От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк Страница 241

речки Городенки, который потом получил название Цареборисовского; там же он строит свою усадьбу (остатки ее существовали еще в XVIII в.), и вокруг нее село Борисово. Часть обширных земель, лесистую местность под не очень-то привлекательным названием – Черная Грязь – он отдает сестре, царице Ирине Федоровне. Любопытно, что во время археологических раскопок в 1982 г. обнаружили остатки пандусов белокаменной лестницы, которая, вероятно, и принадлежала к тому времени.

После смерти царя Бориса и гибели семьи Годуновых известия о Черной Грязи исчезают из документов на многие десятилетия – в Смутное время оно было разграблено и стало пустошью, а в 1633 г. «по государевому цареву и великого князя Михаила Федоровича всеа Русии имянному приказу, дворцового села Коломенского пустошь Черногрязская с пустошами… проданы в вотчину окольничему Лукьяну Степановичу Стрешневу за 73 рубли». Этот окольничий был тем самым бедным и никому не известным дворянином, который стал и богатым, и известным благодаря женитьбе царя Михаила на дочери Стрешнева Евдокии в 1626 г. При его сыне – Семене Лукьяновиче Стрешневе – пустошь стала сельцом, в котором был выстроен двор владельца. После С.Л. Стрешнева сельцом владела его вдова Марья Алексеевна, урожденная Лыкова, а после ее смерти, по случаю отсутствия наследников, оно перешло в казну, как выморочное имущество.

В 1682 г. Черная Грязь поменяла свое имя – стала селом Богородским: тогда владелец его Иван Федорович Стрешнев выстроил в селе деревянное здание церкви во имя иконы Богородицы «Живоносного Источника». Позднее село Богородское – Черная Грязь он отдал любимому внуку, сыну известного фаворита Софьи Василия Васильевича Голицына. После падения Софьи Голицыны были сосланы, Василий Васильевич кончил жизнь в изгнании, а сын его пробыл в ссылке 37 лет. Имущество Голицыных конфисковали, и оно перешло к государю. Все, что находилось в Богородском в то время, было переписано, и по описи можно судить, какая богатая усадьба была у Голицыных.

Через некоторое время Петр I отдал село молдавскому господарю князю Дмитрию Константиновичу Кантемиру, перешедшему к нему на службу и потерявшему все свое имущество, захваченное турками. Князь Кантемир поддерживал Петра I в надежде, что тот избавит Молдавию от турецкого господства и оставит князя молдавским господарем. В результате плохо подготовленного Прутского похода – «сей марш против турков зело отчаянно учинен» – Петр был вынужден признать свое поражение и заключить договор, по которому отдал Турции все завоеванное. Князь Кантемир покинул Молдавию вместе с несколькими тысячами воинов, и Петр отдал ему земли на Украине, дома в Москве и подмосковную Черную Грязь.

Дмитрий Кантемир, очевидно, обновил усадьбу: в 1722 г. ее посетил камер-юнкер голштинского герцога и оставил следующее описание: «Дом в Черной Грязи… построен на китайский манер, с отлогими крышами на два ската, с галереями, по которым можно ходить перед окнами вокруг всего строения, и со многими маленькими башнями, со всех сторон открытыми и обтянутыми только парусиною для свежести воздуха и защиты от солнца. Он весь деревянный, но так как раскрашен и стоит на высоком месте, то издали кажется великолепным. Комнаты внутри его, кроме одной залы, очень невелики, низки и с низенькими окнами».

В 1722 г., незадолго до смерти, Д.К. Кантемир выстроил в селе вместо деревянного каменное здание церкви. После него селом владела его вдова княгиня Настасья Ивановна, урожденная княжна Трубецкая, с пасынком Константином Дмитриевичем Кантемиром, а в 1757 г. Черная Грязь досталась его брату, князю Матвею Дмитриевичу. Он в 1765 г. несколько перестроил, а по другим источникам – построил заново взамен обветшавшей, сельскую церковь. После его кончины (он был и похоронен в этой церкви), село осталось во владении другого брата – князя Сергея Кантемира.

В 1775 г. село было куплено Екатериной II. Почти весь год императрица провела в Москве, собираясь широко отпраздновать заключение Кючук-Кайнарджийского мира после долгой войны с Турцией. Летом она остановилась в Коломенском, но дом там не отвечал требованиям представительной резиденции, и Екатерина решила подыскать новое место для строительства дворца. Вот что она рассказывала в письме от 30 июня 1775 г. к своему европейскому корреспонденту барону Гримму: «Ея императорскому величеству (она писала о себе в третьем лице. – Авт.) прискучило бродить по лугам и долам села Коломенского, где предоставляется на выбор или мочить ноги, или карабкаться на горы на подобие козы; и вот, в один прекрасный день, ея величество изволила выехать на большую дорогу, которая ведет из Москвы в Каширу. Такой город существует на земле, хотя его на карте, может быть, и нет. Дорога привела к огромному пруду, рядом с которым был еще пруд больше и живописнее; и этот пруд принадлежал не ея величеству, а соседу ея, князю Кантемиру. Ко второму пруду примыкал еще третий с извилистыми берегами. Вот гуляющие, направляясь от одного пруда к другому, то пешком, то на лошадях, на расстоянии семи верст от Коломенского, начинают завидовать чужому имению, хозяин которого, старик за 70 лет, совершенно равнодушен и к водам, и к лесам, и ко всем живописными видам, приводящим в восторг посетителей. Он только и делал, что играл в карты и бранился, когда проигрывал. Вот все придворные, с повелительницей во главе, начинают весьма осторожно и ловко пронюхивать на счет его светлости, выигрывает ли он или проигрывает, не продает ли имения, очень ли дорожит им, часто ли там бывает, не нуждается ли в деньгах…»

Оказалось, что князь не против продажи, но только казне, что он не живет в нем и может продать его за 20 тысяч рублей. Екатерине настолько понравилось это место, что она предложила 25, и сделка состоялась. «Тотчас по совершении купчей, принялись за стройку, и через две недели, благодаря нашим деревянным сооружениям, я уже могла переселиться сюда. Уф, какой комментарий! …я его (новое владение ее. – Авт.) назвала Царицыном, и по общему мнению, это сущий рай».

Екатерина предложила Баженову сделать план новой резиденции, который был одобрен в конце 1775 г. Баженовский проект в предместьях Первопрестольной был составлен в так называемом «мавритано-готическом» стиле, который назывался еще и псевдоготикой, в подражание моде, распространившейся в то время из Европы, особенно Англии, но в России под этим именем разумели не столько истинную готическую архитектуру Западной Европы, сколько современное тогда подражание древней русской, с преобладанием красного кирпича и белокаменных украшений. Баженовский проект императорской усадьбы в Царицыне принадлежит к наиболее совершенным образцам этого стиля.

В мае 1776 г. строительство началось. Сначала приступили к возведению Большого моста через овраг около церкви, а также Оперного дома, Фигурных ворот и Малого дворца (надо сказать, что все эти и другие названия, под которыми известны царицынские