Римская Британия - Евгений Викторович Старшов Страница 66

К концу 160-х гг. относится новое упоминание Капитолина о восставших против Марка племенах, включая бриттов, и враждебных государствах; опасность, впрочем, была преодолена: «Все племена от пределов Иллирика до Галлии объединились; это были маркоманны, варисты, гермундуры и квады, свевы, сарматы, лакринги и буреи… эти и другие вместе с виктуалами, созибы, сикоботы, роксоланы, бастерны, аланы, певкины, костобоки. Грозила война и с парфянами, и с британцами. Много потрудившись и сам, он (Марк Аврелий. – Е.С.) победил самые свирепые племена, причем воины подражали ему, а войско вели также легаты и префекты претория» («Жизнеописание Марка Антонина Философа», 22, 1–2).

Дион Кассий свидетельствует о прибытии в Британию в середине 170-х гг. варварской кавалерии в качестве вспомогательных отрядов римских войск: «(Разбитые римлянами язиги) незамедлительно предоставили в качестве вспомогательного войска восемь тысяч всадников, из которых [Марк] пять тысяч пятьсот отправил в Британию» («Римская история», LXXI, 16 (2)). Весьма впечатляющая цифра, но чувствуется, что и варварские конники не особо помогли – на стороне бриттов были дремучие леса и бесконечные топкие болота. В 180 г. «дикие пикты» прорвали укрепления вала Адриана и учинили резню римских гарнизонов. Так что очередную войну в Британии (примерно в 180–184 гг.) «получил в наследство» зверонравный сын Марка Аврелия, Коммод (161–192 гг., правил со 180 г.). Насчет нее сохранились некоторые сведения в рассказе Диона Кассия, пусть хотя бы и в позднейшем пересказе:

«В его (Коммода. – Е.С.) правление было также несколько войн с варварами, живущими за Дакией; в этих войнах стяжали себе славу Альбин (будущий наместник Британии, к которому мы еще вернемся. – Е.С.) и Нигер, которые позднее сражались против императора Севера. Однако самая большая война разразилась в Британии. Когда на этом острове местные племена перешли через стену, отделяющую их от римских войск, и натворили немало зла, испугавшийся Коммод послал против них Ульпия Марцелла (наместник Британии еще со времен Марка Аврелия, управлял примерно со 177 по 185 г. – Е.С.). Этот человек, муж сдержанный и неприхотливый, во время военных действий ни в еде, ни в чем другом не отличался от простых воинов, однако становился все более заносчивым и надменным. В отношении денег он славился своей неподкупностью, но не отличался приятным или дружелюбным обхождением. Всех прочих полководцев он превзошел своей неусыпной бдительностью и, желая, чтобы и все окружавшие его находились в готовности круглые сутки, почти каждый вечер писал приказы на двенадцати табличках, наподобие тех, которые изготовляют из липовых дощечек, предписывая, чтобы каждая из них была вручена разным людям в разное время, чтобы подчиненные, полагая, что военачальник никогда не спит, и сами не посвящали сну столько времени, сколько им хотелось. Дело в том, что он и от природы был наделен способностью бороться со сном и еще больше развивал в себе это качество путем воздержания от пищи. Он всеми способами крайне ограничивал себя в еде, в том числе и тем, что во избежание пресыщения хлебом посылал за ним в Рим, и не потому, что не мог есть местный хлеб, а для того, чтобы хлеб попадал ему на стол настолько черствым, чтобы он мог съесть ни кусочком больше, чем было совершенно необходимо. Ведь у него были больные десны, которые быстро начинали кровоточить от черствого хлеба. Эти свои способности он еще и старался изображать в преувеличенном виде, чтобы, насколько это возможно, казаться человеком, который не нуждается во сне. Вот каков был Марцелл, который жестоко расправился с варварами в Британии, а затем и сам из-за присущей ему доблести чуть было не пал жертвой Коммода, однако все же избежал казни» (впоследствии, в 189 г. был проконсулом Азии) («Римская история», LXXII, 8).

Известно, что во время этой войны в Британии отличился выдвинутый еще Марком Аврелием сын вольноотпущенника Публий Гельвий Пертинакс (126–193 гг., правил в 193 г.), впоследствии сменивший на престоле убитого Комода, но сам у власти не удержавшийся и также отправленный к праотцам.

Жестокое начальствование Марцелла, усугубленное его снятием с должности, поставило британские войска на грань мятежа. События в Риме еще больше способствовали тому: начальник преторианцев Секст Тигидий Перенний, также ветеран последней Британской войны, все больше прибирал Коммода к своим рукам, так что император по его подсказке убирал мешавших временщику людей (правда, Дион Кассий и автор биографии Коммода Элий Лампридий дают ему практически полярные характеристики).

Лампридий пишет, сообщая интересную деталь британской кампании: «Коммод стал неохотно появляться перед народом и запретил докладывать себе о том, чего предварительно не выслушивал Перенний. Перенний, хорошо изучивший Коммода, нашел способ самому сделаться всесильным. Он посоветовал Коммоду предаться наслаждениям и возложить все труды правления на него, Перенния. Коммод с радостью принял это предложение. Руководствуясь таким правилом жизни, Коммод безумствовал во дворце на пирах и в банях вместе с тремястами наложниц, которых он набрал из матрон и блудниц по признаку красоты… Иногда, одевшись в платье служителя при жертвоприношениях, он совершал заклание жертв. Он сражался на арене среди своих спальников как гладиатор, пользуясь тупыми рапирами, а иногда и отточенными мечами. Между тем Перенний распоряжался всем полновластно: кого хотел – убивал, очень многих грабил, не считался ни с какими законами, захваченное имущество присваивал себе… Однако этот столь могущественный Перенний за то, что он во время Британской войны поставил во главе воинов лиц всаднического сословия, отстранив сенаторов, после того как легаты войска раскрыли это, был объявлен врагом и отдан на растерзание воинам» («Коммод Антонин», 5, 14, 5–6; 6, 2).

А вот версия Диона Кассия, намного более подробная, хотя и собранная из различных фрагментов, которая сообщает не только о мятеже британский войск и выборе претендента на трон, но и о посылке подразделения восставших к Коммоду; примечательно, что это именно британские легионеры расправились со своим бывшим командиром: «Случилось так, что Перенний, который начальствовал над преторианцами после Патерна, погиб в результате солдатского мятежа. Дело было в том, что Коммод, целиком посвятивший себя состязаниям колесниц и всяким беспутным занятиям, можно сказать, вообще не выполнял никаких государственных обязанностей, и Перенний, будучи вынужден заниматься не только военными, но и всеми прочими делами, управлял государством. Соответственно и воины, когда происходило что-то, что им было не по нраву, возлагали вину на Перенния и таили против него злобу. В Британии воины избрали императором легата Приска, однако тот отказался со следующими словами: “Из меня император такой же, какие