Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича Страница 208

Имя мамлюкского султана Насируддина Мухаммеда ибн Калауна ан-Насира было сразу же вычеркнуто из хутбы и заменено именем Абу Саида Бахадура. Как и следовало ожидать, ан-Насиру это не понравилось. Он послал в Аравию войско. Хумайда снова бежал. Мекканский престол моментально занял его брат Утайфа, который ранее скрывался в Египте, при дворе ан-Насира. Спустя два года султан все-таки казнил Хумайду. Утайфа пожелал выполнить последнюю волю отца и согласился править Меккой вместе с Румайтхой.

Город Аллаха процветал во многом благодаря соперничеству между мусульманскими правителями. Сильные мира сего соревновались в роскоши. Ареной этого невероятного соревнования была Мекка.

Хан Бахадур очень хотел расположить мекканцев к себе. Он буквально осыпал их деньгами. В ответ султан ан-Насир увеличил поставки египетской пшеницы и кукурузы. Но всех затмил Манса Муса – император Мали, державы в Западной Африке. Малийская столица, Тимбукту, являлась одним из центров транссахарской торговли золотом и солью. И вот в 1324 году Манса Муса, признанный богатейшим человеком в истории, отправился в хадж из Каира…

Описывая императорскую процессию, средневековые арабские историки захлебываются от восторга. В египетских хрониках говорится: «Этот человек волной излил свою щедрость на весь Каир. Во всем султанате не было ни одного придворного или другого чиновника, который не получил бы от него подарка золотом. Как славно он держал себя, какое достоинство, какая скромность!»

Исходя из этого, можно представить, что творилось в Мекке, когда туда вошел Манса Муса. Говорят, его сопровождали 60 тысяч паломников и сотни верблюдов, груженных золотом. Тем не менее император относился ко всем с равным уважением. И, в отличие от иных правителей, посещавших город, он не преследовал никаких политических целей. Манса Муса прибыл, чтобы совершить хадж. Выполнив свой религиозный долг, он покинул Хиджаз. Император увез с собой в Мали талантливого андалузского архитектора, с которым познакомился в Мекке. Дворец, построенный этим архитектором, не сохранился, но другое его творение – мечеть Джингеребер – стоит в Тимбукту по сей день.

Манса Муса оставил в Городе Аллаха сказочные богатства. После его паломничества золото в Каире и Мекке обесценилось на 10 лет. Весть о неслыханной щедрости императора разнеслась по всему исламскому миру и вскоре дошла до Европы. Так родилась легенда о золотом городе Тимбукту. Этот город в самом сердце Африки будоражил западных авантюристов не меньше, чем загадочная Мекка. Тайна местоположения Тимбукту была раскрыта лишь во второй половине XIX века. Но здания древней малийской столицы оказались не золотыми, а глиняными.

Превзойти Маису Мусу было невозможно.

Поэтому в 1325 году Бахадур попробовал другую тактику. Он решил не облагодетельствовать всех, а удивить. В 1325 году хан отправил в Мекку дрессированного слона. Слону устроили экскурсию по Запретной мечети и заставили выполнить все ритуалы хаджа. Затем его отвели в Город Пророка, дабы почтить память Мухаммеда. Но измученный слон умер у ворот Медины. Мекканцы лишний раз убедились в своем превосходстве над мединцами.

Вслед за Мансой Мусой и слоном Бахадура до Мекки добрался великий арабский путешественник Ибн Баттута (1303–1377). В период с 1325 по 1354 год он пять раз посещал город. Во время первого визита Ибн Батутта застал в Мекке двух братьев-шарифов: Румайтху и Утайфу. Первый гордо именовал себя «Мечом Ислама», второй – «Львом Ислама». Утайфа жил в доме на холме Аль-Марва, а его старший брат – рядом с городскими воротами Бану Шейба. Ежедневно просители бегали через всю Мекку и поочередно стучались в двери к обоим тарифам.

В отличие от Ибн аль-Мужавира, Ибн Баттуте нравятся мекканцы. Они добры, милосердны, сострадательны к бедным и дружелюбны к незнакомцам. Горожане носят белые одежды, подводят глаза углем и постоянно полируют зубы мисваком (веточками дерева арак). Женщины благочестивы, целомудренны и потрясающе красивы. Они скорее лягут спать голодными, чем откажут себе в покупке парфюмерии. Мекканки создают в городе атмосферу уюта и гармонии. Даже Запретная мечеть пропитана запахом их духов.

