100 великих достижений цивилизации - Станислав Эдуардович Ермаков Страница 29

История острова Пасхи насчитывает еще множество драматических страниц. Но вот уже многие десятилетия главное, чем они привлекают множество ученых, исследователей и искателей романтических приключений – это его многочисленные тайны. Эти 117 квадратных километров вулканической суши, испещренные трещинами и скалами, ныне почти лишенные леса, представляют собою удивительное место, где концентрация загадок на единицу площади буквально зашкаливает.

Нигде в Полинезии не сложилась цивилизация такого уровня и своеобразия.

Гигантские статуи местные жители называют «моаи». Зачем, с какой целью их делали? Вырубить из даже из сравнительно легко поддающегося обработке базальтового туфа каменными рубилами огромную фигуру – это очень большой труд. Сейчас насчитывают почти 900 статуй. Раскопки позволяют датировать их XIII–XVI веками. Средний вес статуй – около 5 тонн. Часто его сильно завышают, но обычно это делают те авторы, кто плохо знаком с геологией и путает собственно базальт с туфом (который значительно мягче и легче). Благодаря исследованиям, которые были начаты в 1950-х годах знаменитым норвежским путешественником Туром Хейердалом, сегодня стало ясно, как делали статуи, как их перетаскивали. Благодаря хорошим отношениям с жителями острова Хейердал сумел установить, что наиболее вероятным предназначением фигур было концентрировать сверхъестественную силу – ману, от которой, по верованиям островитян, зависели климат, хорошие урожаи и вообще процветание острова.

Археологи смогли проследить эволюцию моаи на протяжении веков – от ранних образцов до всем известных фигур среднего и позднего периода, на головах которых красовались некогда шапки из красного туфа и которые имели глаза из белого коралла и черного обсидиана или пемзы.

На одной из вулканических вершин (а вулканов на острове более полусотни!) острова Пасхи сохранились развалины ритуального поселения людей-птиц Оронго.

Культ человека-птицы – воплощения верховного божества Макемаке – сохранялся до второй половины XIX века. Весной на расположенные вблизи берега острова Пасхи островки Моту-Као-Као, Моту-Ити и Моту-Нуи прилетали черные морские ласточки, которые считались посланниками божества. Воины разных кланов отправлялись туда на поиски яиц, соревнуясь в том, кто отыщет его и доставит прежде других. Победитель получал в награду 7 красивейших женщин, а глава клана на год становился человеком-птицей, что приносило уважение, почет и другие блага. Традиция оборвалась в 1860-х годах, когда перуанцы совершили набег на остров и вывезли подавляющее большинство жителей в рабство…

Удивительно и то, что жители острова создали собственную письменность, образцы которой сегодня в мире буквально наперечет, а искусство чтения ее совершенно утрачено. Она называлась ронго-ронго, или кохау ронго-ронго. Дощечки для письма делали из дерева торомиро, на которое наносили знаки, чем-то похожие на человеческие фигурки. О смысле и значении этих фигурок ученые спорят до сих пор. До нас дошло менее трех десятков дощечек, а последний умевший читать человек скончался в 1866 году. Набег работорговцев очень дорого обошелся острову.

Хотя археологи и специалисты по наскальным изображениям прослеживают эволюцию иероглифов ронго-ронго и считают их исключительно местным творением, гигантские статуи, загадочные постройки и письменность острова Пасхи вкупе с множеством других местных особенностей подтолкнули многих авторов считать сам остров и его жителей памятью о континенте, предположительно существовавшем некогда на просторах Тихого океана. Его условно называют Пацифидой и предполагают, что острова Полинезии представляют собою не что иное, как горные вершины некогда большого материка.

С точки зрения геологии это очень маловероятно, но кто сказал, что геология и другие науки о Земле знают о нашей планете все?

Остров, который его жители называли по-разному, в том числе и Те-Пито-о-те-хенуа – «пуп Земли», не только не раскрыл еще множества своих загадок. Скорее всего, часть этих загадок до сих пор вообще неизвестна и ждет, что кто-то найдет их и задумается над тем, как же их разгадать. И тогда к списку великих открытий наверняка прибавятся еще несколько.

Русский прорыв в Тихий океан

Исследования северной части Тихого океана по сюжету более всего схожи с трагической драмой. Действующие лица этой драмы – русские мореходы, не боявшиеся спорить с ледяной водой и северными ветрами на утлых ботах, платившие своими жизнями за изучение новых земель, чьи тела остались на каменистых островах, а деяния порою были забыты на долгие годы.

В 1724 году Петр Великий повелел установить, «соединяется ли Азиатский материк с Америкой», то есть, по сути, выяснить, является ли Новый Свет отдельным изолированным континентом.

Начальником экспедиции стал датчанин на русской службе, участник Великой Северной войны и войны с Турцией капитан 1-го ранга Витус Ионассен Беринг, а его помощником – лейтенант Алексей Ильич Чириков. Поскольку путь через северные воды был недоступен, а другие слишком долгие, члены экспедиции два года, с января 1725, добирались на санях, телегах и лодках через всю восточно-европейскую и сибирскую Россию. Последние полтысячи миль пришлось идти практически впроголодь, по бездорожью и самим тащить тяжелые сани с грузом. Добравшись до Охотска в январе 1727 года, путешественники построили бот «Святой Гавриил». Работа над ним была завершена к лету следующего, 1728, года. На нем экспедиция двинулась от устья реки Камчатки вдоль берега полуострова на северо-восток. В ходе плавания были открыты и нанесены на карту Карагинский залив с островом, залив Креста, бухта Провидения, Анадырский залив и остров Святого Лаврентия, что находится перед входом в Берингов пролив. Впрочем, на момент открытия он еще не носил имя своего первооткрывателя, да и что, что это пролив, никому не было известно.

Экспедиция проследовала на север еще несколько дней, вскоре окончательно потеряв из виду и азиатский, и американский берега. Когда стало ясно, что земли поблизости нет, Чириков предложил двигаться на запад, но большинством голосов было принято решение вернуться. На обратном пути был открыт остров Святого Диомида. В следующую навигацию Беринг вновь попытался достичь Америки, но так и не сумел сделать это, после чего отбыл в Санкт-Петербург, а его поиски продолжили геодезист Михаил Гвоздев и подштурман Иван Федоров и геодезист Михаил Гвоздев. Они-то и составили первую карту территорий и акваторий между Аляской и Чукоткой.

В Петербурге же готовилась новая большая экспедиция, начальником которой вновь был назначен Беринг, а его помощником опять стал Алексей Чириков. В состав экспедиции от Петербургской академии наук был включен специальный отряд, названный Академическим отрядом Великой Северной экспедиции.

Беринг не относился к числу тех, кто умел действовать быстро, а равно не отличался особой решительностью; кроме того, задуманное предприятие, как показал опыт предыдущего похода, требовало серьезной подготовки, тщательной организации и решения многих вопросов. Потому на то, чтобы собраться, добраться до Охотска и как следует все продумать и подготовить, потребовалось почти восемь лет. Местные власти в