мономаха – Вячеслав и Георгий.

Может быть, у него было право (см. выше), как у первого, старшего племянника – право, которого только не хотел признать Георгий; Изяслав мог еще смотреть на Киев, кроме права, как на свою добычу, приобретенную им от похитившего чужеродца. Впрочем, Изяслав после многих случайностей призвал к себе старшего дядю, Вячеслава, и владел Киевом вместе с ним. Он, однако же, подал пример племянникам спорить с дядями.

За Изяславом наследовал брат его Ростислав (1154), также вместе с дядею, но ненадолго. Киевляне после неудачной войны призвали Изяслава Давыдовича, внука Святослава Черниговского (1155). Изяслава выгнал Георгий Долгорукий. После смерти Долгорукого киевляне призвали опять Изяслава Давыдовича (1157), но они лишили его в другой раз, вследствие междоусобной войны, и призван был вновь Ростислав Мстиславич (1159) изгнанный Изяславом Давыдовичем (1161), вскоре умершим. Ростислав вступил в третий раз на киевский престол (1162), а после – его племянник (при жизни дяди), Мстислав Изяславич (1167), у которого Киев отнят Андреем Боголюбским, и с сих пор подвергся зависимости от владимирских князей.

В продолжение 15 лет со времени кончины Изяслава Мстиславича перебывало более десяти князей, и хотя право нарушалось беспрестанно, но ясно еще было древнее его предание. Киев оставался в роду Мономаха. Из рода черниговских князей только, случайно, Всеволод Ольгович – вследствие войны, Изяслав Давыдович – вследствие призвания и потом войны, овладевали Киевом и тем пресекали линию преемства. Из Мономаховичей Изяслав Мстиславич владел один несколько времени, может быть, незаконно, без Вячеслава, а потом и право опять восстановлялось при Георгии, Ростиславе и Мстиславе.

М. П. Погодин

Взгляд на удельный период от кончины Ярослава до нашествия монголов

Обозревая историю удельного, по преимуществу, периода, от кончины Ярослава до нашествия татар, мы видим в действии князей с дружинами, города и волости. Чтобы составить себе яснейшее о ней понятие, необходимо рассмотреть составные части порознь.

Начнем с князей и поговорим прежде об их происхождении.

В продолжение норманнского периода, к счастью молодого государства, бывало большей частью по одному князю: Рюрик (1-я степень), Олег,