Ибн Баттута действительно ни на что не жалуется, кроме сильнейшей жары. Его книга («Подарок созерцающим о диковинках городов и чудесах странствий») тому подтверждение, Совместное правление Румайтхи и Утайфы благотворно сказывалось на Мекке, Тем не менее они все чаще ссорились.

Наконец султан ан-Насир вызвал братьев в Каир. Утайфа был арестован и умер в тюрьме, Ан-Насиру так надоела извечная мекканская анархия, что он решил уничтожить шарифов раз и навсегда. Однако улемы посоветовали султану воздержаться от подобных действий. Грешные Хашимиты по-прежнему оставались потомками пророка Мухаммеда. Их истребление могло вызвать бунт. Ан-Насир согласился с доводами богословов и умерил гнев. Румайтхе разрешили вернуться в Мекку и править при содействии своего сына Аджлана.

Румайтха понял, что над хашимитской династией нависла страшная угроза. Поэтому он беспрекословно подчинился воле султана. В 1344 году – за два года до смерти – тариф и вовсе передал власть Аджлану.

Аджлан взошел на престол в возрасте 37 лет и начал благоустраивать город. По его приказу в Мекке возводились школы, больницы и акведуки. Шариф также велел упоминать в хутбе имя монгольского хана. Он стремился наладить отношения со всеми мусульманскими правителями.

Но даже осторожному Аджлану не удалось избежать кровопролития. Сын Румайтхи всячески терроризировал зейдитов. Зейдиты представляли одно из направлений шиизма. В 730-е годы они перешли на сторону Зейда ибн Али – правнука халифа Али. Последователи Зейда считали, что их лидер обладает высшей духовной властью над всеми мусульманами. 10 лет они сражались с Омейядами, но потерпели поражение. Тем не менее зейдистские общины существовали в Хиджазе, Ираке, Иране и Йемене. Мекканские зейдиты активно участвовали в городских волнениях и беспорядках. Аджлану это не нравилось.

Многие шарифы изначально придерживались шиизма. Это была религия их предков. Но к XIV веку в Мекке (да и во всем мусульманском мире) преобладали сунниты. Аджлан начал преследовать зейдитов. Их привязывали к позорным столбам и публично секли на городских площадях – иногда до смерти. Но зейдиты не отреклись от своей веры. Те, кто уцелел, бежали в Ирак, Иран и Йемен. С тех пор на юге Аравии существуют крупные зейдистские общины.

Сын Аджлана, Ахмад, продолжил политику отца. Мекка развивалась и богатела. Ахмад стал настолько могущественным, что мамлюкский султан Шабан II насторожился. Он трижды приглашал шарифа в Каир, но тот всегда находил тысячу причин, дабы остаться в Городе Аллаха. К концу своего правления (1360–1386) Ахмад убедился, что египтяне хотят его убить. Он начал носить кольчугу, что в Мекке было запрещено. Но кольчуга не помогла. В 1386 году шарифа отравили. Через несколько дней его младший сын Мухаммед был смертельно ранен в долине Мина. Мекка опять погрузилась в хаос. В течение следующих 12 месяцев в городе сменилось не менее пяти шарифов – причем трое правили одновременно.

Двое из сыновей Аджлана правили довольно успешно. Али находился на престоле 7 лет (1387–1394). После убийства Али ему наследовал брат Хасан, который продержался до 1425 года. Хасан создал мощную армию наемников и убедил Каир присвоить ему титул вице-султана Хиджаза. Но, в отличие от Аджлана, Хасан не смог избежать давления со стороны мамлюков. Он действовал как их вассал, а не как независимый шариф.

Такое положение вещей оказалось выгодным для Мекки. В 1399 году Запретная мечеть сильно пострадала при пожаре. Он начался в медресе – религиозной школе при мечети. Вскоре Аль-Харам охватило пламя. Более сотни колонн были повреждены. Потолок рухнул. Святилище едва не сгорело. Огонь остановило сезонное наводнение.

Мекканцы требовали, чтобы шариф восстановил Запретную мечеть. Но к концу XIV века ее территория была так велика, что городу не хватало средств на строительные работы. Будучи вице-султаном Хиджаза, Хасан обратился за помощью к мамлюкскому султану Баркуку. Баркук прислал в Мекку необходимую сумму денег и опытного архитектора. Аль-Харам восстанавливали всем городом. Дерево для потолка привезли из Йемена, мрамор для колонн – из Египта.

Тем временем Хасан старел, и его сыновья развязали борьбу за трон. Султан вмешался и назначил одного из них, Бараката, соправителем отца.

Выбор Баркука был неслучайным. В Мекке имелось множество учебных заведений. Но в них преподавали только