Рубль, которого не было. Очерки экономической истории России - Алексей Николаевич Волынец Страница 66

Вероятно, в отдельно взятой столице «прекратить беспорядки» и решить вопрос с «недостатком хлеба» было можно. Но те же проблемы зрели по всей Центральной России. В тот же день, 25 февраля 1917 года, ушла в столицу России телеграмма от тамбовского архиепископа Кирилла: «Церкви Тамбовской епархии испытывают нужду в муке для просфор, имеются случаи прекращения в приходах службы».

До мировой войны Тамбовская губерния входила в число шести губерний империи, лучше всех обеспеченных хлебом, и всегда имела излишки товарного зерна. Но в феврале 1917 года местный архиепископ просит у столицы муку «для предотвращения смущения среди православного народа».

В таких условиях никто не мог «завтра же прекратить беспорядки» и «предотвратить смущение православного народа». Можно бесконечно спорить о том, была ли революция неизбежной, но повод у неё имелся очень серьёзный.

Глава 29. Революционная экономика 1917-го. От февраля к октябрю – от кризиса к катастрофе

Ровно век назад, в феврале и октябре 1917 года, в России произошли две революции, в конечном итоге приведшие к власти радикальных социалистов. Победившее на следующие семьдесят лет учение Маркса разделяло «базис» и «надстройку», доказывая, что фундаментом любых политических событий является экономика. Поэтому, не пытаясь охватить весь калейдоскоп бурной политики 1917 года, попробуем рассмотреть «базис» революции – те экономические факторы, которые сто лет назад привели нашу страну от Февраля к Октябрю…

«Это будет началом гражданской войны…»

Общеизвестно, что Февральская революция стартовала с бунта хлебных очередей Петрограда. Вызванный мировой войной системный кризис продовольственного снабжения привёл тогда к краху многовековую монархию. Новым властям в лице Временного правительства по наследству от последнего царя достался весь комплекс нерешённых «хлебных» проблем.

Февральская революция свершилась в воюющем государстве, которое не располагало стратегическими запасами продовольствия. К весне 1917 года на фронт Первой мировой войны призвали почти 14 миллионов крестьян, оставив сельское хозяйство без наиболее трудоспособных рабочих рук. Однако продукты в стране были, хотя и на четверть меньше, чем в довоенное время. Доставить их массовому потребителю мешала череда кризисов – финансов, транспорта и вообще всей прежней рыночной системы снабжения.

Сразу после прихода к власти Временное правительство подсчитало, что за предыдущие восемь месяцев вместо требовавшихся 13 миллионов тонн хлеба все государственные органы для армии и населения заготовили лишь 46 % от необходимого. Поэтому одним из первых законодательных актов после Февральской революции стало постановление от 25 марта 1917 года «О передаче хлеба в распоряжение государства» – так Временное правительство попыталось реализовать наработки царской власти, наладив принудительное перераспределение «хлеба».

Под «хлебом» понимались все зерновые и бобовые культуры, от пшеницы до кукурузы, которые отныне могли поступать в продажу «лишь при посредстве государственных продовольственных органов». Принудительные закупки «хлеба» по установленным государством твёрдым ценам тут же вызвали активное недовольство крестьянского населения. Архивы сохранили массу гневных откликов с мест, пришедших в адрес Временного правительства весной-летом 1917 года.

Один из них оказался пророческим: «Это смертельная обида, удар в лицо русскому крестьянству, которое несёт на себе всю тяжесть кровавой повинности, отдав на фронт всех своих сынов, всех своих работников без остатка. Теперь вы хотите поступить с ним как грубый завоеватель с чужим порабощённым народом… Потому что твёрдые цены до нелепости низки… Насильственное отобрание хлеба по низким твёрдым ценам будет равносильно приказу прекратить посевы… Неужели вы не понимаете, что это будет началом гражданской войны?..»

«Хлеба на ½ суток!»

Однако прежний рынок был окончательно разрушен мировой войной, и Временное правительство уже не имело иных рычагов, кроме административных. В мае 1917 года для «проведения хлебной монополии» создаётся особое министерство продовольствия. Его возглавил широко известный до революции оппозиционный журналист Алексей Пошехонов. Впрочем, новый министр был не только мастером пера, но и опытнейшим специалистом по земской статистике, о нём с уважением отзывались даже его политические противники – большевики.

Под угрозой нараставшего кризиса либерал Пошехонов был вынужден издавать откровенно диктаторские приказы. В июле 1917 года, когда в Петрограде произойдёт первая неудачная попытка большевиков прийти к власти, глава министерства продовольствия подпишет приказ: «Все излишки хлеба должны быть сданы землеробами государству. Только таким путём можно достичь правильного распределения хлеба по всей стране и тем предотвратить надвигающийся голод».

Однако в условиях инфляции и дефицита товаров крестьяне не спешили сдавать зерно по символическим ценам, а организация централизованного снабжения сталкивалась с массой технических трудностей. Даже собранное госорганами продовольствие на пути к потребителю упиралось в транспортный кризис. Мировая война, перевод промышленности на армейские нужды и массовые военные перевозки роковым образом сказались на железных дорогах бывшей Российской империи. Если весной 1917 года из-за неисправностей простаивало 22 % всех паровозов в стране, то к осени встала уже треть. По данным министерства продовольствия Временного правительства, в сентябре из хлебопроизводящих районов смогли вывезти не более 30 % заготовленного зерна.

Сложностей добавлял и постреволюционный хаос с разгулом чёрного рынка. По свидетельству современников, в сентябре 1917 года железнодорожные чиновники открыто брали взятку в тысячу рублей за отправку каждого вагона с зерном в Петроград.

При этом трудности с продуктами испытывал не только трёхмиллионный мегаполис на Неве. Голод угрожал даже шахтам Донбасса, расположенным рядом с тучными чернозёмами Дона и юга Украины. В конце сентября 1917 года в Петроград поступила телеграмма от донецкого самоуправления: «Положение на рудниках угрожающее. На некоторых рабочие уже начинают испытывать голод, на остальных запасы муки иссякнут в скором времени…»

Голод угрожал и армии, сидящей в окопах мировой войны. В августе-сентябре 1917 года на фронт, где числилось почти 10 миллионов «едоков», смогли отправить лишь 36,5 % от требуемого количества хлеба.

В попытках преодолеть «хлебный» кризис Временное правительство принимает решения, которые сегодня могут показаться анекдотическими. Например, в мае 1917 года запрещают выпечку и продажу белого хлеба, сладких булок и печенья – в целях экономии дефицитных масла, сахара и муки высших сортов. То есть Великая Октябрьская социалистическая революция, вторая революция за год, свершалась в стране, в которой уже несколько месяцев белый хлеб был под официальным запретом, и вся страна дружно этот запрет игнорировала…

Утром 26 октября (8 ноября по новому стилю) занявшие Зимний дворец сторонники большевиков в кабинете главы Временного правительства нашли доклад о продовольственном положении столицы. На полях виднелась собственноручная пометка только что бежавшего Керенского: «Хлеба на ½ суток!»

Рулоны рублей

Итогом деятельности Временного