Операция «Дракула» - Александр Григорьевич Домовец Страница 18

– Откуда у вас такие познания, профессор? – поинтересовался Орлов.

Нестеров посмотрел на него с оттенком улыбки.

– Наука умеет много гитик, – сказал многозначительно.

Действительно… Так тебе всё и доложи. Мало ли какую информацию дают в их засекреченном институте.

Со своей стороны, я вспомнил, что преподаватель в училище, читавший лекцию про СС, о таких татуировках упоминал. Членам чёрной гвардии рейхсфюрера они давали преимущество в прифронтовых госпиталях – эсэсовцами врачи занимались в первую очередь. Опять же, при несчастных случаях или ранениях наколки облегчали возможность быстро сделать переливание крови. Между прочим, преподаватель высказал мнение, что когда-нибудь метки Гиммлера пригодится и нам – когда разгромим Германию и будем опознавать недобитых эсэсовцев по татуировкам… В точку попал.

Вздохнув, я задал общий вопрос:

– Кому ещё непонятно, куда исчез гарнизон, стоявший в замке и якобы отступивший вместе с войсками?

– Всё понятно, командир, – сказал Орлов небрежно. – Таких совпадений не бывает. В могилу он отступил в полном составе. Но как это могло получиться, – убей бог лопатой, не понимаю. Партизаны тут отродясь не водились. Коллективное самоубийство? Или восставший Попеску с помощью старух истребил оккупантов?

– А потом в землю закопал и надпись написал, – добавил Нестеров. – Нет, Олег, воля ваша, но тут всё намного сложнее. Факты настолько причудливы и абсурдны, что ни одна правдоподобная версия с ними и рядом не стояла. И совершенно непонятно, как их трактовать, – добавил задумчиво, покусывая дужку снятых очков.

Тут я с ним был согласен. Возникло ощущение тупика, с одной стороны, и умственного азарта – с другой. В школе была у меня репутация головастого парня, любил я решать задачи. И чем труднее, тем интереснее. Одноклассники завидовали, учителя уважали, соседка по парте Светка Швецова списывала готовые решения и при этом многообещающе улыбалась… Это я к тому, что ломать голову никогда не боялся.

– Ай, давайте эти самые факты изложим по порядку, а трактовать будем уже потом, – рассудительно предложила Веселина, знавшая ситуацию лишь в общих чертах, поскольку на могильник мы её не пустили. Я лично не пустил. Не для женских глаз было это зрелище.

Нестеров посмотрел на девушку с уважением.

– Разумно, – сказал одобрительно. – Ключ к любому решению – системный подход.

И приступил к систематизации, опираясь на имеющиеся данные. Я скрупулёзно фиксировал тезисы Нестерова на бумаге.

Во-первых, в лесу неподалёку от замка обнаружено массовое захоронение, в котором находились пятьдесят два обнажённых взрослых трупа, в том числе девятнадцать женских.

Во-вторых, судя по различному состоянию тел, людей хоронили в несколько приёмов и в разное время.

В-третьих, судя по специфическим татуировкам, двадцать один труп принадлежит членам войск СС, скорее всего, именно тем, которые в течение двух лет стояли в замке гарнизоном. Число трупов приблизительно соответствует известной численности команды. Кроме того, другим эсэсовцам в том же количестве взяться тут было просто неоткуда.

В-четвёртых, о причинах смерти людей до результатов вскрытия судить невозможно. Однако обращает на себя внимание тот факт, что конечности и рёбра многих из них сломаны, словно от силового или механического воздействия. Природа такого воздействия непонятна…

На этом систематизация закончилась. Началось осмысление. Его возглавил я, втайне жалея, что в училище не было спецкурса по дедуктивному мышлению.

Для начала я сообщил, что, по информации Звягина, за последние два года в Бране бесследно исчезли примерно тридцать человек. Если отбросить трупы эсэсовцев, то оставшиеся тела с высокой долей вероятности принадлежат именно этим несчастным людям. Можно предположить, что их похищали и уводили в замок, использовали в каких-то целях, а затем убивали. Вопрос: что за цели?

– Бо́льшая часть местных покойников – женщины, – сказала Веселина медленно. – Не удивлюсь, если немцы их похищали ради половых утех. Солдатня же, без женщин звереют… А натешившись, убивали, чтобы скрыть похищение. И ловили новых…

– А мужчин они похищали в тех же целях? – тут же осведомился Орлов ехидно.

– Это вряд ли, Веселина, – сказал Нестеров, качая головой. – Даже для эсэсовцев создание в гарнизоне публичного дома с последующим уничтожением наложниц – это перебор. Чревато грандиозным скандалом. Не забудьте, что румыны для них союзники.

– Кстати, вчера старшина ездил на рынок за продуктами и по моей просьбе расспросил местных жителей насчёт эсэсовцев, – сообщил я. – Ему рассказали, что немцы всегда вели себя нормально, вежливо, расплачивались аккуратно. В агрессии или неуважении к жителям Брана не замечены.

Веселина со вздохом сообщила, что других версий у неё пока нет.

– Может быть, у немцев не хватало рук для выполнения какой-то работы, и они похищали местных людей в трудовых, так сказать, целях? – предположил Нестеров.

– А не проще ли было нанять тех же людей через муниципалитет? – отреагировал я. – Похищать, убивать – это же хлопот не оберёшься…

– А если работа была секретной, и легальный наём исключался? – возразил Нестеров.

– Может, и так, – согласился я. – Правда, непонятно, что за секретную работу делал крохотный гарнизон в этой дыре, но пусть… Вы мне скажите, каким образом убивали этих бедняг? Огнестрельных или ножевых ран на телах, как я понял, нет. Душили их, что ли? Травили чем-нибудь? И зачем кое-кого перед смертью просто калечили, словно пытали?

Нестеров вслед за Веселиной развёл руками. В воздухе повисло молчание.

Пользуясь паузой, я настежь распахнул окно и выглянул наружу, в темноту позднего вечера. Третья ночь полнолуния была совсем близко. На небе среди звёздных крошек тускло светил голубоватый круглый месяц, взятый в плен призрачными облаками. Из чёрной лесной чащи пронзительно нёсся тоскливый крик неприкаянной птицы. Я вдруг пожалел мимолётно и остро, что война занесла в этот древний замок, овеянный жуткой легендой, в эту богом забытую глухомань, где происходит страшное…

За спиной подал голос Орлов. Он заявил, что причину похищения и убийства местных жителей можно пока что записать в непонятки и обсудить более актуальную тему. Таковой, по мнению Олега, являлась судьба эсэсовцев.

– Уложить два десятка отборных вояк не так-то просто, – рассуждал он. – Это же куча элитных солдат. Не просто вермахт – СС. Причём уложили непонятным способом. Ну, вот как?.. Разве что предположить, что Попеску или его старухи насыпали им в котёл с обедом какой-то отравы. Отвлекли кашевара и насыпали. Или кто-то под каким-нибудь предлогом собрал гарнизон в закрытом помещении и пустил газ…

– Кто пустил? – спросил я с интересом. – Вышестоящее командование?

Олег замолчал.

– Не знаю, – признался наконец. – Просто прикидываю все технически возможные варианты, даже