Солнце в зените - Шэрон Кей Пенман Страница 283

Заметив, что привлекла внимание дяди, она наклонилась еще дальше. 'Подождите там! Я сейчас спущусь!'

Сейчас девушка приковывала взгляды уже всех находящихся на причале. Большинство оценивающе улыбались ей, не только по причине редкой привлекательности Бесс, но и потому, что лондонцы давно ее любили. Ричард тоже улыбался, против собственной воли, заинтригованный. Однако, происходящее совсем не являлось забавным. Он подумал о необходимости серьезного разговора с девушкой. Даже Нед, совершенно точно не придерживающийся строгого протокола, даже его брат неправильно бы истолковал поступок Бесс, вцепившейся в речные перила, выглядящей как сорванец и кричащей, словно жена рыбака. Что до надменной Елизаветы...хвала Господу, если ту не хватит апоплексический удар при одной мысли о подобном повороте! Ричард усмехнулся и двинулся к племяннице, уже добравшейся до основания лестничного пролета.

Мгновением позже он мчался ей навстречу, забыв обо всем, кроме выражения ужаса на девичьем лице. Обвив его шею, Бесс приникла к Ричарду, словно маленький испуганный ребенок, и из глухого урагана произносимых слов герцог мог ясно различить только 'Папочка' и 'Благодарение Богу, вы приехали!'

'Бесс...Бесс, ты бормочешь бессмыслицу. Сделай глубокий вдох и объясни, что стряслось'.

Она послушно поступила, как он велел, отстранившись и начав немного спокойнее объяснять: 'Знаю, я сглупила. Но я была так напугана...И при вашем виде вспомнила все снова...'

'Чем была напугана, Бесс? Я все еще не представляю, о чем ты говоришь. Что-то с Недом?'

Девушка кивнула и, кажется, впервые обратила внимание на чрезвычайно заинтригованных зрителей. Она сглотнула и потянула Ричарда за руку. 'Пойдемте', - поторопила Бесс. 'Расскажу по пути'.

'Нед заболел? Как серьезно?'

'Сейчас с ним все в порядке, Дикон', - торопливо перебила Бесс. 'Действительно. Доктор Хоббис клянется в этом. В противном случае, я бы тут же сказала. Тем большую я совершила ошибку, что сразу не подумала. Но когда я увидела причаливание вашей лодки, все остальное вылетело из головы. Мне так стыдно!'

'Бесс, ты до сих пор не объяснила мне ужасно простой вещи! Не понимаю. С Недом все было хорошо, когда я виделся с ним прошлым вечером!'

'С ним все было хорошо также и утром, пока не пришел Джек'.

'Джек Говард? Имеешь в виду, что он вернулся из Франции?'

'Он вернулся к полночи, явившись затем к папе в Палату принцев. Некоторое время они беседовали, стоя поодаль, вдруг папа стал кричать, называя Людовика низкопробнейшими именами... 'Адово семя' и 'чертово отродье' являлись самыми благозвучными! Это было чудовищно, Дикон! Я никогда не видела папу настолько взбешенным. Он...он немного напугал меня', - призналась девушка. 'Думаю, он всех в палате напугал. Папа обычно такой...такой сильно сдержанный'. Бесс снова сглотнула, продолжив: 'Он еще чуть-чуть продолжал в том же духе, кляня Францию и Людовика, и лишь один Джек понимал, о чем ведется речь, а потом папа отправил за вами в Кросби Плейс. Его посланец отыскал вас?'

'Я все утро находился в Тауэре. Продолжай, Бесс. Что потом?'

'Папа тяжело дышал, как все выведенные из себя люди. Но внезапно показалось, что он не может набрать воздух в легкие. Он схватился за Джека, в поисках поддержки, его лицо покраснело, словно охваченное жаром. Папа велел позвать врача, но его голос звучал так странно, всем стало не по себе...' Девушка снова задрожала, и Ричард успокаивающе подхватил ее за локоть.

'Я так испугалась, Дикон. Так сильно испугалась. Впрочем, мы все. Люди просто совсем головы потеряли. Доктор Хоббис появился, вбежав, вместе с ним также был доктор Элбон. Они помогли папе добраться до Белой Палаты, оставшись там с ним, на затянувшееся до бесконечности время. Единственный человек, кого они впустили, оказалась мама. Правда, несколько минут спустя доктор Хоббис вышел, объявив, что с папой все в порядке, у него просто кровь перегрелась. Я хотела своими глазами убедиться, что с папой все хорошо, и доктор Хоббис позволил бы, но мама сказала - нет. Поэтому я спустилась к речным воротам, дабы вас дождаться...'

С первого взгляда казалось, словно в королевских покоях собралась половина двора. Когда Ричард и Бесс достигли дверей спальни Эдварда, оттуда как раз выходила Елизавета. Она резко остановилась при виде герцога, но потом протянула ему руку для поцелуя. Ричард приложился к ней губами, но с настолько очевидной неохотой, что свидетелям пришлось прятать улыбки.

'Он сейчас отдыхает', - ледяным тоном оповестила Елизавета. 'Думаю, лучше вам его не беспокоить'.

'Его Величество посылал за мной, госпожа', - не менее холодным тоном ответил Ричард и двинулся за ней в спальню. Бесс воспользовалась возможностью и быстро проскользнула рядом с дядей.

Эдвард поражал бледностью, каковой ранее Ричард никогда за ним не замечал, цвет лица вызывал подозрения серым отливом, что совершенно не успокаивало близких, а глаза было окружены красноватым ободком. Несмотря на это, король сидел на кровати и застегивал рубашку, и, если судить по тону, принятым им в споре с доктором Хоббисом, что бы ни терзало его минутами раньше, оно являлось мимолетным эпизодом.

'Разумеется, я уважаю ваше врачебное суждение. Но дай вам волю, вы меня к кровати веревками привяжете, и я - Дикон! Я почти отчаялся тебя дождаться. Между прочим, как ты добирался, сделал крюк через Валлийскую Марку?'

'Что произошло, Нед? Бесс сказала мне-'

'Ничего не произошло. Кратковременное недомогание, не более'. Заметив, что Ричард собирается давить на него дальше, Эдвард нетерпеливо произнес: 'Дикон, отложим это. Есть более важные проблемы, которые нуждаются в обсуждении. Джек Говард вернулся из Франции и привез новость, что Бургундия пришла с ней к соглашению. Максимилиан и Людовик в прошлый понедельник подписали договор в Аррасе, являющий собой фактическую продажу государства этому сыну гулящей девки, взгромоздившемуся на французский трон'.

'Нед, как бы не жаль мне было слышать подобное, удивлений известие у меня не вызывает. Стоило Марии умереть, Бургундия увязла в хаосе. К тому и шло. Максимилиана приперли к стенке'.

'Не растрачивай сочувствие на Максимилиана', - прервал его Эдвард так кисло, что Ричард поразился.