Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях - Иван Егорович Забелин Страница 191

10 ф. Подушки или взголовья также были пуховые, из лебяжьего пуху, покрытые тафтой. Колыбель и перинки делались каждый год, по мере того как подрастал ребенок. Дорогие ткани со старых, отставных колыбелей употреблялись нередко на церковное строенье, что признавалось благочестивою мыслию того времени, делом богоугодным и благополезным в отношении самого дитяти. В конце 1673 г. из дорогого бархата с отставных двух колыбелей Петра, с меньшей, т. е. самой первой, и со второй, описанной выше, обшиты две новые хоругви в Успенский собор и сделано в Новодевичий монастырь пять епитрахилей да пять поручей (№ 524)[564]. Впрочем, обыкновенное легкое детское платье и постельные предметы шились большею частию из тафты желтой, белой, иногда червчатой и других цветов. На зимнее время они подбивались мехами из черевов бельих и лисьих. Так, в сентябре 1672 г., когда Петру было только три месяца, скроены ему чулки из желтой тафты на бельих черевах (№ 524). В эту же осень и зиму ему сшиты одеяла, одно из белой тафты на бельих черевах, другое из желтой тафты на лисьих черевах. С того же времени ему стали шить и обыкновенное платье. Шестимесячный, он носил уже золотные кафтаны; но на первый раз (декабря 2-го) ему сшили зипун (коротенький кафтанец) из белого атласа на собольих пупках с пятью золотными пуговками. Через неделю (декабря 11-го) сшит кафтан, также на собольих пупках, из золотной объяри – «по червчатой земле, по ней струя и травы золоты с серебром, в длину с запасом аршин, в плечах пол-аршина, рукава длиною 8 1/2 верш., в корени 4 верш., в запястье 2 1/2 верш.; в подоле ширина 1/4 арш.», шесть пуговок обшиты золотом волоченым[565]. В тот же день скроен и холодный кафтан, такой же меры, из объяри – «по алой земле, по ней струя и травы золоты» – на тафтяной подкладке. В 1673 г. генваря 17-го скроен кафтан теплый[566]. В 1673 г. апреля 19-го скроена ему ферезея – «объярь ала струя серебряна, на тафтяной желтой подкладке, обшитая кружевом немецким плетеным – золото с серебром и украшенная двумя гнездами аламов или запан, низанных жемчугом, и двумя завязками с серебряными кистьми, также низанными жемчугом».

Одним словом, достигнув года, царевич Петр ходил уже в полном тогдашнем наряде, отличавшемся обыкновенным в царском быту богатством. У него была шапка, обнизная жемчугом с каменьями; шапка бархатная червчатая с собольим околом; несколько пар обнизных башмаков; богатый опашень – «объярь по червчатой земле, по ней травы золоты с серебром», – с нашивкою и кружевом, низанными гурмыцким жемчугом (597 зерен) и с 6 изумрудными пуговицами на золотых спнях, или закрепках; ферезея, описанная прежде, более 10 кафтанов шелковых и золотных и т. д. Гардероб его с каждым годом или, точнее, с каждым месяцем получал приращение и разнообразился новыми предметами тогдашнего костюма. В ноябре 1673 г. царевичу сшит нагрудник[567] из червчатого атласа с тремя серебряными вызолоченными и украшенными финифтью пуговицами; сшита чуга (род кафтана) из алого атласа на собольем меху с 12 золочеными пуговицами и с серебряным кружевом; скроены теплые рукавицы «из камки двоеличной шелк ал да желт, на собольем меху, и обито судно червчатым атласом с серебряным галуном»[568].

Сначала гардероб Петра хранился в государевой Мастерской палате, т. е. в гардеробной его отца, а потом брата царя Федора. Но в 1676 г. декабря 14-го царь Федор Алексеевич указал: «Брата своего государева, великого государя царевича и великого князя Петра Алексеевича сундук раковинный (украшенный перламутром) с его, великого государя, царевичевым платьем за печатью хоромною великого государя царевича и великой княгини Наталии Кирилловны, а в нем платье ездовое теплое и холодное, ферезеи и чуги и кафтаны ездовые, и однорядки суконные, и шубы и опошни объяринные, золотные и серебряные, и гладкие и зуфные, и ферезеи, и зипуны золотные ж, и серебряные, и атласные, и камчатые, и тафтяные, и шапки бархатные двоеморхие, и гладкие, и суконные с запаньи и с петли жемчужными – из своей, великого государя, Мастерской палаты взять в царицыну Мастерскую палату… и с того числа указал великому государю брату своему царевичу Петру Алексеевичу кроенье платью быть в царицыной Мастерской палате, а что к тому кроенью надобно будет – и то имать из его, государевой, Мастерской палаты[569].

Царевич со своим особым штатом, мамою, кормилицею и разными служебными лицами помещался в отдельных небольших деревянных хоромах, которые внутри убирались обыкновенно сукном. Но у Петра одна комната в августе 1673 г. была обита серебряными кожами. Через два года по рождении ему выстроены были отдельные хоромы, в которых полы, частью стены, оконные рамы покрыты были сукном червчатым анбурским и багрецом. Таким же сукном был покрыт и стол. О новых хоромах царевича Петра Алексеевича упоминается с 13 июля 1674 г.[570] Они были построены, по-видимому, над царицыными хоромами над переднею да над четвертою и над стороннею и названы верхними новыми хоромами. В течение этого месяца на их уборку употреблены сукно на полы и на лавки червчатое анбурское, пошло 5 половинок; на лавки же и к окошкам багрец червчатый, из того же сукна сделан и миндерь – род тюфяка из хлопчатой бумаги, вероятно, на пол взамен ковра; в четвертой комнате промежду передних окошек обито по бумаге хлопчатой (3 ф.) полотном и по нем червчатою тафтою. После всего сделаны полавочники, на средину которых пошло «багрецу червчатого 25 арш., на каймы сукна белого 13 1/2 арш., на вишеные травы сукна желтого 9 арш., лазоревого 3 1/2 арш., на подкладку 120 арш. крашенины лазоревой, на оторочку 2 киндяка червчатых, на тачку шелков голубого фунт, белого и красного – по четверти фунта». Декабря 30-го сшит новый миндерь: «исподняя наволока полотняная, верхняя из желтой тафты, в настилку бумаги хлопчатой пошло 5 ф.». Затем 2 февраля 1675 г. была обита стена у переднего окошка хлопчатою бумагою (8 ф.), по ней тверским полотном и по нему червчатою тафтою. Февраля 13-го стол царевича покрыт сукном багрецом червчатым, пошло 1 арш. 6 верш.[571] Апреля 3-го в комнате, что над четвертою, пол вновь устлан сукном червчатым анбурским[572]. Завесы к дверям употреблялись суконные червчатые и тафтяные.

Кроме лавок и скамей, в хоромах Петра было вызолоченное место (род кресел), сделанное в 1674 г., и кресла, сделанные в 1677 г.[573], обитые рудожелтым бархатом с золотным широким галуном; застенок их или спинка была обита сафьяном червчатым; к ним сделана скамейка, обитая по хлопчатой бумаге червчатым сукном[574]. Тогда еще вместо стекол в рамах или оконницах употребляли слюду, следовательно, из