Сказание о Юэ Фэе, славном воине Поднебесной - Цянь Цай Страница 185

– Так вы – молодой господин Юэ! – воскликнул ван. – Давно слышал славное имя вашего отца, но так и не довелось нам познакомиться! Очень рад с вами встретиться. Прошу в мое убогое жилище!

Юэ Лэй с благодарностью принял приглашение вана, и скоро между ними завязалась непринужденная беседа.

Слушая рассказ о мытарствах семьи Юэ, ван тяжело вздыхал:

– И когда в Поднебесной наступит спокойствие?! Цинь Гуй совсем распоясался, нет на него никакой управы!

– Великий ван, что это вам вздумалось в такой жаркий день обучать воинов? – поинтересовался Юэ Лэй.

– Готовились к сражению с начальником заставы Чжэньнань. Этому негодяю взбрело в голову жениться на моей дочери.

– В чем же дело? Не хотите отдавать дочь – пошлите ему отказ. Стоит ли из-за такой мелочи пускать в ход оружие?

– О, вы еще не знаете Хэй Ху! – воскликнул Чжао-ван. – Ему покровительствует Цинь Гуй, вот он и творит, что ему вздумается! Не поможете ли вы мне с ним разделаться?

– Поможем, поможем! – бесцеремонно вмешался Ню Тун. – С нами бояться нечего! Перебьем всех злодеев, пусть их будет хоть десять тысяч!

Чжугэ Цзинь поглядывал на брата и еле заметно улыбался. Юэ Лэй заметил это и спросил:

– Брат Чжугэ, ты, наверное, уже что-нибудь придумал?

– Что же я могу придумать, если не знаю, когда должна быть свадьба?

– Тут никто ничего но придумает! – покачал головой Чжао-ван. – Три дня назад от Хэй Ху явился военачальник, привез свадебные подарки и заявил, что в первый день шестого месяца его господин приедет за невестой.

– Ну тогда можно избежать кровопролития! – сказал Чжугэ Цзинь. – Пошлите на заставу человека, и пусть он передаст Хэй Ху: брак, мол, дело хорошее, и вы рады иметь зятем такого доблестного человека, как он. Но только дочь у вас единственная, вы с нею не можете расстаться и поэтому хотите, чтобы зять жил у вас в доме. Если Хэй Ху согласится и приедет сюда, сделаем так… – И Чжугэ Цзинь зашептал что-то на ухо Чжао-вану.

Тот с радостью принял совет, послал на заставу доверенного чиновника, а юношей пригласил в сад Весеннего пейзажа, где уже были накрыты столы.

Пока пировали и вели ученые беседы, минул полдень. Посланец вернулся с заставы Чжэньнань с одним из приближенных Хэй Ху и доложил:

– Начальник заставы очень рад, что вы согласились отдать за него дочь. Он щедро меня одарил и просил передать, что прибудет в первый же счастливый день. А пока прислал доверенного за вашим письменным согласием на свадьбу.

Чжао-ван написал бумагу, тоже щедро одарил военачальника Хэй Ху, и тот уехал, а юноши пировали до позднего вечера.

Дни летели незаметно, и вот наступило первое число шестого месяца.

Юэ Лэй и его братья собрались во дворце Чжао-вана, а вокруг него засели в засаде три тысячи воинов.

Как только начало смеркаться, в зале Серебристого спокойствия зажглись разноцветные свадебные фонарики. Заиграла музыка, ударили гонги и барабаны. Во внутреннем саду столы ломились от редких яств.

Через некоторое время телохранитель доложил вану, что Хэй Ху с тысячным отрядом подъезжает к воротам дворца. Чжао-ван послал своих воинов встретить его.

Жених оставил отряд за воротами, а сам с двумя военачальниками прошел в зал и церемонно поклонился Чжао-вану. Окинув взглядом украшенный красными свадебными занавесями зал, он не мог скрыть охватившей его радости.

Обменялись подарками, сели за стол. Хэй Ху не терпелось повидать новобрачную, и он сказал вану:

– Счастливый час настал: пусть приведут невесту, и мы поклонимся свадебным свечам.

– Это сделаем завтра, – ответил Чжао-ван. – Здесь так много народу, а дочка у меня стеснительная, может испугаться. Прошу вас, дорогой зять, пожаловать в спальные покои.

Хэй Ху не успел ответить, как дворцовые прислужницы подхватили его под руки и повели. В спальне для новобрачных, богато обставленной, жених огляделся и спросил прислужниц:

– Где же невеста?

– Она смущается и прячется за пологом.

Хэй Ху рассмеялся:

– Зачем смущаться? Мы теперь – муж и жена! – И приказал прислужницам: – Можете удалиться, вы мне пока не нужны.

Девушки, посмеиваясь, покинули спальню. Хэй Ху запер дверь, подошел к кровати и ласково позвал:

– Моя дорогая, не стесняйся, выходи…

Хэй Ху отодвинул полог, но в тот же момент тяжелый удар кулака сбил незадачливого жениха с ног.

– Я к тебе не притронулся, а ты уже драться! – воскликнул растерянный Хэй Ху, но тут же получил пинок.

– Сукин сын! Вот тебе за невесту!

Хэй Ху поднял глаза – перед кроватью стоял рыжий детина.

– Ты кто такой? – завопил Хэй Ху. – Как посмел забраться в чужую спальню?

– Я – Рыжий Демон Ню Тун! Или ты ослеп? Ишь, за женщину меня принял! – Ню Тун выругался и ткнул Хэй Ху кулаком, да так, что у того искры из глаз посыпались!

Перепуганный жених взмолился о пощаде, но разъяренный Ню Тун так дубасил его своими увесистыми кулаками, что Хэй Ху скоро испустил дух.

Тем временем военачальники Хэй Ху раздали воинам угощения и вернулись в зал. Услышав крики, несущиеся из внутренних покоев, они выхватили оружие и бросились к двери, но Хань Ци-лунь и Хань Ци-фын преградили им дорогу. Сверкнули мечи – и оба военачальника рухнули на пол.

По сигналу из пушки поднялись скрывавшиеся в засаде воины и перебили почти весь отряд Хэй Ху. Спастись удалось лишь немногим.

В благодарность за помощь Чжао-ван устроил пир в честь Юэ Лэя и его братьев. Воины, участвовавшие в бою, получили награды.

Когда выпили по нескольку кубков вина, хозяин сказал Чжугэ Цзиню:

– Если бы не вы, попала бы моя дочь в лапы к этому разбойнику! Что вы скажете, если я выдам ее за молодого господина Юэ?

– О, мы считали бы это великой честью! – обрадовался Чжугэ Цзинь.

Но Юэ Лэй воспротивился:

– Я не могу жениться, пока не отомщу за отца, пока моя матушка проливает слезы в ссылке! К тому же нужно получить ее разрешение.

– Это тоже верно. Но только вы уж меня не подведите – я буду ждать.

– Об этом не беспокойтесь! – вмешался в разговор Ню Тун. – Раз я сват, брату Юэ Лэю от свадьбы не увильнуть!

Пир продолжался до глубокой ночи, а утром, едва отдохнув, войска выступили в поход. У заставы Чжэньнань остановились. Военачальники, охранявшие заставу, уже знали о гибели Хэй Ху и поэтому не стали сопротивляться.

Чжао-ван занял заставу, назначил нового начальника, а ко двору отправил донесение о казни Хэй Ху, который якобы пытался поднять мятеж.

Через день Чжао-ван простился с юношами и вернулся в свое поместье, а