История Швеции с древнейших времен до Первой мировой войны - Ингвар Андерссон Страница 80

В начале 40-х гг. XVIII в. впервые выступила поэтесса Хедвиг Шарлотта Нурденфлюхт, весьма характерная фигура для периода Просвещения; вместе с ней выступили поэты высшего дворянства – Крейц (из Финляндии) и Юлленборг, представлявшие в культуре направления эпикуреизма и стоицизма периода Просвещения, изысканная стихотворная техника Крейца была новостью в шведской поэзии. И в изобразительном искусстве эта эпоха оставила свои заметные следы: стиль рококо к середине века стал господствующим по всей стране и вытеснил барокко эпохи Карла XI и Карла XII. Был построен Стокгольмский замок в стиле Нового времени; для королевы Ловизы Ульрики был построен Китайский замок, дворянские замки XVII в. были модернизованы, строились новые замки в изящном стиле. В то время появляются меценаты; среди них особенно выделяется Карл Густав Тессен. Он был не только политиком, но и коллекционером произведений искусства, и талантливым дилетантом-писателем. После него в Национальном музее остались ценные коллекции. Возникли научные и литературные общества нового типа, где встречались дворяне и ученые, писатели и дельцы, – Академия наук (1739) и Академия изящной литературы (1753).

В этот период жил и крупный ученый, сын смоландского священника Карл Линней (Линнеус, в дворянстве – фон Линне). Он путешествовал и был хорошо знаком с новой Европой, но важнее всего то, что во время своих поездок по родной стране в 40-х гг. XVIII в. он изучил своеобразные черты шведских провинций и видел, «как одна провинция может помочь другой». Своей знаменитой во всем мире системой классификации растений (Species plantarum, 1735 г.) он обновил ботанику.

Более двадцати пяти лет удерживала власть партия «шляп», но в середине 60-х гг. XVIII в. наступил последний и неотвратимый кризис. Во время долгих и бурных заседаний риксдага 1760–1762 гг. партия «колпаков» и придворная партия, совместно с оппозицией из рядов самой партии «шляп», угрожали старым властителям, положение которых было довольно непрочно.

Как уже было сказано, правительство предпринимало попытки примирить различные борющиеся партии, и сословия с благодарностью приняли помощь королевы в переговорах о мире с ее братом Фридрихом II Прусским. Королевская чета и придворная партия надеялись на то, что конституция может быть изменена в пользу короля. Из этого ничего не вышло, но в переговорах выявилось то, что назвали «политикой примирения»; ее целью было общее соглашение между партиями, и казалось, что до ближайшей сессии риксдага действительно достигнуто соглашение между двором и некоторыми партийными лидерами.

Но как раз в ближайшее время после сессии риксдага 1760–1762 гг. создалась ситуация, представлявшая, как казалось, особо благоприятные возможности для захвата власти партией «колпаков». Экономические затруднения усилились в 1763 г. в связи с разразившимся всеобщим европейским кризисом. Находившаяся у власти партия «шляп» имела много уязвимых мест для нападения ее противников. Партия «колпаков», попытки которой прийти к власти много раз кончались неудачей, теперь получила возможность действовать и подготовила сильное нападение. Шведское общество раздирали серьезные внутренние противоречия, более важные, чем традиционные партийные конфликты. В ближайшие годы они обнаружились со всей силой.

Глава 26. Социальные проблемы и борьба последних лет «Периода свободы». Государственный переворот (1765–1772 гг.)

Во время сессии риксдага 1765 г., как и ожидалось, партия «колпаков» пришла к власти при поддержке придворной партии, которая пыталась играть роль уравновешивающего начала и теперь снова получила обещание о пересмотре конституции. Совет, в котором господствовала партия «шляп», был распущен. Валютная политика была оздоровлена, политика поощрения экономики стала проводиться более сдержанно. Ориентация на Францию сменилась сближением с Россией и Англией, которые уже давно находились в хороших отношениях между собой. Аугустин Эренсверд был отозван со своего военного поста в Финляндии, но принципы обороны Финляндии остались в силе. Над «козлами отпущения» из партии «шляп» было учинено большое следствие. Подобно тому как это было во время сессии риксдага 1746–1747 гг., при допросе обвиняемых применялись пытки. Риксдаг 1765 г. замечателен важным нововведением. До сих пор только правящая партия выпускала печатные агитационные листки, оппозиция же распространяла лишь рукописные листки. Теперь же, в 1766 г., было издано первое постановление о свободе печати.

Между тем ни о каком пересмотре конституции не было и речи, и потому придворная партия вновь стала искать контакта с партией «шляп», которая, в свою очередь, сулила ей усиление власти короля. Политика дефляции, проводившаяся партией «колпаков», у многих вызывала недовольство. При помощи Франции и партии «шляп» король настоял на закрытии сессии риксдага 1768 г. Он отказался выполнять свои обязанности; то же самое сделали государственные учреждения, где партия «шляп» составляла большинство. Так партия «шляп» снова пришла к власти, но только на короткое время. Разногласия между партией «шляп» и партией «колпаков» изменились по своему характеру, что особенно резко проявилось на сессии риксдага 1771–1772 гг. В последние годы «периода свободы» партия «шляп» выражала интересы бюрократии и дворянства, в то время как партия «колпаков» поддерживала требования разночинцев в отношении дворянства и требования «народа» в отношении государственных чиновников.

Одним из основных моментов дебатов о привилегиях, имевших место еще около 1720 г., был вопрос о праве разночинцев занимать посты на государственной службе. Дискуссия эта несколько раз возобновлялась и впоследствии, но вообще ей не давали разгораться, и острота конфликтов на некоторое время была смягчена, между прочим и благодаря тесному сотрудничеству дворянства и горожан внутри партии «шляп». Но когда в конце этого периода партийная борьба усложнилась, вопрос о праве на занятие государственных должностей стал снова предметом ожесточенных дебатов. Противоречия между дворянами и разночинцами выступили теперь, в середине 60-х гг., в новой форме; вскоре этот вопрос встал на первый план в связи с постановкой вопроса о чинопроизводстве. В 1770 г. совет выдвинул кандидатуры трех дворян на пост вице-президента королевского суда в Або; два юриста-разночинца оказались обойденными. На политику совета в вопросе чинопроизводства обрушился целый поток боевой литературы. Когда в 1771 г. собрались сословия, началась ожесточенная борьба. Наиболее известный из направленных против дворянства памфлетов – «Солдат-разночинец» – дал несколько остроумных формулировок о праве дворянства на привилегии; некоторые выражения этого памфлета напоминают комедию Бомарше «Свадьба Фигаро», вышедшую несколько лет спустя.

«Если бы ты был самым умелым в своем деле, – говорится в вымышленном письме к молодому человеку, желающему стать солдатом, – если бы у тебя были даже самые блестящие генеральские способности, если бы ты показал чудеса храбрости… словом, если бы ты имел самые большие военные заслуги, все равно ты никогда не достиг бы высокого чина прапорщика, который тем не менее благородные юноши могут получить сразу же после того, как покинут